Мельницы драконов (СИ)
— Это что? — недоуменно спросил Золтон.
— Не знаю, друг. Первый раз такое вижу. Вайолет, у тебя есть идеи? — Азур посмотрел на меня.
Идеи у меня были. По большей части устройство внутри напоминало вращающуюся центрифугу. Только уходило глубоко внутрь и на его поверхности напоминало центрифугу. Медленно вращающуюся, застревающую и тормозящую. Будто ей что-то мешало развить нормальную скорость. А еще она явно была перекошена. По опыту работы с центрифугами я знала, что колбы на противоположных концах должны быть одинаковые. Иначе ее перекосит. Нет, она продолжит работать, но вот риск что сломается быстрее — был.
Мне много раз приходилось работать с такой конструкцией, отделяя одну породу от другой, выделяя осадок, ища примеси, да мало ли что. В медицине такие центрифуги тоже использовались, когда нужно отделить плазму. Центрифуги использовались даже в сельском хозяйстве для очистки зерна, выдавливания меда из сот, выделения жира из молока.
Все это я и выдала непросвещенным драконам. Они внимательно выслушали и посмотрели друг не друга.
— Ты знаешь, как мед выдавливать из сот?
— А ты понимаешь что-нибудь в молоке?
— Нет. Мы с тобой погрязли в интригах и боях, нужно быть проще. Тогда будешь знать, что такое центрифуга.
— Предлагаю в эти вращающиеся синие колбы, наполовину заполненные магией, долить эту самую магию до конца. Мне кажется, когда они все заполнятся, вращаться она станет быстрее, — закрепила я успех.
Драконы кивнули в знак полного согласия и я, опустив обе руки в чашу, выпустила родовую магию, справедливо рассудив, что Мельница сама разберется, сколько ей нужно взять. То же сделал и Азур. Подумав пару мгновений, свои руки присоединил и Золтон. Поток сапфировой, золотой и белой магии соединился и закружил по чаше. Было очень красиво. Преобладал глубокий синий цвет, но крапинки белого и золотого делали его ярче и насыщеннее.
Постепенно происходило то, что я предвидела. Вся центрифуга стала заполняться магией. Преимущественно сапфировой, но в ней были вкрапления золота и перламутрово-белого. По мере заполнения центрифуга вращалась все быстрее, пока не завертелась с сумасшедшей скоростью. И тут вся магия, что осталась в чаше и не была использована в Мельнице — устремилась в нас. Основной удар пришелся на Азура, потом ударило в меня, даже Золтона зацепило.
Мой дракон поднял голову. Я почувствовала его бурный восторг от этой дарованной энергии. Он поднялся, и я подумала, что сейчас обернусь. Но этого не произошло. Меня выгнуло, я согнулась пополам, но дракон поразмялся и снова свернулся где-то глубоко внутри.
А вот Азур обернулся. Наверное, не смог это сдержать. Но в отличие от Гарба взгляд этого дракона был осмысленнее. Он кивнул Золтону, и мне даже показалось, что они пообщались. Золтон все это время стоял рядом и поддерживал, пока меня корежило.
И тут Мельница пришла к своему равновесию, потому что створки раковины с громким треском захлопнулись.
И словно гигантское эхо прокатилось по водной зале. И тут к моему ужасу тонкий слой стела или льда, покрывающий стены, потолок и пол лопнул. Треснул, растворился без остатка. Я с замиранием сердца ждала, что вся эта масса воды ринется на нас и все сметет на своем пути. Мы утонем, захлебнемся, не выплывем. Я уж точно. Но этого не произошло. Вода так и осталась стоять стеной, только вот теперь без тонкой преграды. Ноги я тоже не промочила, зато научилась ходить по воде.
Золтон посмотрел на все еще находящегося в облике Сапфирового дракона Азура, и слегка кивнув ему, взял меня под руку.
— Мы уходим, Азур останется здесь. Ему необходимо время перераспределить потоки магии и уравновесить силу. Мы не должны ему мешать. К тому же дракону не нравится пребывание чужаков в сердце дома. Пусть эти чужаки и с добрыми намерениями, но злить его лишний раз не нужно.
Мы быстро шли в сторону выхода. Золтон почти тащил меня, а я все оглядывалась назад, и любовалась огромным сапфировым красавцем.
Мы вернулись в гостиную, где нас с нетерпением ждали друзья, и, не дав толком ничего объяснить, Золтон велел собираться. Мы возвращаемся в столицу в Золотой дворец незамедлительно.
Учеба, тренировки и официальные визиты. Это все впереди и не нужно терять время. Опередить события можно, а вот опоздать в нашем случае будет фатально. Мы не возражали.
Когда мы были готовы, и я закинула свою безразмерную сумку на плечо, дверь неожиданно отварилась и в гостиную вплыла Эвклаза Вудвардит. Я успела ее хорошо рассмотреть, и она полностью оправдывала свое имя. Эвклаз с греческого языка — хрупкий. Так называется редкий минерал голубого цвета, похожий на аквамарин. Его сложно встретить в огранке, так как он сложен в обработке из-за своей хрупкости. Она и в самом деле казалась воздушной. Эвклаза была высокой, как почти все драконы, за редким исключением. И при этом очень нежной. Порой в ее взгляде и загорались дикие огоньки, но с таким мужем-красавцем это и немудрено.
Золтон почтительно поклонился ей и поцеловал руку. Девушка кивнула и впервые за все время визита я услышала ее тихий голос.
— Я могу остаться и поговорить с Балаури Вайолет Зуриелурра наедине?
— Разумеется, Эви. Если эта фурия тебя обидит, только шепни и я вмешаюсь. Легкого дуновения хватит, твой ветер, как обычно будет быстр.
А чего сразу я? И она что, маг воздуха? И сильный? Тогда как это я могу ее обидеть. Уж скорее она.
Все поспешили выйти вслед за Золтоном, и мы остались с воздушной красавицей наедине.
— Это вам, Балаури Вайолет.
И мне протянули большую темно синюю бархатную коробочку. Ох, у меня плохие предчувствия. Опять драгоценности?
Ну, так и есть. Огромный Сапфир в окружении белоснежных брильянтов. Я такое уже видела только с изумрудом. Нет, я не против, драгоценностей много не бывает. Но все-таки как-то неправильно разбазаривать сокровищницы… чужие. Я же честная драконица.
— Я, собственно…
— Пожалуйста. Это важно для меня. Вы подарили нашему дому надежду. Теперь, когда магия дома стабилизировалась, я смогу снова попытаться подарить Азуру наследника.
— Э-э… — вот и что я должна сказать?
Надо сесть и слушать, главное — не вмешиваться. Не мое это драконье дело.
— Последние годы были сложными. Мы сильно отдалились друг от друга, — Эвклаза села в кресло и подняла на меня невозможные глаза.
Главное рот не открывать, а то я брякну. Если я сейчас ладони к губам прижму, это сильно будет не по этикету?
— Я так устала все время терпеть и молчать. Меня это выматывает. И тут вы — такая яркая, живая, вы лучитесь энергией. А я как выжатая и пустая, — она снова улыбнулась мне своей печальной улыбкой.
Да я-то тут при чем. Вот не надо меня спрашивать.
— А еще когда муж так невозможно привлекателен, очень сложно порой сдерживать себя в рамках приличия, — и она вздохнула, и мне показалось, что она сейчас заплачет.
Все. Силы кончились. Я честно старалась.
— Так и не надо сдерживать. Вы вообще в пушинку превратитесь. Дунь и вы улетите. Может нужно повыдергивать слишком ретивым поклонницам косы? И все сразу встанет на свои места. Вы фехтовать не пробовали? А кулачный бой? Хорошо помогает от… ну… просто помогает.
— Вы предлагаете мне драться со всеми подряд?
— Нет. Со всеми, пожалуй, не надо. Но вот с теми, кто руки протягивает, куда не нужно, определенно стоит попробовать. Пока смотрят и ладно, пускай завидуют. Даже гордиться, что среди всех именно вы его жена. И пару драк вам не повредит.
— Вы серьезно? — и она широко раскрыла свои невозможно прекрасные прозрачно-голубые глаза.
— Ну да. В следующий раз, когда за ужином эта наглая тетка, что сидела слева от вашего мужа, решит подложить ему салатик в тарелку, попутно потрогав за ладонь, запустите в нее этим салатиком. И сделайте вид, что вы тут ни при чем.
— Вы про Балаури Берилл?
— Не помню, как там ее звали, но за ужином она только и делала, что дотрагивалась то до его локтя, то до ладони. Не удивлюсь, если под столом было еще интереснее. А вы сидели такая невозмутимая. Только иногда глаза вас выдавали.