Мельницы драконов (СИ)

Рядом с кроватью в кресле спал Гарб. Что это он? Одежда на нем была в беспорядке и местами разорвана, а еще и в подпалинах. С кем он тут дрался? И почему это модник Гарб не переоделся, а спит у меня?
Я аккуратно прошла к шкафу. Давно я так тихо и быстро не одевалась.
Выйдя в нашу общую гостиную обнаружила спящих друзей. Хелена и Ханс спали на диванчике. Хелена трогательно положила увитую косами головку Хансу на широкое плечо, а мой друг ее бережно обнимал. Я умилилась.
На соседнем диванчике в не менее трогательной позе расположились Лаура и Вильгельм. И чего это они все тут дрыхнут? Но самое главное, что в гостиной стоял столик с остатками пиршества друзей. Вот на него-то я и набросилась. Чай был холодный. И я, не минуты не усомнившись, направила на него магию огня.
Что-то пошло не так. Потому что вместо того, чтобы подогреться, чайник расплавился и запылал. Так.
Устроенный мной небольшой переполох всех разбудил. На шум выскочил заспанный Гарб, усиленно протирая глаза.
Пожар не получил развития. Ну еще бы, в комнате пять не слабых магов, и я до кучки. Не прекращая жевать, я уставилась на друзей, которые с не менее обеспокоенными лицами смотрели на меня.
— Вай, ты как себя чувствуешь? — Ханс аккуратно вручил мне в руку еще один бутерброд.
— Шорошо, — не переставая жевать, сумела я выдать, но потом все же спросила, оторвавшись не секундочку от еды: — А вы чего как после сражения? С кем дрались?
— Так с тобой! — почти хором выдали они.
— Что?!
— Вай, ты ешь. Я обед заказала. Сейчас новую тележку привезут. Виль? Ты чего стоишь столбом? Объясни Вайолет, что тут было! — Лаура повернулась к действительно застывшему столбом младшему принцу.
— Да я не ожидал, что она вскочит и есть рванет. Она должна была проснуться и еще дня три с кровати не вставать. Где слабость? Дрожание конечностей? Отсутствие аппетита? И прочие радости перенасыщения, полу обращения и принудительного растягивания резерва магии?
— Это ж Вайка. У нее все не как у нормальных драконов, — Ханс неодобрительно покачал головой, продолжая делать для меня бутерброды.
— Вай, ты как обычно откусила больше магии, чем смогла переварить. Как итог почти обернулась, но твой резерв точно не дотягивал. Золтон вмешался и стабилизировал. Это тоже имело свои последствия. Его магия с твоей хорошо совместима, но на ее усвоение нужны были все силы организма. Да еще и дракон у тебя мягко сказать не подарок. Он вдруг тоже взбрыкнул. И ты почти два дня плевалась огнем, выдавала спонтанные полу обращения, и швырялась родовой магией во все, что придется, — стал подробно объяснять мне Вильгельм.
— Так вот почему вы такие помятые.
— А как ты хотела? Только и делали два дня, что ликвидировали последствия твоего буйства. А то ты спалила бы весь дворец! — Ханс был жутко недовольный, не выспался мой лучший друг.
— И что теперь? — задала я главный вопрос, с интересом разглядывая приехавшую тележку с сытным обедом.
— Мы отправляемся в Замок Рубиновых Драконов. Срочно, — мрачно ответил мне Ханс.
Я аж подавилась супчиком. Наваристым и очень вкусным.
— А почему сразу не к Черным? — съехидничала после того, как смогла говорить.
У Ханса тяжелая рука и он основательно меня так ею меня по спине постучал.
— Видишь ли, Вай. Ты можешь обернуться в любой момент. Это может произойти во время урока фехтования или когда ты зубришь древне-драконий. И тогда, учитывая все странности и особенности нельзя предугадать, что произойдет, — ласково, как больному ребенку принялся объяснять Вильгельм.
— Золтон принял решение о стабилизации Рубинового Дома. При выбросе магии у Мельницы это точно произойдет. Ты обернешься, и тогда он сможет все проконтролировать и купировать последствия. Просто если это произойдет в его отсутствии результат сложно предсказать, — продолжила Лаура.
— А тут он не может это проконтролировать? — все еще не понимая спросила я.
— Вай? Как ты себе представляешь нахождение Золтона рядом с собой ежеминутно? Он первый человек в империи, у него дела есть. Отец уже давно отошел от дел. Он, разумеется, продолжает принимать все важные решения, но Золтон иногда бывает загружен по самые уши.
 
— Засада. Постой. Но ведь мы же идем с тобой, Лаура? Ты тоже можешь у Мельницы обернуться? Два только что обернувшихся дракона это не многовато для одного Золтона? — пришло мне в голову.
— Вай, мне очень приятно, что ты веришь в это, но я вынуждена тебя огорчить. Мой оборот практически невозможен. Он происходит, пока дракон не достиг пятидесяти лет. Есть еще небольшие шансы в течение последующий десяти лет. Но мне скоро сто лет исполнится. У меня шансов нет, — ее улыбка была красивой, но очень печальной.
— Прости, Лаура. Я не хотела поднимать эту болезненную тему. Я не знала, — я положила руку на ладонь девушки.
— Ничего. Я уже давно смирилась. К тому же благодаря этому обстоятельству отложилась наша с Золтоном свадьба. И отсрочка дала мне понять, что я кроме уважения и восхищения ничего к нему не испытываю. А люблю я совсем другого дракона из правящего дома, — и она послала нежную улыбку Вильгельму, который ответил ей не менее любящим взглядом.
Я бы и дальше на них любовалась, но дверь с треском распахнулась, и в нее влетел злющий как всегда Золтон. У него другое состояние бывает, когда он меня видит?
— Я пойду, переоденусь, и высплюсь. Устал я жутко за эти два дня, — отмерев, вдруг сказал Гарб.
— Нам тоже пора. Собраться, отдохнуть, выспаться. Увидимся, Вайолет, — Вильгельм вскочил и, потянув Лауру, направился на выход мимо стоящего на пороге Золтона, скрестившего руки на груди.
— Э-э-э… — Ханс видимо не находил нужных слов.
— Да идите уже. Я справлюсь, — кивнула я друзьям.
И вот этот «Медведь, бурбон, монстр» прошел в гостиную и, усевшись в кресло, скрестил длинные пальцы в излюбленном жесте. И чего это он опять на меня злится? Я же ничего не натворила? Ну, подумаешь, чуть дворец не сожгла? Так это не я, а дракон. Я белая и пушистая. И кот у меня выше всяких похвал. Тоже белый и пушистый.
— Мне поступило предложение, — сквозь зубы процедил он.
— Ага. Рационализаторское?
— Что?
— Да так, вырвалось. Не обращай внимание. Ругайся… в смысле, продолжай.
— Ногат Морион предлагает забрать тебя из под моей опеки. И передать ему в качестве его будущей невесты. Свадьбу он планирует сразу после твоего оборота. Это значит на днях, — процедил Золтон, не отрывая взгляда от моего побелевшего лица.
— А…
— Доигралась со своим Хранителем в драконьи погремушки?! — вот опять он на меня орет.
— Золтон, но мы не думали…
— Да ты вообще не думаешь! А твой Хранитель и подавно! Два сапога пара! И что мне теперь отвечать самому древнему и могущественному дракону империи?! Негласному лидеру несогласных Домов? — Золтон вскочил, и принялся метаться по гостиной, попутно сшибая предметы и кресла.
— А сказать ему, что я не согласна, нельзя? — испуганная таким поворотом событий прошептала я.
— Как? Ты не можешь отказать! У тебя нет дракона! Ты еще не числишься взрослой драконицей! Да и как ты собираешься ему отказать? Чем ты собираешься это аргументировать?
— А то, что он мне не нравится, и я его боюсь, не подойдет?
Он вдруг успокоился и, подняв одно из упавших кресел, уселся в него и гораздо спокойнее сказал.
— Тебе нужен дракон. Тогда это может послужить оправданием. У драконов бывает внутренняя несовместимость, которая может послужить причиной для формального отказа. Еще одна уважительная причина — это обещание вступить в брак с другим драконом.
— Фух. Давай скажем, что я Гарбу пообещала? Он мой друг и пообещает что угодно!
— Я тебе такого Гарба устрою! — он опять вскочил и швырнул кресло на котором сидел в стену.
Кресло, разумеется, разлетелось в щепки. Ну не хорошо так мебель ломать. Принсик не обрадуется. Мой котик не любит, когда имущество портят. А эти покои вроде бы как за Белым домом закреплены.