Демоны ледяных гор-Тайны рода. Компиляция. Книги 1-14 (СИ)

— Охренеть! — это всё, что я смог сказать.
А Ёсико так и вовсе молча смотрела на огонь.
Отсветы пламени играли на её лице. Ёсико в своей растерянности и почти детском восторге была прекрасна. Я поневоле залюбовался ей.
— Вы!.. — раздалось внезапно.
Мы с Ёсико аж подскочили.
Повернулись и увидели верховную жрицу. Она была в бешенстве.
Она стояла посреди коридора и тяжело дышала, как будто только что без подготовки поставила мировой рекорд по бегу в храмовых коридорах.
— Как вы посмели?! — закричала она.
Пламя свечи в моей руке дрогнуло и погасло. Но факел продолжал гореть ровным и сильным пламенем, хорошо освещая всё вокруг.
Я шагнул вперёд, задвигая Ёсико за спину и передавая ей потухший огарок.
— Что-то не так, шисаи Анита? — спросил я как можно невиннее.
— Как вы посмели?! — повторила она вопрос.
Похоже сейчас она была не способна говорить что-то другое.
И тут я обнаружил, что всё ещё сжимаю в руке рубаху.
Я расправил её, как смог отряхнул сажу и спокойно надел.
Рубаха была безнадёжно испорчена — мало того, что в копоти, так ещё и в нескольких местах прогорела. Но я надел её, как будто это была моя лучшая рубаха.
— Объясните, пожалуйста, шисаи Анита, что вы имеете ввиду? — попросил я скорее для того, чтобы выиграть время. А заодно понять, что так выбесило верховную жрицу. Не зажжённый же иероглифом факел? Или именно он?
— Как вы посмели погасить пламя, зажженное Всеблагой?! — верховная жрица выдала наконец свою претензию полностью.
— В каком месте потушили? — спросил я и демонстративно оглянулся. — Или вы про свечу? Так она только что погасла, уже при вас.
— Не морочь мне голову! — закричала шисаи Анита. — Вы погасили факел!
— Этот? — я показал на зажжённый Ёсикой факел. — Или тот? — ткнул назад, в тот, мимо которого мы недавно прошли и который горел не переставая. — А может тот? — показал вперёд, там факел тоже горел ровно.
Верховная жрица словно запнулась. Она с недоумением уставилась на факел, горящий ровным светом.
— Как вы…
— Посмели? — подсказал я.
— …Смогли? — выдавила шисаи Анита.
— Что смогли? — принялся я валять дурака.
Уж что-то, а вести себя на допросах я умею. И вывести из себя могу любого!
— Но он горит… — верховная жрица показала на факел.
— Да, горит, — подтвердил я. И как бы между прочим спросил: — Мы можем идти? А то меня мамочки заждались…
Но я недооценил верховную жрицу.
— Стоять! — рявкнула она. — Ёсико, подойди ко мне!
Дрожащая Ёсико вышла вперёд. Я хотел было удержать её, но перехватил взгляд шисаи Аниты, и не стал.
Трясущаяся от страха Ёсико подошла к верховной жрице.
Та протянула ладонь к груди девушки и на некоторое время закрыла глаза. Потом удивлённо уставилась на неё и спросила внезапно севшим голосом:
— Как?..
Ёсико задрожала ещё сильнее, и я кинулся к ней, но шисаи Анита махнула в мою сторону рукой. Меня отбросило и довольно жёстко приложило к стене. Настолько жёстко, что аж перехватило дыхание. А верховная жрица снова повернулась к Ёсико и, глядя ей в глаза, спросила:
— Как ты смогла пробудить силу огня? Я ж её запечатала…
— Я не понимаю, о чём вы… — залепетала Ёсико.
Верховная жрица некоторое время сверлила Ёсико взглядом, потом отпустила её и повернулась ко мне.
— Иди сюда!
Это был приказ, которому нельзя было не подчиниться.
Я понял, что сейчас она нашлёт марево, и я не смогу противостоять — она увидит и вертолёт, и ребят, и демона. Нужно было что-то предпринять, и быстро!
И я, как в борьбе, перестал сопротивляться, а, перехватывая инициативу, сам шагнул к верховной жрице. И ляпнул первое, что пришло на ум:
— Шисаи Анита, а вы умеете танцевать аргентинское танго?
Если честно, я сам не умел, но кого это волнует?
— Что? — растерялась сбитая с толку женщина.
Я смотрел ей прямо в глаза.
— Вы сейчас, в свете факелов такая красивая… Я подумал: может, вы умеете танцевать аргентинское танго? Мне кажется, вам пошло бы.
— Что за бред? — отмахнулась верховная жрица. — Что за арге… артин…
 
Но я уже добился своего — её настрой был сбит. Осталось укрепить позиции и…
— Аргентинское танго, — не отводя взгляда, повторил я и подошёл к верховной жрице вплотную. — Это такой танец… — Последние слова я практически прошептал ей на ушко. — …Страсти. Танец прекрасных женщин и настоящих мужчин…
Я скользнул по её руке и переплёл пальцы. Другой рукой взял её за талию. Взял, как своё.
— В танго не бывает ошибок, — прошептал я, глядя женщине в глаза. — Это как жизнь. Очень просто. Если ошибётесь, если запутаетесь, продолжайте танцевать…
Верховная жрица не выдёргивала руку, не отталкивала меня, но и не отвечала. Она с недоумением смотрела на меня. А я продолжал:
— Не надо говорить и думать. Не двигайтесь. Пока не захочется…
Контакт глазами был полный. Я чувствовал её. И видел, что она чувствует меня.
Я легонько шагнул на неё, и она отступила. Ровно настолько, насколько я приблизился.
Глядя в глаза, в самую суть верховной жрицы, я шагнул снова.
Она снова отступила.
И тогда я притянул верховную жрицу вплотную к себе. Так, что моя нога оказалась между её ног.
Шисаи Анита на миг прильнула ко мне, но тут же попыталась сбежать.
Я отпустил её талию, но не отпустил руки. И вскоре снова прижимал её к себе.
Мне больше не нужно было смотреть ей в глаза. Она была моей. Я вёл её туда куда хотел, под музыку, которая звучала в моей душе. И шисаи Анита послушно следовала за мной.
Я развернул её и прижал к стене пещеры. Мои руки упирались в стену рядом с её плечами, а нога была между её ног.
Она не оттолкнула меня.
Я приблизился ещё.
Её грудь упёрлась в мою. Я почувствовал твёрдость её сосков. И тогда я прошептал:
— Жалко я не умею выращивать цветы. Я подарил бы вам самый прекрасный букет.
И услышал в ответ:
— Кизаму…
Моей ноге между её ног было тепло и влажно. И я уже было скользнул рукой, чтобы задрать её балахон. Что-то подсказывало мне, что она не будет сопротивляться…
Но тут раздался сдержанный кашель.
— Простите, — прошептала Ёсико, вскочила и убежала.
Чёрт! Я совсем забыл про неё!
Ну и ладно!
Я снова повернулся к верховной жрице, но волшебство момента было разрушено, она стала жёсткой, и я отступил. Отступил, но не сдался.
— Анита… — прошептал я, глядя ей в глаза.
Спустя целую вечность она поправила меня:
— Шисаи…
— Шисаи Анита…
Я сдержанно поклонился. Развернулся и пошёл вслед за Ёсико.
Мне не нужно было оборачиваться, чтобы увидеть, что верховная жрица смотрит мне вслед. Я чувствовал её горячий взгляд.
А ещё, хоть Ёсика и прервала нас, я уходил с чувством, что всё-таки поимел верховную жрицу.
— Не так быстро… — донеслось мне вслед.
Я обернулся.
Шисаи Анита стояла, скрестив руки на груди, и криво улыбалась.
— Не так быстро, Кизаму!
Я остановился в замешательстве.
— Хорошая попытка… — верховная жрица склонила голову набок. — Очень хорошая. Но мимо.
Чёрт!
Я развернулся, и быстро подошёл к женщине. И, впечатав её в стену, впился поцелуем в её губы. Руки заскользили по её телу, сдирая этот чёртов балахон.
Женщина не то что не сопротивлялась. Она начала срывать одежду с меня.
У неё была девичья упругая грудь и бархатистая кожа. Её волосы пахли пряностями, а тело — тёплым мёдом.
Я покрывал поцелуями её шею, плечи, грудь, а она прижимала меня к себе.
Когда я вошёл в неё, то понял, что она была девственницей.
— Прости, — прошептал я, когда мы закончили. — Я не знал, что я у тебя первый. Я был бы нежнее…
И тут она засмеялась. Но её смех быстро перешёл в истерику, а потом в слёзы.
Я притянул её к себе и нежно поцеловал сначала в один глаз, потом в другой. А потом в губы. Нежно и долго.