Очарованный, околдованный, или Темная Фея для дракона (СИ)
— Нужно идти, — сказала я Валентайну, ко мне вернулась уверенность в себе, как же, оказывается, меня напрягало то, что дракон мне не верит, я просто боялась сама себе в этом признаться. — Я наложу на тебя закреп, чтобы их провокации тебя не выводили из себя. И не сверкай глазами, когда они издеваются. Пусть это будет наша хитрость, небольшое отступление перед атакой. Вместе мы все преодолеем, Валентайн.
Дракон просто мне кивнул.
Глава 18
Я привела себя в порядок, умылась, смывая пыль дороги, расчесала волосы, бытовым словом очистила одежду, сейчас мне легко давалась и магия, и слова фей, словно я всю жизнь ими пользовалась. Оглядела дракона и ему почистила одежду, вызывая у него смешок.
— Хочешь похвастаться своей игрушкой, — к дракону вернулся его сарказм.
— Конечно, пусть завидуют, — не осталась в долгу, накладывая на него закреп, чтобы не выпендривался. Дракон пробуравил меня взглядов, а я оскалилась ему уже полной острых зубов довольной улыбкой, — и не злись, ты становишься такой лапушка, когда злишься. Смотри, понравишься сестрам, Амэра не сможет отказать им.
Валентайн чуть слышно прорычал, а я выпустила крылья и покружилась по комнате, расставляя ловушки и подслушки. Мало ли…
После признания дракона, что я ему нравлюсь, ведь слова «хочу тебя себе» у драконов то же самое, что «любовь на всю жизнь», я немного успокоилась. Все же сильно успел за это время влезть в мое сердце этот чешуйчатый паразит. И знание, что, между нами, ничего не изменилось и тянет нас к друг другу обоих, как и раньше, внесло ясность в мои мысли. Я пустила Амэру управлять телом, не хотелось проколоться на чем-то незначительном и приготовилась быть сторонним смотрителем. Но фею предупредила, чтобы она не смела моего дракона обижать. Порррвуу!
Замок был в плохом состоянии. В окнах дыры, стены обшарпанные, когда-то прекрасный мраморный белый пол усеян трещинами и имеет серый блеклый вид. Но даже разруха не отменяла того, что здесь мне нравилось. Я представляла, как тут было красиво раньше, и думала о том, как тут можно все отремонтировать и прекрасно жить. Фея фыркала на меня, не время предаваться сладким мечтам. Да что бы ты понимала темная, как раз мечты и надежда движет вперед тех, кто не отчаялся.
Зал, в котором собрались темные, был круглой формы с прекрасно сохранившимся рисунком посередине, такой вроде Роза ветров называется. Полукругом расставлены диванчики потрепанные, но все равно шикарные, с серой древесиной, с бархатными подушечками. На диванчиках сидели феи, драконы как статуи стояли под стеной в ряд, без сознания в глазах.
— Ну наконец-то, — видимо, Рей была тут заводилой, потому что в основном говорила она. Я слышала их голоса и в своем разуме, но какие-то странные, словно сумасшедший бред. Отрывки из фраз и непонятные сравнения. Как бы феи ни хорохорились, смерть для них была не благом. Потерять свои души и остаться с небольшим осколком, разве ж это жизнь. Даже если они захотят жить дальше, я не уверена, что смогут. И в этом заключалась первая ложь королевы.
Вторая ложь королевы заключалась в том, что после того, как на Шароте не останется других разумных, феи счастливо заживут. Как? Без своих мужчин да просто без мужчин они не смогут продолжить свой род. А твари бездны, если им открыть сюда путь так просто Шарот не покинут. Здесь еще есть магия, и твари будут тут жить, пока есть чем поживиться, пока не найдут другой погибающий мир.
— Соскучилась за мной, Рей, — хмыкнула я.
— Просто подумала, что ты не придешь. Ты же всегда была немного щепетильна, жалела всех живых зверюшек, — Рей встала и взмахнула крылышками, подлетая к замершему Валентайну, — Странно, почему твой дракон так притягателен. Пахнет вкусно…
Я резко метнулась к Рей, встала перед ней, прикрывая Валентайна:
— Иди и нюхай своего дракона, — я оскалилась на фею и сузила глаза, показывая, что свое не отдам, — не люблю, когда трогают мое!
— Фу, ты, как всегда, жадничаешь, — Рей не стала настаивать и подлетела к дракону, который показался мне странно знакомым. — А вот и мой рыжик, переставляешь, как увидел меня, чуть не убил, а я была еще слаба, еле с ним справилась, пришлось успокаивать.
— Моему тоже не понравилась моя внутренняя суть, — сказала зеленоволосая Лай, — Как скривился, словно не прекрасную фею увидел, а тварь бездны.
— И моему не понравилось…
— И моему…
Раздавались со всех сторон голоса, а потом Рей повернулась ко мне:
— А твой дракон? Что он сделал, когда увидел тебя?
— Сказал, чтобы я свои крылья показывала только ему, — я хмыкнула и немного успокоилась. Все как везде, хватаются и меряется у кого лучше, а вроде магические существа. Может все дело в том, что они темные, интересно, а светлые фейки такие же прямолинейные и жесткие или мягкие и зефирные, как остались в памяти Амэры.
— Ну почему? — возмутилась Рей, — Почему тебе всегда достаётся лучшее.
— Потому что она родственница королевы, — вынес кто-то умную мысль, — ей всегда везло.
Дальше был пустой треп, феи вспоминали, как они воевали, как теряли своих сестер, как ненавидят драконов. И с восхищением рассказывали, как завтра все изменится.
Одна из фей притащила ящик с пыльными бутылками и попробовав, решили, что вино вполне годится, отметит новую жизнь.
Я посматривала на темных сквозь темное стекло бокала и думала, как же завтра мне испортить им призыв королевы и остаться живой. Амэра помнила королеву в последний их день. Белоснежная кожа с черными словно жгуты венами по всему телу, когда-то прекрасные сиреневые глаза превратились в два черных осколка, которые полыхали злобой и темной силой. От королевы фей осталась одна оболочка, в которой зрела тварь бездны. Амэре было тогда страшно, как никогда в жизни, она хотела умереть и не видеть, что будет потом с миром. Казалось, что из всех фей она осталась самой здравомыслящей. Другие феи словно не замечали изменений в королеве, и фея считала, что это из-за того, что в ней тоже есть королевская кровь. Амэра знала больше, чем все эти доверчивые дурочки. Завтра они потеряют последнее, что имели, отдадут свои осколки душ, чтобы пришла королева, превратившись в тварей бездны.
Феи пили, пели и кружили в танцах под потолком, а мне скоро наскучило рассматривать их и я, поняв, что ничего интересного я тут не узнаю, забрала своего дракона и ушла в свои покои.
— До завтра Амэра, — крикнула мне в спину Рей, я чуть приостановилась и, не ответив, улетела прочь с этого темного шабаша.
В комнате я сняла с дракона слово и подошла к окну, рассматривая замерших людей.
— Я попробую снять с твоих братьев слово закрепы, и с остальных тоже. Сомневаюсь, что нужно ли снимать слово с Сакары, как бы ни подняла панику. Но до утра их тут не должно быть.
— Что ты знаешь Ассамар? — Валентайн подошел ко мне, и я прижалась к нему спиной.
— Будет ритуал, вернется королева.
— Это плохо? Дед хотел, чтобы ты оживила артефакт фей.
— Вас обманули, — я хмыкнула, — артефакт фей — это портал в бездну, стационарный портал, если его открыть, то закрыть практически будет невозможно.
— Что мне еще нужно знать? — твёрдо сказал дракон.
— Королева была заражена бездной, думаю, там, в бездне, она полностью обратилась, — феи не понимают, что делают.
— А другие люди?
— Я не уверена, что они смогут уйти на своих ногах, а помогать им — это вызвать подозрение. Я не уверена, что справлюсь со всеми феями, Валентайн.
— А я на что фея?
— Ты защищен от их ментального вмешательства, но не от силы магии. Поверь мне, даже с ополовиненными душами они сильнее тебя. Ты не привык воевать, а они жили на войне сотни лет.
— Как мы помешаем королеве прийти в наш мир?
— Если испортим ритуал. Именно когда он уже будет задействован, нужно нарушить порядок действия. И я не знаю, что произойдет Валентайн, и Амэра не знает. Но… королеву нельзя впускать сюда, это будет началом настоящего конца.