Полукровка из Дома Ужаса

У меня перехватило горло. Значит, даже нимфы Двора Радости узнали о том, что мы предназначенные половины… Наверное, даже раньше меня.
Роан стиснул зубы:
– Я думал, тебя интересует вернуть свою оружейную.
В глазах Коэла вспыхнула искорка интереса, и они снова затуманились:
– Забыл тебя поздравить – ты же прикончил короля… Отличная работа, старина.
Встреча быстро превращалась в пустую трату времени. Коэл с трудом мог связать пару слов.
Роан взглянул на него:
– Я сделал это благодаря твоему отцу. Он был великим фейри.
– Мне все время так говорят. Я его почти не видел. Он жил среди своих книг и пергаментов… – Коэл сделал еще глоток. – Чего ты хочешь, Лорд Таранис?
– Союз. Хочу дать тебе возможность отомстить за кражу твоего оружия.
– Отомстить, – задумчиво протянул Коэл. – Вижу, за смерть отца ты отомстить не предлагаешь.
В комнате повисла тишина. Как-то неловко получилось…
Коэл внезапно сфокусировал взгляд и подался вперед в своем кресле:
– Мой отец умер в тюрьме в доме Арауна. Они замучили его до смерти. Не считаешь, что сначала я должен отомстить за эту несправедливость, а уж потом беспокоиться об оружии?
– Следовательница, которая посадила в тюрьму и пытала твоего отца, мертва, – осторожно сказал Роан. – Сгорела заживо.
Убийство следовательницы – тоже моих рук дело. С каждой минутой я все меньше и меньше ощущала себя мошенницей. Может, я устрашающа даже без силы ужаса…
Коэл нахмурился, стиснув бутылку:
– Даже этот акт мести у меня украли… Раз она мертва, я должен отомстить ее сыну? – Его глаза сверкнули. – Я живу ради мести. Живу ради нее, как ты живешь ради траха.
Как мило…
Я коснулась его руки:
– Вот мы и пришли, чтобы предложить вам отомстить. Выплесните свой гнев на Благих, которые вас обокрали. Именно Благие сначала изгнали Неблагих с земель наших предков, именно они создали такое положение дел, когда король смог захватить власть. Если б не Благие, ваш отец был бы жив и правил своим королевством наравне с Уилом Броком и другими домами.
Коэл уставился на меня, облизнув губы:
– Спиралевидное мышление 5. Очень хорошо. И какую же месть вы предлагаете? Мы их убьем?
– Да, – ответил Роан.
Коэл нахмурился:
– И как вы собираетесь это сделать? У нас нет оружия моей семьи, а у них есть. В том-то и проблема, а? Не говоря уже о том, что они превосходят нас числом.
– Мы можем сразиться с ними, если объединятся шесть дворов и с нами будет Повелительница Ужаса.
У Коэла отвисла челюсть:
– Ты хочешь, чтобы я принял сторону Дома Арауна? После того, что они сделали? – Он бросил на меня острый взгляд и повысил голос: – И Дома Уила Брока, который еще раньше ограбил мою семью?
Я заметила, что Роан явно теряет терпение. Он потер лоб:
– Я мечтал отомстить фейри ужаса куда дольше тебя, но это не дружеская вечеринка, Коэл. Этот союз необходим для выживания нашей расы. Понимаешь? Шесть дворов объединятся или погибнут. Вот и весь выбор.
Губы Коэла скривились в усмешке:
– Чего я не понимаю, так это почему ты говоришь о шести дворах, хотя осталось только пять. Король уничтожил Двор Похоти сотни лет назад.
– И все же я остался, – ровным голосом произнес Роан.
– Я никогда не присоединюсь к своим врагам. – Коэл стиснул бутылку так, что побелели костяшки пальцев.
В комнате наступила тишина. Я пристально посмотрела на Лорда Балора и почувствовала в нем не ярость, а что-то другое. Может, страх? Могу ли я сыграть на этом?
– Лорд Балор, – начала я. – Ваш двор, ваши люди – все они умрут. Благие не проявят милосердия.
– Возможно, – Коэл пожал плечами. – Раз вы так говорите. Тогда я умру с честью, а не сражаясь бок о бок с семьей, которая замучила моего отца до смерти.
Отблески пламени играли на золотистой коже Роана, тени плясали на лице.
– Когда Благие разграбили вашу оружейную, ты потерял не только оружие, но и десятки людей. Значит, ты не хочешь отомстить тем, кто тебя ограбил?
– Ты когда-нибудь видел, как сражаются Благие, Таранис? – Голос Коэла звучал не испуганно, а подавленно. – Нам их не победить. Это невозможно. Мы уже проиграли.
  
Теперь я поняла. Поникшие плечи, монотонный голос, расхристанная одежда… Коэл не был разгневан и не беспокоился о своей чести. Он просто чувствовал себя побежденным и скорбел по отцу. Он… в депрессии.
– Лорд Балор, – осторожно спросила я. – Как долго вы находитесь в своем лондонском особняке?
Он поднял глаза:
– А что?
– Когда вы в последний раз выходили на улицу?
Он усмехнулся:
– Какое дело Повелительнице Ужаса до моего распорядка?
– Вы заперлись здесь с тех пор, как умер ваш отец. Это так?
Он пожал плечами.
– Я не знаю, когда он умер. Банши из Дома Арауна отдали нам его тело несколько месяцев назад. Сказали, что он предатель. Он превратился в мумию. Они морили его голодом до полусмерти, а потом перерезали горло. – Коэл сделал большой глоток. – Не могу сказать, что с тех пор у меня возникало желание совершать утреннюю пробежку. Это имеет значение?
Я убила Гормала Балора три месяца назад. Если с тех пор Коэл не выходил на улицу…
Фейри нуждаются в человеческих эмоциях, чтобы подпитывать свою силу. Без эмоций они слабеют и угасают. Тело Коэла было почти пустым, его магия истощилась. Неудивительно, что он забился в кресло, готовый к смерти.
– Лорд Балор, – сказала я. – На вашем месте я была бы в ярости. В ярости.
Коэл слегка улыбнулся:
– Я и так был в ярости. Так злился, что в голове помутилось. Но я нашел лекарство. – Он помахал передо мной бутылкой с нектаром. – Хочешь немного?
– Вы не поняли. – Я закрыла глаза, призывая на помощь свою ярость. Это было нетрудно. Мысль о том, как Элрин небрежно, как само собой разумеющееся, взяла Роана за руку, тут же вызвала жаркую волну гнева. И эта прозрачная ночнушка на ней, когда она притянула Роана к себе так близко и зашептала… Все это вызвало бурю негодования.
Но я способна и на большее. Мне нужна чистая ярость.
Я взглянула на Коэла, который уставился на меня как завороженный.
– На самом деле я сама в ярости. Благие напали во время перемирия, убив наших людей. Убив ваших людей.
Я вспомнила Абеллио, пытавшего меня в королевской темнице, мешок на голове. Как братец заливал меня водой. Умоляй меня о прощении. Он до сих пор жив, и это нужно исправить.
Раскаленная добела злость вспыхнула в мозгу, когда я подумала, как мои мучители смеялись, пока я дрожала, кашляла, умоляла. Никогда больше.
Я взглянула на Роана. Его зеленые глаза расширились, он пытался напитаться моей злобой.
– Если б вы только могли почувствовать мою ярость, Лорд Балор. – Я не сводила глаз с Роана. – Если бы вы только знали…
Роан едва заметно кивнул: он понял. И откинулся в кресле, больше не впитывая мои эмоции и не защищаясь.
У сидящего напротив Коэла отвисла челюсть, когда моя ярость обрушилась на него ураганом. Глаза еще больше остекленели, спина выгнулась дугой, тело жадно впитало мои эмоции пикси. Я поддерживала огонь ярости самыми злобными воспоминаниями.
Пей, моя милая сестричка. Я почти слышала, как Абеллио и его люди смеялись, пока я пыталась отдышаться, и хохот моего брата звучал громче остальных. Ярость пронзила нервные окончания, воспламеняя разум до тех пор, пока тело не содрогнулось.
Коэл вскочил с кресла, бутылка выпала из рук, разбилась об пол, и воздух наполнился пьянящими испарениями. Его тело напряглось, кончики пальцев выпрямились – он полностью насытился. Взревев, ударил кулаком по каминной полке, вокруг разлетелись мраморные осколки. Волосы потемнели, на лбу выросли бычьи рога, в глазах теперь мерцало оранжевое и красное пламя. Коэл снова взревел, и это звук больше напоминал звериный рык, чем человеческий голос. Воздух вокруг застыл, мое дыхание превратилось в облачко пара. По рукам побежали мурашки, и я широко улыбнулась Коэлу, оскалив зубы. Его ярость оказалась сродни моей собственной, и это было восхитительно. Да. Абеллио должен умереть.