Колония [V] (СИ)
— Точно! — подхватила Дана. — Нас попросту попытаются засунуть в пехотинца или бомбера, и заставят воевать за сергианцев. А если обнаружат подмену, или посчитают нас непригодными, то просто уничтожат.
— Давайте будем надеяться на лучшее. — прервал я девушку. — Сейчас главное, это держаться вместе. И ещё на всякий случай выработать систему неприметных знаков, чтобы мы при любом раскладе могли узнать друг друга. Даже если нас переместят в другое тело. В сергианцев.
Увы, надежды на воскрешение в родной лаборатории не сбылись…
* * *День, когда нас извлекли, я запомню на всю жизнь. Это произошло совсем не так, как дома, после моей первой гибели.
Если в лаборатории я очнулся в стеклянной ёмкости, заполненной особой жидкостью, то здесь произошло мгновенное внедрение в тело, зажатое в каком-то подобии кресла. Более того, наше самое большое опасение — понять язык сергианцев, рассеялось тут же. Пехотинцы чужаков получали команды прямоив мозг. Во всяком случае мне, едва осознал себя, был дан приказ:
— Двенадцать-уло-семь, следуйте по светящейся линии до распределительного отсека.
Вот так, значит. Никакого времени на адаптацию, сразу приказ. И порядковый номер, без какой-либо конкретики. Что ж, посмотрим, смогу ли я контролировать новое тело. Зрение не сильно отличается от человеческого, разве что красноватое забрало шлема чуть искажает цвета.
Пошевелил руками. Хм, слушаются. А если встать? Тоже смог, причем без затруднений. Что ж, попробуем сделать шаг вперёд. Ага, еще один. Уф-ф! Все хорошо, контроль над телом полный, и я владею им даже лучше, чем если бы оказался сейчас в человеческом и управлял мехом.
Повертел головой по сторонам. Коридор, по сторонам которого расположены кресла. В них сидят пехотинцы. Кто-то из них шевелит верхними конечностями, кто-то вертит головой. Встать еще не один не смог. Это что же, я оказался самым шустрым?
— Двенадцать-уло-семь, следуйте по светящейся линии до распределительного отсека. — вновь прозвучал в моей голове безэмоциональный, механический голос. Похож на компьютерный. Ладно, раз говорят куда-то пройти, значит послушаемся.
Страх, что меня прямо сейчас раскроют, начал медленно отступать, и на его место пришла злость. А вместе с ней и ясность разума. Отыскав взглядом светящуюся линию, я двинулся в конец узкого коридора, про себя считая количество пехотинцев, расположенных по левой стороне. Когда подошёл к металлическим дверям в конце, насчитал сорок. Примерно столько же было в другом конце от моего сидения, и если сложить с противоположной стороной, то наберется сто пятьдесят бойцов, не меньше.
Едва оказался в шаге от дверей, они разьехались в стороны, и я вышел в более широкий коридор, по которому уже двигалось с десяток пехотинцев. Все в ту же сторону, куда меня вела светящаяся линия на полу.
Миновав и этот коридор, мы — раньше всех прибывшие, очутились в помещении, больше всего похожим на ангар. Я, продолжая шагать за указателем, внимательно отслеживал всё, что вижу вокруг, запоминать каждую деталь. Вон, справа, на высоте шести метров, расположены большие прозрачные экраны, а точнее панорамные окна, за которыми мелькали чьи-то силуэты. Командование? А что, если я смогу увидеть истинный облик сергианцев? Интересно, как они выглядят?
Чуть не проскочив светящийся круг, на котором оканчивалась моя линия, я замер на месте. Всё, похоже прибыл. И что дальше?
— Двенадцать-уло-семь, ожидайте полного набора десантной группы. — тут же прозвучал в голове безжизненный голос.
Замерев неподвижно, я украдкой стал присматриваться к другим пехотинцам. Так, вот один, прямо передо мной, зачем-то делает резкие движения левым плечом. Стоп! Да он же разминает плечевой сустав. А тот, что слева от меня, так и вовсе крутит головой по сторонам. Еще один вообще присел, и рассматривает что-то на колене. Хм.
Я тоже смелее начал вертеть головой по сторонам. Затем сосредоточил все свое внимание на десантных ботах, стоявших в сотне метров напротив нас, вдоль стены. Неужели мы сейчас загрузимся в эти летающие гробы, после чего нас бросят в бой. Только куда? На Пятую колонию?
Теперь мне стало тревожно. А что, если сергианцы вернулись к моей планете целой флотилией, и сейчас мои братья и сёстры вынуждены драться не на жизнь, а на смерть.
Додумать мне не дали. Перед глазами вспыхнула новая линия, ведущая к одному из десантных ботов, и в голове прозвучало:
— Двенадцать-уло-семь, проследуйте на десантный катер.
На борт я поднялся одним из первых. Прошел к подсвеченному, уже знакомому мне креслу — в коридоре, где я очнулся, стояли такие же. Сел, и меня тут же зафиксировало креплениями. И вот тут я впервые понял, что у моего нового тела почти нулевая чувствительность. Оно совершенно не ощутило боли или дискомфорта, хотя несколько широких ремней прижали ноги и руки с такой силой, что буквально перетянули мою псевдоплоть, покрытую бронёй. Почти тут же меня укололо в шею что-то острое, и голос в голове произнёс:
— Двенадцать-уло-семь, вы назначены командиром первого десятка. Получено звание: сержант. Присвоен цвет: жёлтый. Доступно четыре личных команды — за мной, стоять, огонь, прекратить огонь, и возможность дублирования команд лейтенанта. До старта десантного корабля осталось пять минут.
Пока я слушал приказ, все кресла заняли пехотинцы. Почти все они имели стандартную серо-зеленую расцветку, и рыжие забрала шлемов. Но стоило мне получить повышение, как бойцы передо мной и по бокам приобрели бледно-жёлтый цвет. Бросив взгляд на свои ноги, я мысленно улыбнулся — моя аватара тоже стала желтой, только более насыщенного цвета. Забавные, однако, игры со зрением.
Вскоре все пехотинцы в катере разделились по цветам на десятки. А затем внутрь вошел офицер. Он один стал отображаться белым, и в отличие от нас прошёл в рубку управления катером. Когда за ним закрылась дверь, я уж было решил, что всё, сейчас взлетим. Но именно в этот момент внутрь вошли три бомбера. Массивные бронированные туши, обвешанные установками генераторов плазмы, и двумя мощными пусковыми раструбами за спиной. Вот когда мне действительно захотелось покинуть этот десантный бот. Каракурты были вдвое, если не втрое меньше этих гигантских существ.
Бомберы, имеющие белый цвет, встали в специальные углубления в полу, взялись за крепления на потолке и замерли.
— Двенадцать-уло-семь, старт через девять секунд. Восемь. Семь — прозвучало в моей голове, и я понял, что скоро выясню, куда меня забросило. А точнее — нас. Уж больно странные пассы руками делал сержант зеленого десятка. Именно такие мы обсуждали для тайных знаков. Судя по всему, вместе со мной в катер попала Вана.
Я собрался было тоже подать сигнал, но в этот момент десантный транспортник вздрогнул, из-за чего бомберы закачались в своих креплениях. Отчет окончился и, судя по всему, мы покинули корабль-матку. Ну же, куда нас забрасывают? Как долго ждать? Час, полтора, или всего пять-десять минут?
Не угадал. Полчаса полёта вмневесомости, а затем началась тряска. Когда катер вошел в атмосферу, даже новое тело не смогло противостоять перегрузкам. Взор слегка помутнел, из-за чего все стало двоиться. Пришлось буквально бороться с желанием потерять сознание
— Двенадцать-уло-семь, приготовитлся к приземлению. — словно издали, приглушённо донеслось до меня. — До посадки осталось пять. Четыре. Три. Два.
Удар. Скрежет, ещё удар, а затем снова, и так раз десять. Наконец десантный бот замер. Тут же отвалилась аппарель транспорта, и бомберы один за другим выбрались наружу. А следом за ними мне пришёл первый приказ от лейтенанта.
— Сержант двенадцать-уло-семь, твой десяток выходит первым. Двадцать шагов от борта, левая сторона, первый сектор. Оружие в руки и на выход. Выполнять приказ.
Тут же все крепления, удерживающие мое тело, расстегнулись, отпуская меня, и я поднялся на ноги. Сверху, с потолка, прямо перед лицом, опустилась классическая плазменная винтовка сергианцев, и я не раздумывая ухватил её. После чего отдал мысленную команду своим подчинённым: