Демоны ледяных гор-Тайны рода. Компиляция. Книги 1-14 (СИ)

Волки рванули внутрь раньше китайца.
Похоже, они восприняли это как игру, и теперь резвились. Даже не верилось, что вот только в отчаянии бросались на преграду.
Убедившись в том, что и барьер работает как надо, и ключ тоже, я, стуча зубами от холода, сказал:
— Теперь действительно пойдём в дом.
— Да-да, конечно! — согласился Мо Сянь и направился в сторону усадьбы.
Обратно мы поползли по своим следам — так было немного легче, чем заново прокладывать путь.
Неугомонные Умка и Шилань скакали вокруг нас по сугробам, проваливаясь в снег и вспахивая его.
Если они вот так напрямки бежали с самого завода, то уже должны бы устать. Но нет, дури в волках было немеряно.
Потихоньку мы всё-таки добрались до расчищенной дорожки. Тщательно отряхнулись и отправились в дом.
Я уже не просто дрожал, задубел совсем.
Глеб с Данилой и Марта с Полиной встревоженные ждали нас на крыльце.
Как только волки увидели их, так кинулись к ним наперегонки.
Думаете ко всем четверым?
Нет!
Только к девушкам! И сразу же подставили головы под девичьи руки — для ласки. Причём оба старались получить ласку сразу от обеих девушек. И рычали друг на друга, отталкивая соперника.
Мы зашли в дом, и я направился к печке, чтобы отогреться. А эти два демонических паршивца прямиком рванули в кухню к Прасковье — выпрашивать угощенье.
Кухарка сразу заохала, застучала крышками.
И вскоре Умка с Шиланью урча уминали по большому куску мяса.
Конечно, появление волков нас взбодрило, но тем не менее, Марта вскоре сказала:
— Давайте-ка будем спать укладываться. Завтра будет насыщенный день. Не хочу, чтобы вы спали на спарринге.
— А, точно! — сказал я и достал деревянные мечи. — Вот вам для завтрашней тренировки.
Глеб с Данилой покосились сначала на мечи и потом на меня.
— Нам тоже спать или будем медитировать? — спросил Данила.
— Пойдёмте! — решительно сказал я и направился к кабинету.
Парни, естественно, поспешили за мной.
Девчонки тоже пошли за нами, но не в кабинет, а по своим комнатам.
Я не собирался долго задерживаться с парнями. Понимал, что сейчас немного качну ци, и их каналы опять переполнятся.
В начале медитации заставил парней погонять ци по каналам, углубить и уплотнить стенки каналов, уплотнить и углубить запасной резервуар, наполнить ци ядро.
Сам наблюдал за ними, впустив их в своё сознание.
Когда они закончили с подготовкой, синхронизировал их ци со своей и пропустил поток через печь дан.
Как и предполагал, поплыли парни почти сразу же. Правда я был готов и до переполнения ци допускать не стал — чуток поддал и оборвал поток.
Однако надо сказать, что в этот раз парни смогли принять чуть больше ци, чем в прошлый раз.
— Ну всё, идите спать! — сказал я Глебу и Даниле.
— Да, учитель! — дурачась, поклонился Глеб.
— Уже идём, учитель! — весело подхватил Данила.
— Доиграетесь! — в шутку пригрозил я.
И парни со смехом убежали.
Похоже, я действительно сильно вырос в их глазах. Интересно, они с настоящим Володей так же общались?
Теперь я этого и не узнаю.
Да по большому счёту и не надо мне знать этого. Главное, чтобы к нужному моменту они смогли накопить нужное количество ци для того, чтобы взять первую ступень.
Подумав, чем сейчас заняться — снова поизучать анкеты, попробовать разобраться в книгах о магии, медитировать или идти спать, решил идти спать.
День был длинным, а полазив по сугробам, пытаясь выручить Умку и Шилань, я вообще из сил выбился. Так что, самое время отправляться отдыхать.
А потому я развернулся и пошёл в свою комнату.
Открыл дверь, и сердце накрыло тёплой волной — сидя в кресле, меня ждала Матрёна.
— Привет, — сказал я, закрывая за собой дверь.
Матрёна покраснела и прошептала:
— Я только узнать, как вы, Владимир Дмитриевич, себя чувствуете? Может, что-то нужно принести? Так я быстро!
Она вскочила и оказалась в моих объятиях. Не знаю, как это произошло. Просто перехватил и всё.
И тут же начал жадно целовать её.
Матрёна сначала пыталась вырваться, но это было скорее для порядка. И завело меня ещё больше.
 
От одежды мы освободились довольно быстро.
Раньше я взял бы Матрёну прямо тут, не доходя до кровати. Да чего уж там! Я и раздевать бы её не стал, просто задрал бы юбку и всё.
Но теперь, когда она носит моего сына, я был с ней аккуратен и нежен. Ласкал её до тех пор пока она не застонала под моими руками и не зашептала горячо:
— Не мучайте меня! Не могу больше!
И тогда я вошёл в неё.
Она была вся влажная и горячая. Её тело реагировало на каждое моё движение. Она как будто предугадывала, что я хочу сделать, и отдавалась со всей своей страстью и любовью.
А я доводил её до исступления. И начинал ласкать снова. Потом опять.
Нам никто и ничто не мешало. Над усадьбой стоял непроницаемый для врагов купол. Никто — ни твари, ни животные, ни люди не смогут преодолеть его!
Да если б и преодолели — я сейчас порвал бы любого, кто помешал бы нам.
Уставшие и обессиленные мы уснули в объятиях друг друга.
Это было так хорошо — спать, обнимая свою женщину, которая носит твоего ребёнка. Если и есть в мире что-то, ради чего стоит жить, так это оно.
Проснулся я оттого, что Матрёна пошевелилась.
— Что, — спросил я, прижимая её покрепче, отчего её упругая грудь хорошо легла мне в ладонь.
— Нужно идти помочь Прасковье, — прошептала Матрёна и попыталась встать.
Но поздно. Я уже готов был продолжить вчерашние подвиги.
От Матрёны потрясающе пахло — такой родной, тёплый запах. И вообще она вся мягкая, податливая.
Утренний секс получился не менее горячим, чем вечерний. А если учесть, что я за ночь отдохнул, то сил повторять и продолжать у меня было более чем достаточно!
Наконец, Матрёна взмолилась:
— Прасковья одна не успеет подготовить завтрак к вашему отъезду! Мне нужно идти! — и поцеловав меня, добавила: — Я вечером опять приду!
— Обещаешь? — потребовал я ответа.
— Обещаю! — улыбнулась девушка и решила подтвердить свои слова поцелуем.
В результате, я отпустил её только после того, как ещё раз взял.
Матрёна упорхнула, а я остался лежать в кровати.
Мыслей в голове было много. Прежде всего я мысленно прогнал дела, которые сегодня должен сделать в обязательном порядке. Потом прокрутил, какие проблемы могут возникнуть, и как их можно решить.
Понятно, что я не мог предвидеть все возможные проблемы, но просчитать хотя бы часть было хорошим решением. Хотя бы потому, что я смогу подготовиться. Ну и потом смогу быстро отреагировать в случае чего.
Ехать решил в санях. Потому что нас трое — Тихон, Мо Сянь и я. Ну и Кузьма, конечно.
А чтобы мы не зависели друг от друга, взять для Тихона дополнительно лошадь. Таким образом мы потом с Мо Сянем уедем, а Тихон останется решать свои проблемы. А как закончит, вернётся на лошади.
После того, как установлю защиту, у меня будет два варианта. Всё зависит от того, как много времени я провожусь с барьером. Если быстро закончим, то заеду на завод. Нужно будет посмотреть, как идут работы, оставить свою кровь для артефакта — это чтобы защитный купол держался! Ещё нужно сходить к медведю, рассказать ему про красный камень и скипетр и про то, как изменился барьер.
Это я Мо Сяню сказал, что не знаю, почему барьер стал непроницаем для людей и животных. А у меня подозрения были вполне определённые — скорее всего это произошло из-за слияния скипетра и красного камня.
Я хотел рассказать об этом медведю и выяснить, прав ли я в своих подозрениях и что теперь делать. В том смысле, как долго такая защита продержится?
Да и вообще мне скоро уезжать в академию, надо бы перед этим поговорить с медведем. Для меня всякая встреча с ним много даёт.
Но это всё, если барьер установлю быстро.
А вот если провожусь долго, то сразу же поеду домой. Потому что Глеб и Данила нуждаются в моей помощи — без меня они не смогут прорваться на первую ступень.