Кодекс Охотника. Книга V (СИ)

Лишь в последней из пещер меня заинтересовала одна штука. Шнырька вынырнул из тени, и на землю плюхнулась здоровенная картина, где в натуральную величину был изображён какой-то мужик, в несвойственной этому, да и прошлому миру тоже, одежде. Выглядел он, честно говоря, как клоун какой-то, или шут. Яркий кричащий кафтан, гольфы до колен, и лакированные туфли с большими блестящими пряжками. На голове такая же здоровенная разноцветная шляпа, с огромным пером неведомой птицы. Из оружия у него на поясе была шпага, и что-то вроде даги. Выглядел он как очень франтоватый аристократ.
— Ну, и что это за хрень? — задал я риторический вопрос.
Никогда не понимал искусство, не моё это. Однако я видел, что картина была непростой. Она представляла собой какой-то артефакт, и я осторожно прикоснулся к ее раме. Легкий удар током был мне ответом, и смутной тенью из картины вырвался этот мужчина, материализовавшийся передо мной. Я хмыкнул и глянул на картину — ну да, та теперь была пустой.
— Как долго я спал? — раздался глубокий красивый баритон, и мужчина потянулся, как будто, действительно, он только-что проснулся, и разминал свои мышцы. — Что это за место? — огляделся он.
— Это — Разлом. А ты что за хрен? — не очень любезно поинтересовался я.
— Я Бурбулис Сорок Четвертый, лучший мечник королевства Корсания! А кто ты, смерд?
«Хрена се... какой дерзкий!» — удивился я, но тем не менее, вступил в разговор.
— А я тот, кто достал тебя из этой глубокой задницы. Мог бы быть немного полюбезнее.
— Поблагодарить? Нищего простолюдина? — презрительно скривился он.
Пышные усы над аккуратной бородкой забавно зашевелились. Он мне напомнил какого-то гигантского таракана, и я не смог сдержать улыбку.
— Будешь так со мной разговаривать, посажу тебя обратно, и будешь дальше куковать. Сколько времени ты там провел?
— Нет уж, такого со мной уже больше не случится, — недобро улыбнулся он.
Со свистом шпага и дага выскочили наружу, и он принял боевую стойку. Уже по этим движениям я понял, что передо мной действительно очень опытный и опасный боец. Из какого материала состояло оружие — я тоже не знал.
— Неужели ты хочешь убить своего спасителя?
— Ты слишком дерзок в общении с курцмейсером.
— Я даже не знаю, кто это.
— Это самый высокий титул в моём королевстве!
— Ну, с чем тебя и поздравляю, — пожал я плечами. — Вот только тут вам — не здесь.
— Защищайся! — рявкнул боец, и прыгнул в атаку.
Давно я так не прыгал... Доспех мой стонал от пропущенных ударов. А ведь пока я не встречал в этом мире мечника лучшего, чем я. Похоже, он мне, наконец-то, попался. Хотя формально он, конечно, не из этого мира.
Аквила в моих руках пела, передавая мне свою скорость. Я собрал все силы, чтобы всего лишь сражаться с ним на равных. Но нет, такой футбол нам не нужен. Я с грустью признал, что его физическая сила превосходит мою. Если мы будем просто фехтовать, то рано или поздно мой доспех просядет, и я позорно подохну от рук какого-то фигляра. Была мысль натравить на него Затупка или Кару, но во мне всколыхнулась профессиональная гордость. Я привык быть лучшим, лучшим во всём. И чтобы справиться даже с этим, безусловно, Мастером Меча и Кинжала, мне помощь не потребуется. Однако, я хорош не только в фехтовании.
Я стал хаотично осыпать его заклинаниями. Он меня удивил ещё раз. Его меч на секунду вспыхивал, и он реально отбивал всё летящее в него в воздухе. А то небольшое количество, что пропускал, задерживал его доспех, который был если и слабее моего, то не намного.
Я почувствовал небывалое воодушевление — действительно попался мне достойный противник!
А что может быть лучше хорошей драки?
Я ускорился ещё больше, но ему всё равно удавалось отбивать мои атаки. Ну что же, ты сам напросился. Я разорвал дистанцию, сконцентрировался и ...
Когда он ломанулся на меня, перед ним возникли два брата-акробата — демоны борзого Якоба — Балтор и Атрава. Да, их души я тоже подобрал, чего зря добру пропадать.
Мечник не сплоховал, и бросился на них в атаку. Вот только это были иллюзии, а не призванные демоны. Отдавая дань уважения отличному бойцу, я всё ещё не хотел призывать монстров во плоти. Я просто обрушил на него град иллюзий, дезориентируя и сбивая с толку.
 
Вот он отпрыгнул в сторону, уходя от потока плазмы, выпущенного Чёрным Драконом.
Вот он отпрыгнул, отклоняясь от выросшей прямо из земли руки песчаного демона.
Честно говоря, я особо не увлекался, понимая, что такой опытный воин быстро разберется, что к чему, поэтому бросился вперед, пробивая все появившиеся иллюзии. Удар, ещё удар! И вот оба оружия мечника лежат на земле, а сам он завалился на спину, а сверху удобно устроился я, держа Аквилу у его горла.
И тут он удивил меня еще раз. В его глазах не было ни страха, ни ужаса, лишь легкое сожаление.
— Что же, я беру свои слова обратно, — проговорил он. — Даже если ты простолюдин, то ты только что победил лучшего мечника королевства. В моём мире я бы уступил тебе свою почетную должность. Но мой мир разрушен. Коварные враги, не справившись со мной в честном бою, заточили меня в эту проклятую картину. Но я готов принять смерть, молодой Мастер.
Я встал, спокойно засунул меч в ножны, и протянул ему руку. Если он и удивился, то не подал виду, но принял мою помощь.
— Подбери свое оружие, воин.
Нет, я не боялся, что он нападёт на меня. Этот странный тип с феноменальными навыками фехтования, похоже, был из тех чудаков, которым не чуждо благородство. Вот благодаря ему он и оказался в такой ситуации. Мир жесток, и нельзя быть таким наивным. Хотя именно такие люди делают мир лучше, и не дают мне потерять окончательную веру в человечество.
— Залазь обратно в картину, — кивнул я.
Тут лицо воина дернулось.
— Нет, лучше убей меня! А если не сделаешь этого ты, то я сделаю это сам. Я лучше отправлюсь на перерождение. Возможно, появлюсь в другом, более слабом теле. Но у меня хоть будет шанс начать всё заново. Там же, — он кивнул на валяющуюся картину, — никогда у меня такого шанса не будет.
— Я не знаю, как эта штука работает, — кивнул я на картину. — Но обещаю, что сидеть ты там всё время не будешь. Я заберу тебя с собой, посмотрю на твоё поведение. А если я правильно сопоставил своё мнение, то возможно, мы даже и подружимся.
— Даёшь свое слово?
— Да, даю свое слово.
Мечник учтиво поклонился, и втянулся обратно в картину, приняв свой первозданный вид. Я снова хмыкнул. Ну, дал я слово, а он меня первый раз видит. Я сокрушенно покачал головой.
М-да, если в том королевстве все были такими, то их можно было взять голыми руками. Нет, мне нравился его стиль мировоззрения и, в принципе, Охотникам также была не чужда честь, да и в Кодексе было много похожего. Но мы всегда знали, что самая страшная тварь на Земле — это человек! А поэтому не относились к ним с таким безусловным доверием.
Я достал из рюкзака переносные сумки, и подозвал к себе Кару. Та подошла с недовольным видом, и поинтересовалась у меня мысленно.
— «Почему ты не взял с собой Красивую?».
— Не хотел её отвлекать, — хмыкнул я. — Она со своей братвой зачистила почти весь предбанник подвалов. Осталось совсем немного, пусть ребята поработают.
— «Я тебе не ломовая лошадь!» — снова сказала Карамелька.
— Знаю, — ответил я. — Но тут либо ты, либо Затупок. А Затупок это всё не унесёт.
Отморозок прислушивался к нашему диалогу, подошёл к куче железа, и зубами схватил одну из цепей, мужественно потащив её к Разлому.
— Вот видишь, — кивнул я. — Так мы до завтра таскать всё будем. Так что, подруга, извини, но придется поработать тебе осликом.
В ответ раздалось возмущенное шипение, и я хмыкнул.
— Шучу, шучу! Я и волшебное слово знаю — пожалуйста!
Кара тяжело вздохнула, и смирилась. Я накинул на неё сумки, и загрузил туда цепи. К слову, некоторые я просто перекинул через плечо, облегчив ей задачу. Затем подхватил картину, и мы двинулись к выходу.