В лабиринте нереальностей. Книга первая (СИ)
Эйнар в подробности вдаваться не стал, но итогом посещения взяточника стала его явка с повинной в соседнее ведомство (управление по борьбе с финансовыми преступлениями), где подозреваемый покаялся даже в том, что совершил ещё пятнадцать лет назад, когда только-только устроился на службу.
Сложнее пришлось шефу, но и он не попал впросак, посетив самогонщика, потомственного гнома, но не один, а с сотрудником службы по контролю качества, который моментально нашел множество нарушений процесса производства и дело само собой перешло в их ведомство. Казалось бы всё разрешилось идеально, но… но шефу не повезло, как женщине.
Тот самый сотрудник службы по контролю качества сегодня заходил к нам уже раза три, причем если первый раз просто отчитаться о проделанной работе, второй раз донести документы, который забыл в первый раз, то третий… он пришел с букетом роз.
— Евдоким Поликар-р-рпыч… — шеф, не став ходить вокруг, да около, стоило бравому усатому мужчине попытаться пригласить его (её!) на ужин, заявила, как есть: — Меня не интересуют мужчины!
— Голубушка, да вы просто ещё не встретили достойного… — импозантный Евдоким, искренне уверенный в своей неотразимости, белозубо усмехнулся, и не замечая меня в принципе (в офисе были только мы, остальные снова отправились по вызовам), попытался завладеть рукой дикарки, как он окрестил про себя шефа и что явно читалось в его глазах.
Да-а-а…
Хорошо летит, низко. К дождю…
— Шеф, ну зачем? Ребенка плохому учите…
— Тебя что ли? — недовольно скривив губы, потому что Евдоким улетел не очень удачно, умудрившись вписаться затылком в противоположную стену, Симона торопливо подошла и лишь убедившись, что пульс имеется, оттащила потерявшего сознание бедолагу подальше от входной двери, но так на полу и оставила.
— Нет, Сёму. — кивнув на горшочек, весь день простоявший на моём столе, отметила, что момент нокаута он не упустил и теперь замер в ожидании продолжения. — Сёма, вот так делать нельзя. Договорились? Умничка.
— Ну, скажешь тоже… — фыркнув сквозь зубы, боевая леди вернулась ко мне за стол и, попутно отбросив букет с розами подальше на диван, продолжила рассказывать мне наметки на будущую неделю.
— Вечер всем добрый, ещё не ушли. О, а это что? — Алеф, успевший вернуться за полчаса до конца рабочего дня, с удивлением оценил наличие бессознательного гостя и тут же понимающе хмыкнул. — Что, не по вкусу?
— Нет, не оценил. Бери себе, мне не жалко.
— Вообще-то я натурал.
— Я тоже. — придавив подчиненного взглядом и добившись того, что разговор увял сам собой, шеф затребовал подробный отчет.
Стараясь сильно не отсвечивать, потому что видела — Сэми зол, как черт, мысленно хихикала не переставая. Что, прочуял, как в нашей шкурке комфортно? То-то же!
— Ира? Что с лицом?
— Простите. — не в силах уследить за губами, которые так и норовили растянуться в улыбке, мельком глянула на часики. — Ой, время. Я вам больше не нужна? Тогда до понедельника. Всем хорошо отдохнуть!
Не забыв подхватить Сёмочку, мотнула головой Феде и поторопилась выскочить на улицу, уже там расхохотавшись в голос. О, да! Я отмщена за весь наш женский род!
Ой, а вот и дождик!
С удовольствием подставив лицо некрупным и редким каплям теплого летнего дождя, даже не подумала ускорить шаг. Это даже не дождик, а так, баловство одно. Приятное окончание первой рабочей недели, начавшейся с середины, причем не самым удачным образом. Ну да ничего, впереди целых два выходных, за которые мы наконец сделаем все, что я себе наметила.
А наметила я ни много, ни мало, а завершение облагораживания первого этажа и небольшую вылазку по участку, чтобы наконец понять, чем я на текущий момент владею. Марфа Васильна с удовольствием вела домашнее хозяйство, но как она мне по секрету призналась, не очень любила возиться с травой и сорняками, так что придется заняться этим самой. А мне и не сложно, ещё бабушка всему научила.
Но сначала необходимо посетить ещё одно место, а именно банк.
— Добрый вечер. Подскажите, Даниил Андреевич у себя?
— Добрый вечер, Ирина Константиновна, — всё тот же служащий, с которым мы общались вчера, приветливо кивнул и снова отвел меня в кабинет к управляющему, — прошу, проходите.
— Здравствуйте.
— О, Ирина Константиновна. Вечер добрый, голубушка! — с не меньшим, чем вчера энтузиазмом лично устроив меня в кресле, черт не стал уходить обратно за стол, а тут же вынул монету и с сияющим лицом заявил: — Ирина Константиновна, не томите, скажите — сколько у вас этих монет?
Сколько? Да нисколько.
— Федь?
— А сколько надо?
— Все!
— Даниил Андреевич? — слегка нахмурившись, потому что чрезмерный энтузиазм управляющего не порадовал, постаралась прояснить ситуацию: — А в чем дело?
— Вы себе даже представить не можете, что мы нашли в этой монете! — тут же начав расписывать, скольких коллег он собрал и как долго они изучали эту монету, в итоге обнаружив в ней ни много, ни мало, а невероятно редкий полумагический элемент «сезамий», использующийся в местном производстве, управляющий уже едва не умолял меня признаться, сколько у меня этих монет ещё.
— Скажите, а кому принадлежит производство?
— Как кому? Конечно же государству.
— То есть непосредственно царю Кощею?
— Конечно!
— А вы уже поставили его в известность?
— Ну, понимаете… — неожиданно замявшись, черт не сразу, но признался: — Не хотел тревожить царя-батюшку по пустякам. Если у вас всего монета или две, то поверьте, это не существенно, но если хотя бы с десяток-другой, то…
— Федь?
— Три тысячи.
— Ско… сколько???
Бедняга… интересно, у нечисти бывают инфаркты?
— Даниил Андреевич, думаю вам стоит поставить в известность Кощея.
— Да… да… — с трудом нашарив за спиной стол, управляющий тяжело на него облокотился и лишь спустя минуты три, более или менее придя в себя, безапелляционно заявил: — Ирина Константиновна! Вы сокровище!
— Очень приятно это слышать. — нисколько не застеснявшись, потому что комплимент относился не ко мне, а к тому, чем я владею, задумчиво пробормотала: — Тогда может и в украшениях он тоже есть… Федь, а отдай господину управляющему пару комплектов драгоценностей для анализа. — и уже самому мужчине пояснила: — Мы тут подумали и решили, что для меня одной будет слишком много два куба добра, да и хранить их будет накладно. И знаете, если вы найдете в золоте драгоценностей такой нужный вам элемент, я с радостью продам их вам на переработку. Договорились?