Полукровка из Дома Ужаса
– Видимо, я знаю тебя не так хорошо, как думал, Таранис… Зачем ты это сделал? Зачем убил Короля Огмиоса? Зачем твои солдаты явились сюда и сожгли заживо мою мать?
Я замерла. Значит, он не знает, что это я сожгла следовательницу – его мать… Я мудро решила позволить Роану продолжить разговор.
Роан придвинулся к Арауну, пристально глядя на него сверху вниз:
– Мы с тобой не враги. – Между ними повисло молчание. – Перед нами более серьезная угроза.
Джудок прищурился:
– Как думаешь, кто сообщил эту информацию? Какой предатель рассказал Благим о клубе Гренделя? Кто…
– О клубе Гренделя? – резко оборвал его Роан. – Что там произошло?
Джудок покачал головой:
– Ты не знаешь? Благие сровняли его с землей. Половина людей Гренделя мертвы.
Я нахмурилась:
– Зачем им нападать на Гренделя?
– Грендель владеет большей частью сокровищ Уила Брока, – ответил Джудок. – И объявил себя наследником трона Неблагих. Новым Верховным Королем Триновантума.
Роан зарычал.
– Грендель? – Я фыркнула. – А как же сын короля, Абеллио? – Когда я произнесла вслух имя сводного брата, меня едва не стошнило.
Джудок покачал головой:
– Бастард, так и не признанный официально. А Грендель – дядя короля.
При мысли о Гренделе я скривила губы. Он дядя короля? Я в родстве с этим чудовищем?
– К несчастью для старой жабы, он нажил много врагов, – продолжал Джудок. – Армия Триновантума больше не желает Верховного Короля. Генерал Борво четко заявил, что не будет подчиняться приказам никакого короля. Они не позволят Гренделю вернуться в Триновантум.
Роан стиснул кулаки:
– Благие напали еще где-нибудь?
Джудок пожал плечами:
– До меня доходили слухи, что они совершили налет на оружейную Балора, но не знаю, правда это или нет.
Роан резко вздохнул:
– Оружейную? Если это правда… Лондонский Камень, сокровищница и оружейная. Внезапная атака с целью обезоружить нас.
Джудок поморщился:
– И теперь у них сокровища Гренделя и, возможно, магическое оружие Балора. Неблагие… облажались. Благодаря тебе.
– Я не имею никакого отношения к этому нападению, – ощетинился Роан.
– Мы выигрывали войну, Таранис! Огмиос завоевал бы Клеополис и уничтожил армию Благих, если б ты его не сверг! А теперь посмотри, что ты натворил.
От волнения меня пробрал озноб:
– Если они поражают все важные цели, то, возможно, еще не закончили.
Роан провел рукой по губам:
– Ты права.
– Роан, нужно вернуться к тебе домой, – сказала я. – Срочно.
По его глазам я видела, что он судорожно прокручивает в голове ту же мысль. Элрин и несколько самых могущественных фейри-повстанцев остановились вместе с нами в особняке Роана. Если Благие и вправду охотятся за важными Неблагими, то могут напасть и там.
Глава 2
Мчась по Кратчед-Фрайарз 2, я стиснула руль так, что костяшки пальцев побелели. В серое лондонское небо поднималось облако темного дыма, и вокруг меня зашевелился страх – человеческий страх, исходивший от прохожих на улицах. Их паника придала мне сил, обострила чувства. Когда мы подъезжали к повороту, у меня появилось плохое предчувствие относительно источника дыма.
Я завернула за угол и ударила по тормозам. С особняка Роана спали чары; огненные языки лизали его кирпичные стены и острые шпили. Рядом со мной Роан изрыгал ругательства на непонятном мне языке.
Вокруг на земле повсюду лежали люди, их кровь заливала тротуар. Благие убивали не только фейри.
Скарлетт как-то сказала, что война между Благими и Неблагими унесет миллионы человеческих жизней, и теперь я поняла почему. Благие убивали людей не по необходимости. Они делали это потому, что люди попадались под руку. Для большинства фейри люди не более чем животные.
Дорогу преграждали тела. Прохожие наклонялись к ним, чтобы помочь, кричали, пытались остановить кровь.
Мое сердце бешено колотилось. Я выключила мотор, выскочила из машины и бросилась к особняку, Роан мчался в нескольких шагах впереди. Когда я пробежала мимо испуганных людей, их страх наполнил вены приливом силы. Магия заструилась по коже, и я почувствовала, как удлиняются клыки, прорезывая губу. На кончиках пальцев выросли когти. На бегу я взглянула на Роана: на лбу у него сверкали золотые рога, в руке он сжимал меч, ноги превратились в размытое пятно.
Не обращая внимания на крики вокруг, мы мчались к горящему особняку. Наполовину сорванная входная дверь висела на одной петле. Роан влетел в проем, доломав дверь окончательно, и скрылся в дыму; его боевой рев пронзил меня до печенок. Я выхватила кинжалы, следуя на звук его рычания.
Главный зал был весь в дыму – таком густом, что я еле-еле различала стену напротив и едва могла разглядеть широкие плечи Роана, блеск его меча. Он уже сражался с каким-то фейри, и звон их мечей эхом отражался от стен, смешиваясь со звуками битвы из других частей особняка – рычанием, воплями, звоном бьющегося стекла.
Справа что-то мелькнуло, и я инстинктивно пригнулась. Огромный клинок вонзился в пол за моей спиной – в то самое место, где я стояла долю секунды назад. Я перекатилась и вскочила на ноги, встретившись взглядом с нападавшим. Ладони на рукоятках кинжалов стали скользкими от пота, у меня перехватило дыхание.
Противник был выше семи футов ростом, с одновременно прекрасным и ужасным лицом – беспощадное божество с бледной, как мрамор, кожей и волосами с белым отливом. Мускулы словно высечены из камня, ледяные глаза сверлили меня. Грудь защищали платиновые доспехи, оставляя обнаженными мощные руки; призрачные волосы словно змеились вокруг головы. Разум кричал мне: «Беги!»
Противник снова замахнулся, меч просвистел у меня над головой. Я отпрянула, едва не споткнувшись об опрокинутый стул.
Кинжалы. Мои дурацкие ножики против его меча… Мне до него не дотянуться, а учитывая скорость его клинка, не подобраться так близко, чтобы ранить. Беловолосый снова замахнулся, я пригнулась, меч просвистел над головой.
Я дала волю своим чувствам и нащупала отражение в нескольких футах за спиной. Подсвечник? Маленькое окошко? Неважно. Ноги сами понесли меня назад, когда я соединилась с отражением, ощущая его всем телом. Поискала другие отражения вокруг и нашла подходящее. И сразу нырнула в отражение позади себя. Его прохладная жидкая поверхность скользнула по коже.
Я прыгнула сквозь отражение в доспехах противника и приземлилась за его спиной.
Он уже поворачивался – его рефлексы воина были быстрыми. Но недостаточно быстрыми. Взмахнув правой рукой, я вонзила кинжал в незащищенную шею беловолосого. Теплая кровь заструилась по лезвию, испачкав мне руку. Противник рухнул вперед; я отступила на шаг, схватилась за рукоятку и выдернула кинжал. Из горла беловолосого вырвалось бульканье, он скорчился на полу, из шеи брызнула кровь.
Я встретилась взглядом с Роаном, который стоял над другим поверженным Благим. Он почти незаметно кивнул, гордо сверкнув глазами, и бросился в дымный сумрак в поисках новых захватчиков.
Я не пошла следом. Вместо этого подняла руки, зеркальные браслеты на запястьях замерцали, и передо мной замелькали сотни отражений в особняке.
Кухня превратилась в пылающий ад. Единственным, что там двигалось, были языки пламени. В библиотеке Нериус дрался с закованным в броню фейри. Вместе с ним сражалась и его тень – значит, Бранвен где-то рядом. Я чуть было не прыгнула сквозь отражение, чтобы помочь, но тут мое внимание привлекло другое отражение. Элрин в своей спальне пятилась от Благой с золотистой кожей, чей клинок кромсал воздух. Истекающая кровью Элрин оказалась загнана в угол и вжалась в стену, в ее глазах светился страх.
Я колебалась всего секунду. Нериус мелькал на правом запястье, Элрин – на левом.
Я позволила холодному прикосновению отражения омыть меня – и прыгнула.
* * *