Мельницы драконов (СИ)

По большому счету кроме Золтона странной реакции на колье я ни у кого не заметила. А потом в зал вошел Аметистовый дом. Ну, или как я по-простому его тут же обозвала фиолетовый. Мы драконы простые, тут не до церемоний. И глава дома мне не понравился от слова совсем. Нет, красивый. Драконы другими не бывают. Нос слишком узок и длинен. Губы тонкие с презрительной ухмылкой. Глаза красивого фиолетового отлива так и пылали злобой и ненавистью. И главное эту ненависть он не пытался скрыть. Наоборот. Глава Аметистового дома ее выражал открыто и без утайки. Вот только она была направлена не только на меня. Он, казалось, ненавидел всех и каждого в этом зале. Включая свой собственный Дом.
И вот после торжественного представления, взглянув на мою шею, его перекосило. И уже уходя от меня, он прошипел сквозь зубы.
— Вы или чрезвычайно умны, или, что вероятнее, всего непроходимо глупы. Но впрочем, это неважно. Все равно вам это не поможет, Балаури Вайолет Зуриелурра.
Меня, кажется, похвалили. Определенно. Он назвал меня умной. Очень проницательный глава Аметистового Дома. Горжусь знакомством с ним. Но Принца нужно поймать и поцеловать в носик. А потом затискать, попутно выпытав, что вообще это все значит?
А потом в зал вошел он.
Мама! Здесь есть драконы-некроманты? Нету? Тогда кто это? Мефистофель? Люцифер? Самаэль? Наверно список можно продолжить, но разумные мысли закончились. Нужно придать лицу умное выражение. Ну, хотя бы попытаться. И рот закрыть, и руки держать при себе, а не тянуть потрогать этого падшего ангела в исследовательских целях. Да-да, исключительно в исследовательских. Должна же я убедиться, что он настоящий?
Глава дома Черных Драконов. Других вариантов и быть не могло.
Он слегка склонил голову, я ответила. Время будто замерло. А потом он дотронулся кончиками пальцев до черного камня на моей шее. По правилам этикета, будь он трижды не ладен, дотрагиваться драконам друг до друга нельзя, он и не трогал меня. Но потрогал камень. И будто топот мурашек пробежал по моему телу. Дракон заворочался и проснулся. Вот только оборота мне сейчас и не хватало. Но нет. Волна мощной магии прошила меня насквозь, так что я еле устояла на ногах.
Ханс с Хеленой будто почувствовали что-то. Потому что Ханс подался вперед, и я сзади слегка облокотилась о его сильную фигуру. А Хелена незаметно накрыла мою руку, утопающую в складках пышного платья. Это отрезвило.
Я подняла глаза и встретилась с бездонными черными ониксами.
— Глаз Черного Дракона. Давно я не видел этого камня. Вы бросаете мне вызов, Балаури Вайолет? Очень не советую. Маленькие девочки не могут тягаться со взрослыми драконами.
Я уже привыкла к сметанной бархатности голоса Золтона. Но голос Ногата Мориона был немного хриплый, тихий и завораживающий. Голос мудрого питона Каа, и мне тоже захотелось, как бандерлогам сделать шаг вперед.
— Маленькие девочки быстро взрослеют, когда другого выхода им не предоставляют, — все же сумела выдавить я.
— Выбор есть всегда, юная Балаури. И вы скоро в этом убедитесь, — он развернулся и пошел прочь.
Я осталась стоять, прислонившись спиной к мощной груди Ханса и крепко сжимая руку Хелены.
— Кажется, мы влипли. Умеешь же ты, Вай, находить себе неприятности на хвост, — пользуясь тем, что рядом с нами образовалось пустое пространство, сказал Ханс.
— А то. Это мое главное достоинство.
— Вай, а зачем ты этот камень нацепила? — Хелена бьет просто не в бровь, а в глаз.
— Принц притащил, я и повелась. И принес буквально перед самым выходом. Как подгадал. Я даже обсудить ни с кем ничего не успела.
— Наш Хранитель как всегда в своем репертуаре, — хмыкнул Ханс.
— Посмотрите на распределение домов в зале? Мне кажется или есть система? — вдруг поняла я то, что меня смущало с самого начала церемонии.
— Да, я тоже заметила. И смотри, Черный встал четко напротив тебя. А рядом с ним еще четыре дома. А вот на нашей стороне только Изумрудный и Сапфировый дом. Ну и Золотой, но это чисто условно. Золотой обычно придерживается нейтралитета, он в центре, — озвучила мои мысли Хелена.
 
— Если сейчас пойдем стенка на стенку, мы в явном меньшинстве.
— Вай, перестань. Что за мысли? Это все условно, — подбодрил меня Ханс.
Только вот действительность была удручающей.
Ничем более это сборище мне не запомнилось. Мы отстояли положенное время все так же втроем. Несколько раз подходили Азур и Эвклаза. Оба говорили что-то незначительное. Только вот Эвклаза сияла и лучилась счастьем и довольством. А ее глаза, и прежде уникального аквамаринового цвета, сияли и блестели, как и положено у молодой драконицы.
А в конце не выдержал Гарб. Он что-то гневно сказал отцу и направился к нам.
— Вай, прости. Раньше не мог. Отец и так проявил, как он считает, непозволительную вольность и выстоял всю церемонию на твоей стороне. Но я так не считаю. И хотя бы ее конец проведу в твоем обществе. И пусть все видят.
Ага. Все и увидели. Перекосило от выходки Гарба всех. И Золтона, и его отца. Только Ногат Морион улыбнулся Гарбу. Только вот лучше бы он этого не делал. Гарба от его улыбки чуть Кодратий не хватил.
Ногат. Что-то такое крутилось в голове, но вот что. Я никак не могла вспомнить. Морион или по-другому «черный хрусталь» я вспомнила сразу. За характерную форму излома и специфический блеск на Урале минерал называли «смоляк» или «цыган». И только в конце приема меня осенило, что Ногат это устарелое название оникса. Черного как смоль разновидность кварца. То есть его имя если перевести, то получалось что-то вроде «Черный мрак». Мило. Я бы предпочла Розового пони, но что уж есть.
Как и следовало ожидать Ногат Морион отбыл первым. За ним потянулись почти все остальные дома. Подходили почтительно прощались с императорским домом и уходили. Азур подал мне знак. И я, чтобы не дай дракон, не оказаться в числе последних — покинула залу для приемов.
А утром меня ждал сюрприз. Злющий, как голодный дракон, Золтон в нашей гостиной. Я еще и кофе не пила, а на меня уже накинулись с раздраженными воплями, что, мол, я творю. Зачем Глаз Черного Дракона нацепила? Что это была за провокация Черного Дома?
— Хватит на меня орать! Ты за все время этого фарса не дал никому понять, что на моей стороне! Выглядело так, будто Золотым все равно! Три одинаковых истукана! Мы там были втроем против всех! Просто спина к спине!
— Я не мог! Золотые обязаны соблюдать нейтралитет! Но и так вся империя знает, что ты живешь в Золотом дворце! Это ли не демонстрация поддержки!
— Да?! А мне кажется, что это демонстрация силы и власти! Я слышала сплетни, что Золотой Дом держит Белый в заложниках! А Черный Глаз Драконов продемонстрировал всем, что это не так! Золотые бы никогда не позволили такого!
— Мы обязаны соблюдать равновесие, — он перестал орать и устало потер лоб.
— А мне нужно пробудить дракона, все средства хороши. Он проснулся и пробыл со мной почти все время, что мы находились в зале. Это была отличная стимуляция. Да, мы подергали главу Черного Дома за усы, но оно того стоило, — тоже спокойнее сказала я и уселась завтракать.
В конце концов, лучшая защита — это нападение. Поорали всласть и успокоились.
Золтон сел напротив. Скрестил длинные пальцы и посмотрел на меня.
Хенс с Хеленой, дождавшись тишины, вышли, наконец, из своей спальни и, отвесив Золтону положенные церемонии, уселись завтракать вместе со мной. Ну, а что?
— Ты не просто подергала его за усы. Ты бросила ему вызов, привлекла его внимание и заинтересовала. А его мало что интересует последние лет пятьсот.
Я поперхнулась.
— Он такой старый? У него же сын был, кажется? Черных драконов же двое? Отец и сын?
— Ты разозлила сына. Отец не покидает Замка черных драконов. Он сложил обязанности главы дома лет триста назад.
— Чего сразу разозлила? Что такого в этом камне?
— Тебе же уже презентовали Зеленый Глаз и Сапфировый? Так вот Черный Глаз дракона уже давно принадлежит Белому дому. Владеющий этим камнем как бы признается лидером, победителем в игре двух домов. Это как если бы ты соревновалась в чем-то с Черным Домом и победила. Ты вчера это и продемонстрировала. Поздравляю, — съехидничал Золтон.