Влюбленная (ЛП)

Она не отвечает, потому что потеряла сознание. Все.
Я набрал номер Трея, но он сразу попал на голосовую почту. С сердцем, колотящимся в груди, как бешеный барабан, я помчался назад, чтобы найти Томаса.
— Кто все еще в доме? — Спросил я.
Он отшатнулся, когда я подошел ближе, как будто увидел что-то ужасное на моем лице.
— Какого черта? Что случилось?
— Дом, — повторил я, едва слыша его вопросы. — Кто там?
Он облизнул губы.
— Ив все еще должен быть, я думаю.
Я набрал номер еще до того, как он закончил фразу, и через несколько гудков трубку снял Ив.
— Где София?
Последовала пауза.
— Себастьян? Что ты имеешь в виду? Она ведь с тобой, не так ли?
Я закрыл глаза и прерывисто вздохнул. Этого не может быть.
— Она возвращалась в дом с Треем, — медленно сказал я, мой голос дрожал. — Она должна была быть там час назад.
— Трея не было здесь с тех пор, как он уехал, чтобы встретиться с тобой.
Моя рука метнулась, чтобы схватиться за стену, когда комната закружилась вокруг меня. Могли быть и другие объяснения, спущенные шины и разряженные батареи телефона, но я знал, что это не так. Я мог чувствовать правду об этом до самых костей. Они схватили ее. Снова. И это была моя вина.
Все признаки были налицо, а я их проигнорировал. А теперь… О Боже. В моих руках была вся власть в мире, и этого было недостаточно. Я даже не смог защитить то, что по-настоящему любил.
Трей. Он был ответственен за это. Какой бы разрушительный план у него ни был для группы, София каким-то образом была в нем замешана. И я передал ее прямо ему.
Выражение лица Томаса изменилось еще больше.
— В чем дело, Себастьян? С Софией все в порядке?
Но я не мог ответить. Я даже не мог дышать. Мне казалось, что я тону, как будто воздух вокруг меня внезапно сгустился во что-то, что мое тело больше не могло воспринимать.
В прошлый раз я следил за Софией с самого начала. Я знал, куда они ее увезли, и использовал эту цель и направление, чтобы сфокусировать свой страх. Но на этот раз она может быть где угодно. Шанс найти ее был почти нулевым.
Я рухнул на стену и закрыл голову руками. Я понял, что рыдаю. Я хотел умереть. Мне хотелось свернуться в клубок так крепко, чтобы я просто исчез. Мой разум лихорадочно работал, отчаянно пытаясь придумать какой-нибудь следующий шаг, но это было все равно, что пытаться поймать ветер в свои руки. У меня не было никаких зацепок. Никакой информации. Никакой надежды.
А потом мой телефон завибрировал у меня в руке. В определителе номера был указан номер Софии.
Едва дыша, я провел пальцем по экрану, и перед моими глазами вспыхнула ее фотография. Она была привязана к тонкому деревянному стулу, рот ее был заткнут кляпом, глаза широко раскрыты от страха. Подпись просто гласила: «Приходи один». Он не давал никаких указаний, но сказал мне все, что мне нужно было знать. Комната на заднем плане сразу показалась знакомой. Это была одна из комнат управления в старом штабе «Альфа-Группы». Место, где мы с ним впервые встретились.
У Трея была София, и он хотел, чтобы я пришел за ней.
Я почувствовал, как на меня снизошло ледяное спокойствие, внезапное ощущение ясности, которое было почти болезненно острым. Несмотря на то, насколько запутанной выглядела ситуация, он совершил ошибку, пригласив меня. Я еще не знал как, но собирался покончить с этим сегодня вечером. Я уже слишком много раз подводил Софию.
И не подвел бы ее снова.
Глава 14
Себастьян
Когда я прибыл в штаб-квартиру, меня ждало множество вооруженных охранников; по меньшей мере десять человек в костюмах и с бесстрастным выражением лица. Никто не прокомментировал, когда я подошел, они просто стояли рядом, положив руки на кобуры, когда двое ближайших подошли, чтобы обыскать меня. Пистолет, пристегнутый ремнем у меня под мышкой, был конфискован, без какой-либо реакции. Я не ожидал, что на самом деле смогу пройти мимо них, но я все равно должен был попытаться.
 
Я чуть было не вызвал кавалерию. Томас сходил с ума, пытаясь понять, что происходит, и было бы так легко объяснить ситуацию и привести сюда всю команду вместе со мной. Но я серьезно отнесся к предупреждению Трея. Он без колебаний убил бы ее, если бы почувствовал хотя бы намек на активность «Альфа-Группы», и я понятия не имел, как далеко простираются его глаза и уши. Если бы он правильно настроил оповещения, она могла бы умереть еще до того, как наши машины проехали квартал. Я не мог пойти на такой риск.
Когда охранники убедились, что я безоружен, они отступили, и я вошел внутрь. Я добрался до двери, ведущей в тюрьму Софии, но, прежде чем открыть ее, задержался на мгновение, чтобы сделать глубокий вдох. Я все еще понятия не имел, как я собираюсь вытащить нас из этого, но я должен был сохранять спокойствие. Потеря контроля, как я сделал с Эваном, убила бы нас обоих в мгновение ока. Если я хотел, чтобы Трей и его друзья заплатили, я должен был держать себя в руках. Я отказывался верить, что это конец. После всего, через что мы с Софией прошли, возможность представится сама собой. Это было необходимо.
Я повернул ручку и вошел внутрь.
София сидела в углу комнаты, привязанная к стулу точно так же, как на фотографии. Ее лицо было опухшим и красным.
Она закричала сквозь кляп, когда увидела меня, внутренний, испуганный звук, который, казалось, эхом отозвался в моей голове. Даже не осознавая, что я делаю, я бросился к ней.
— Э-э-э, — сказал Трей, появляясь в поле зрения и прижимая дуло своего пистолета прямо к ее виску. — Это достаточно далеко.
София, казалось, пыталась мне что-то сказать. Она замолчала, но ее глаза непрерывно перебегали с Трея на дверь позади меня. Я понятия не имел, что это значит. Казалось, что в этот момент все карты были в значительной степени на столе.
Я перевел взгляд на Трея. Мой гнев поднялся в груди, как бешеная собака, но я держал его на поводке. Сосредоточься.
— Ты, — сказал я, мой голос был достаточно резким, чтобы резать стекло.
Он несколько раз моргнул, затем слегка поклонился.
— Я.
В комнате было пусто, кроме нас троих. Не то чтобы это имело значение. Он был вооружен, а его головорезы находились всего в нескольких шагах.
Я изучал его несколько секунд. В основном он был похож на самого себя. В его улыбке была та же игривость, что и всегда, но теперь в его глазах тоже было что-то темное, что-то не то. Я понятия не имел, как он так долго скрывал это.
— Почему? — Спросил я.
Он ухмыльнулся.
— Вопрос на миллион долларов, не так ли?
— Миллион долларов? Так тебе нужны деньги?
— О Боже, нет, — ответил он со смехом. — Я думаю, неудачный выбор фразы. Нет, может, я и не стою столько, сколько ты, Себастьян, но мне вполне комфортно. Речь идет о гораздо большем, чем это.
Мотив, стоявший за нападениями, постоянно беспокоил меня. Мне никогда не удавалось собрать все кусочки воедино.
— Ты убил Чарли и Аарона.
Трей кивнул.
— Виновен. — Он не выказал ни малейшего признака раскаяния.
— Как ты мог это сделать? Как ты мог убить своих собственных братьев? Мы приняли тебя, сделали частью семьи, и вот как ты нам отплатил?
Выражение лица Трея потемнело.
— Я никогда не был частью семьи, Себастьян. Может, у меня и есть татуировка, но у меня никогда не было уважения.
Я кисло усмехнулся.
— Уважение? Серьезно, так вот в чем дело? Бедный маленький Трей чувствует, что его недооценивают?
Его челюсти сжались.
 
— Даже сейчас ты смеешься надо мной, — он слегка потряс пистолетом. — Неразумно издеваться над человеком с пистолетом.
На мгновение я подумал, что, возможно, зашел слишком далеко, но в конце концов он расслабился.
— Знаешь, мой отец часто рассказывал мне о вас, ребята, когда я был ребенком, — продолжил он. — Я знаю, что он не должен был этого делать, но он сделал. Он часто рассказывал мне о том, что ты делал, какой властью обладал. Раньше я мечтал о том дне, когда стану частью этого. Потом ты наконец пригласил меня присоединиться, и это был лучший день в моей жизни. Наконец-то у меня появился шанс проявить себя. Я провел следующие три года, надрывая задницу ради группы, но в конце концов, знаешь, что я получил? Та же дерьмовая работа и жестокие шутки, что и тогда, когда я начинал.