Звезданутые в беде (СИ)
— Кусто, ты хоть сможешь отличить тот планетоид, в котором у нас, предположительно Тиана, от всех остальных? — спросил Герман в последний момент перед слиянием.
— Смогу, конечно! Я его до мелочей запомнил! Я его и сейчас вижу! — возмутился ликс. — Они до сих пор не до конца заделали ту пробоину, которая у них случилась, когда мы дрались.
— Ну, вот и славно, — кивнул Лежнев, и отправился в рубку. Ускорение им предстояло развить огромное, и парень решил не пренебрегать даже малейшими мерами безопасности. В конце концов, в этом месте тихоход лучше всего приспособлен для слияния.
Слияние. Короткий период темноты, и перед Лежневым раскрываются все краски вселенной во всём своём великолепии. Только сейчас любоваться красотами некогда. Герман старается не мешать тихоходу, хотя так и не терпится помочь, или и вовсе взять управление на себя. Нет, его время ещё придёт, но позже. Пока Кусто справится гораздо лучше. Всё же Лежнев ещё недостаточно опытный пилот, вот была бы здесь Тиана…
Тихоход аккуратно подхватил глыбу льда размером где-то километра полтора на два и медленно-медленно направил её в сторону. Несколько минут плавных, но настойчивых усилий, и вот, рядом оказывается ещё один камень, на этот раз даже побольше — почти с самого Кусто. Герман даже опасаться начал, справится ли тихоход, но тот его обнадёжил, послал волну уверенности. Справится. В течение получаса тихоход насобирал третьим когтем ещё несколько камешков поменьше. Получилась такая горсть, несколько десятков камней размерами от двух до тридцати метров. Ну а потом, наконец, пришло время действовать. Даже будучи в слиянии Герман почувствовал ускорение. Не смертельно, терпеть вполне возможно, но очень, очень ощутимо. «Правильно, — теперь уже очередь Германа пришла, чтобы успокаивать тихохода, — Ничего мне не будет, а нам лучше разогнаться посильнее!»
Разгон в этот раз шёл тяжелее, чем обычно. Ещё бы! Кусто тащил вместе с собой почти два собственных веса! Однако в целом дела шли неплохо. Пока. Чувствительным взором ликса Герман замечал сотни массивных снарядов. Из разных концов системы они летели к центру, к месту сбора вражеских планетоидов. Самое главное — те пока что не реагировали, по крайней мере, никаких движений в связи с атакой не наблюдалось. Не видят? Или такие мелочи их не беспокоят?
Скорость, между тем, всё увеличивалась. Будучи в слиянии, Лежнев мог оценить истинные масштабы происходящего. И это было по-настоящему страшно. Масса камней разгонялась всё сильнее, двадцатая часть световой скорости… пятнадцатая… десятая… пятая… всё, быстрее не получится. Впрочем, можно было бы, но тогда тем тихоходам, которые не отвернут после разгона, будет слишком сложно. Множество огромных снарядов, и летят они не совсем одновременно, и всё это стремится в один, относительно небольшой объём. Так можно пострадать самим от своих снарядов.
Кусто перестал разгоняться. Теперь он свободно летел среди разогнанной кучи камней, больших и малых, даже чуть-чуть отстал. Совсем немного, буквально на сотню километров — поистине ювелирное расстояние, достаточное для того, чтобы зацепить и подправить полёт снарядов когтем, но при этом всё же не в непосредственной близости.
Противник отреагировал. Всё-таки дело было в несовершенстве его систем наблюдения — как только масса снарядов пересекла какую-то невидимую черту, от крупных планетоидов начали отделяться более мелкие фигурки. Ирс показывал такие — это их корабли. Видимо боевые. Крохотные на таком расстоянии хищные, как будто подводные фигурки, рванули от планетоидов во все стороны, навстречу летящим снарядам.
«Вот сейчас и посмотрим, насколько у них крутые пушки», — подумал Герман.
8. Герман Лежнев, пущенная стрела
Сотни камней разного размера с бешеной скоростью неслись к скоплению планетоидов, уютно расположившихся недалеко от центра звёздной системы. Среди этих камней и льда прятались те, кто организовал нападение — киннарские ликсы. Навстречу, постепенно разгоняясь, рвутся корабли пришельцев — быстрые и мощные. И очень хорошо вооружённые. Звёздная система — объект большой, и космические бои в ней не могут проходить быстро. Первый контакт произошёл только через час. Герман видел, как вражеский корабль разошёлся с четырёхкилометровой глыбой льда на встречных курсах, после чего глыба просто взорвалась. Никаких выстрелов, никаких пушек, ракет, или лазерных лучей. Рыбоподобный хищный корабль просто пролетел на расстоянии нескольких сотен километров, а на поверхности астероида вдруг расцвёл яркий цветок взрыва. Четырёхкилометровая глыба рассыпалась на несколько частей. Большую часть осколков астероида поглотило пламя, другие отбросило прочь с курса ударом. Но не все. Часть продолжали лететь туда, куда были направлены изначально. Пусть теперь размер импровизированных снарядов намного меньше, зато их больше, и они по-прежнему представляют опасность.
«Этот рыбомордый не ожидал такого!» — обрадовано подумал Герман, глядя, как вражеский корабль начинает гасить скорость и готовиться к развороту. — «Вот придурок! Нечего было так разгоняться, а теперь всё. Слишком медленно тормозит, не успеет, — злорадно думал Лежнев, — Потому что нефиг было форсить! Видно, решил эффектно пролететь мимо, оставив за собой эффектный взрыв, а тут такой облом!»
Между тем навстречу самому Герману и его «снарядам» тоже летел противник. Парень почувствовал, как Кусто весь сжался, стараясь сделаться ещё более незаметным, и ещё немного отстал от снарядов. Этот рыбомордый, — так решил называть врагов Лежнев, из-за формы кораблей, — действовал по тому же шаблону, что и его коллега. Вражеский корабль разогнался посильнее и в момент, когда оказался совсем близко к самой большой каменюке, что-то такое сделал — Герман ощутил знакомое уже сжатие и скручивание пространства и… Ничего не вышло. Корабль, похожий на хищную миногу вдруг расцвёл желто-синим пламенным цветком и исчез в облаке взрыва, а Кусто пришлось пролететь совсем рядом с облаком плазмы, слегка опалившим бок. «Охренеть у них бомбы, — сообразил Герман. — Если даже толстокожий Кусто прочувствовал! Стоп. А чего это он сам на своей бомбе подорвался? Они их тупо телепортируют, судя по ощущениям Кусто. Только, видно, в этот раз что-то пошло не так, и рвануло прямо на корабле. Что-то у них часто телепорт не срабатывает, может, новая технология?»
Очень хотелось сообщить о своих выводах товарищам, но сдержался. Решили ведь соблюдать режим «радиомолчания», значит, надо соблюдать, хотя, судя по всему, системы обнаружения у них не слишком хорошие. Могут и не заметить. «Но киннары, в общем-то, не дураки, сами, наверное, сообразят, что к чему», — решил Герман и не стал выходить из слияния. Тем более благодаря счастливой случайности, им с Кусто удалось сохранить свои снаряды — очень удачно! Остальным, судя по тому, что наблюдал тихоход, так сильно не повезло. Правда, и ликсов пока никто не заметил — все благополучно пережили первую волну противника. Вот только от «поля планетоидов», как начал для себя называть это сборище Герман, потянулись новые точки кораблей. По всей видимости, угрозу оценили более серьёзно, и выделили для противодействия больше ресурсов. К нему стремились уже три корабля. Лежнев, если бы не был в слиянии, улыбнулся бы хищно и довольно. «Поздно спохватились, придурки! И бомбы ваши теперь не помогут!» Кусто, подчиняясь плану, чуть подправил полёт камней, прицеливаясь точнее в тот планетоид, в котором должна быть Тиана, а сам ещё сильнее притормозил.
Злорадство Германа слегка поугасло, когда корабли разнесли обе крупных глыбы на мелкие части. Видно работали «залпом». Взрывы наложились друг на друга, и просто разнесли глыбы в пыль — остались только совсем мелкие камешки, которые явно не представляют опасности для неприятеля. Ещё та кучка «шрапнели», которую тихоход отправил чуть в стороне — её взрывами не задело. Там есть и довольно крупные булыжники — возможно, их энергии хватит, чтобы перегрузить защитное поле. Тем более, тройка кораблей противника гоняться за мелочью не стала. Зато они, наконец, явно что-то заподозрили — Кусто почувствовал, как его пытаются «нащупать» самыми разными видами излучений. Герман ощутил тревогу тихохода — его не видят, но только потому, что расстояние слишком велико. Если подлетят ближе, наверняка почуют ликса, как бы ни скрывался. Правда, пока такой опасности не было — корабли противника, уничтожив угрозу, пролетели мимо и продолжали ускоряться.