Очарованный, околдованный, или Темная Фея для дракона (СИ)

— Он тоже чует, — кивнул дракон на беса, — может, стоит оглядеться, и пустить вперед разведчиков, мало ли что могло произойти за эти дни в поместье.
— Нет, не нужно разделяться внутри есть живые разумные, нас ждут, — покачала головой, — нехорошее я чую, но словно это старая магия, очень старая. Скорее всего, это слова закрепы на столбах, ограждениях, да на разрушенных постройках.
Фея внутри молчала и на мои вопросы не отвечала, что было непривычно. Я уже привыкла быть с ней на одной волне, но теперь не понимала ее тихого поведения. Через какое-то время пришло понимание, что драконы не ошиблись, поместье принадлежало когда-то королеве фей, домашняя резиденция, где она любила проводить время с семьей. На мои вопросы, что произошло с королевой и, да и вообще с феями моя внутренняя сущность ответить не могла, она не помнила. Столько веков забвения не остаются без последствий, но она вспомнит. Это я уже, и сама поняла, что вспомнит.
Драконы не убили всех фей, нет, просто в один прекрасный день феи пропали, они просто исчезли, словно растворились. Основной костяк, двадцать пять приближенных и королева. На душе от мыслей феи, которая медленно, вспоминала свою прошлую жизнь, было муторно. Не нравилось мне все это. И Валентайн был неправ, когда думал, что я королева. Нет. Королева была другой, совершенно другой. Моя темная сущность была наполовину слабее ее, сильной по сравнению с другими, но сущей мелочью по сравнению с королевой. Я даже плечами передёрнула, вызывая удивление в глазах Валентайна.
— Ну когда уже выходить? — из кареты выглянула Сакара и скривилась, — Ассамар?
Ну почему у меня спрашивает, я подняла глаза к небу, дай силы богиня выдержать эту драконицу. После нашего разговора Сакара не только стала считать меня своей подругой, она попросту перестала замечать Валентайна. Мужа это смешило, а меня бесило, потому что его выдержки терпеть голосок драконицы у меня не было. Здесь подходит пословица, «мы в ответе за тех, кого приручили», хочется отпустить поводья беса и унестись подальше от любви и обожания недавней соперницы.
— Сакара скоро, — терпеливо сказала я, — Видишь, уже замок виднеется.
— Вижу, а чего он такой серый и некрасивый, — драконица фыркнула, — а еще говорили, что раньше могли строить. Какая- то несуразица с ушами.
Я хмыкнула, значит, не только мне кажется, что у замка башни на уши похожи. Но я тут же отвлеклась от драконицы, потому что заметила, что двухстворчатая дверь замка открылась и на крыльцо стали выходить люди. Вернее, не люди, а драконы и… феи. Я чувствовала их, как думаю и они чувствовали меня.
Странное это было состояние, по венам быстрее потекла кровь, в ушах стоял звон, сквозь который пробивалось множество голосов. Они все разом говорили со мной, по нашей внутренней фейской связи. Я была немного ошарашена и не сразу ответила Валентайну на вопрос о том, как себя чувствую.
— Нормально я себя чувствую, — кивнула я Валентайну и сблизившись с ним, тихо стала рассказывать, что чувствую, — у фей оказывается есть своя связь, они приветствуют меня и называют сестрой. Веди себя так, словно не знаешь об этом, но если что имей в виду.
— Решила, что я тебе ближе, чем твои сёстры, — Валентайн спросил это без издёвки или двойного умысла. В его глазах я видела желание получить ответ на свой вопрос.
— Я не понимаю, что происходит, — сказала я ему честно, — так что по мне лучше уже знакомое зло, чем неизвестная доброта. Не люблю тех, кто нагло лезет в мое личное пространство.
В глазах дракона блеснули смешинки, но ответил он мне серьезно:
— Я не предам тебя, Ассамар, — и коснувшись ладонью запястье, на котором должна быть брачная татуировка, кивнул мне.
Их было двадцать четыре, темные феи, с трепещущими крыльями, с прекрасными лицами, в которых проступали неживые маски фей, сверкающие острые зубы в натянутых улыбках губах. Но не это было главным, за спинами фей стояли их мужья, драконы, и было такое ощущение, что они спят, стоя с открытыми глазами. На лицах ни грамма эмоций. Мурашки по коже от этого видения. Фея внутри встрепенулась, расправила крылья, выпуская их наружу, тут же стало тесно во рту от острых зубов, а тело словно перестало меня слушаться, вгоняя душу в омерзительный ужас.
 
Но фея успокоила меня смешком, что лучше знает, как разговаривать с сестрами, а мне стоит, пока довериться ей. Осколок ее души слишком близко соприкасался с моей душой, потому что я видела, она не лжет.
— Амэра, — вперед вышла фея с синими волосами, — Ты, как всегда, опаздываешь, не могла насытиться новым телом? — разговор велся на фейском, так что никто кроме нас, фей, его не понимал.
— Ты не то спросила Рей, — с крыльца спустилась еще одна фея с зелеными волосами, — спроси, где она нашла беса?
— Забыла Лай, ей всегда везет, не зря госпожа выбрала ее ключницей, — феи в один голос рассмеялись.
— Ассамар, что происходит? — Валентайн подъехал ближе и подозрительно посмотрел на собравшихся фей.
— Ты что, не заковала его душу? — Лай вспорхнула к Валентайну и принюхалась к нему, — Сестры, эта извращенка использует дракона по назначению!
Вся толпа фей заржала словно солдаты на плацу, и не скажешь, что тонкие легкие фейки.
— Ты Асмэра всегда была с придурью, смотри, как бы госпожа ни покарала тебя за то, что ты спишь с драконом.
— Не завидуй Рея, — фыркнула я, — Ты просто не знаешь, с какой стороны подойти к мужчине. Мне плевать дракон он или люд, я слишком давно не чувствовала себя такой живой.
Это говорила я, и не я в то же время. Моя фея отличалась от всех летающих тут. Я оглянулась. Наш караван обсыпали пыльцой, отчего все, кто там был застыли истуканами, я перевела взгляд на замершего и пронзающего меня взглядами Валентайна, его рука уже почернела от чешуи, дракон был готов обернутся прямо сейчас.
— Куда всех уводят? — спросила я зеленоволосую.
— Туда же, куда и всех остальных, пусть дожидаются своего часа в загоне. Не беспокойся, они умрут в нужное для нас время.
Все происходящее походило на какой-то сюжет фильма ужасов. Только вроде бы все было хорошо, и тут же все переворачивается с ног на голову и оказывается, что все не то, чем кажется. Фея сюда ехала не потому, что была заперта в моем теле, а потому что сюда ей и надо было. Что это? Происки врагов, о которых мы не знаем? Откуда вообще пришли феи и что им тут нужно? Что вообще происходит?!
Я повернулась к Валентайну и бросила в него слово закреп, заставляя его тело застыть, это не даст другим фейкам читать его душу. Моя фея тихо попросила молчать и не лезть, она все вспомнила и расскажет, только нужно оказаться в месте, где мы будем одни. Это было тяжело, смотреть, как моих попутчиков уводят караваном куда-то за замок, видеть открытые глаза у Сакары, в которых не проблеска ума, она и раньше им не блистала, но теперь походила на куклу. Страшно смотреть на такое. А Валентайн… если бы он мог убивать взглядом, я была бы уже мертва.
Рей схватила меня за руки и стянула с беса, который недовольно косился на всю эту летающую и сверкающую блёсткой ораву он был недоволен. Феи ему не нравилась.
— Ах, Амэра, это так прекрасно опять получить тело! Королева сдержала свое слово. Мы тут и скоро станем единовластными повелителями Шарота. Ни людей, ни драконов, только мы, феи.
Ее слова находили отклик в душе моей феи, которую оказывается, звали Амэра, но меня просто убивали. Что несет эта синеволосая? Как можно уничтожить всех живых этого мира. Она вообще в своем уме?
В наш кружок ликующих влетала еще одна фейка, и взявшись за руки, мы кружили и кружили, рассыпая пыльцу, стайка древних крылатых сумасшедших фей.
— А что будет потом? — спросила я, сминая волю своей феи, она была слаба, уж не знаю почему, но я могла занять свое тело без проблем.
— Что потом? — не поняла меня Рея.
— Что будет потом, когда Шарот станет нашим?
— Мы будем жить! Дурашка! — Рей рассмеялась, и остальные фейки ее поддержали, — Королева знает, что делать! Она дала нам новые тела, значит, знает, что делать.