Единственный цветок в этой говноклумбе 2 (СИ)

— Но… — с интересом протянула девушка, ожидая продолжения этой фразы.
Шейн взял со стола ложку, погрузил ее в первую тарелку с мясным супом и, посмотрев в глаза Марии, ответил:
— Но при этом наличие информации дает тебе преимущество.
— Я знала, что мы одного поля ягоды.
Шейн лишь пожал плечами. Его типичная манера не выражать особо яркие эмоции уже начинала немного раздражать. Мария, все продолжая улыбаться, решила также взять ложку в руки и попробовать суп на вкус.
К сожалению, куриный бульон показался ей просто отвратительным. Напротив нее Шейн ел точно такой же суп, причем так быстро, что, казалось, ему это блюдо даже нравилось. Это было и поразительно, и удивительно, ведь Шейн, в отличие от Марии, был из семьи герцогини, но к еде придирался еще меньше, чем она.
— Так, так, так. — Девушка положила ложку в тарелку и не заметно отодвинула ее от себя. — Начнем с Веласа Келвина, ладно? Он у нас сбежавший принц из империи Асквид.
Шейн, уже успевший сделать очередной глоток супа, подавился. Бросив ложку на поднос, он приложил руку к груди, сглотнул и прокашлялся. Неприятный ком в горле прошел далеко не сразу.
Мария, наблюдавшая за этим, продолжала:
— Побочная ветвь. Он очень далек от власти и вообще величия императорской семьи. Даже его фамилия отличается от той, какую носят все дети из главного рода.
«На этом континенте существует всего одна империя, — задумался Шейн, постепенно успокаиваясь, — Асквид. То, что Велас является принцем из той страны, объясняет причину, по которой его отправили именно в номер ко мне с Романом, ведь мы тоже являемся представителями знатных семей».
— Говоря об этом, — Мария радостно хлопнула в ладоши, будто вспомнив о чем-то, — сестра Веласа, Адарея Аскания, сейчас учится на третьем курсе академии. Вот она полноправная принцесса из основной ветви семьи.
— Она внешне похожа на Веласа?
— На того, какой он сейчас, нет.
— Что это значит?
Шейн, посмотрев на собеседницу, непонимающе нахмурился. По этому его взгляду Мария быстро поняла, что он еще не успел раскрыть прикрытие Веласа, и потому был слегка ошарашен.
— Отличительной особенностью семьи Аскания, а также всех побочных семей, являются волосы оттенка пламени и глаза изумрудного цвета. Видел что-то подобное у твоего соседа? — Мария дождалась отрицательного покачивания головой и лишь тогда насмешливо продолжила: — Вот и я не видела, но не потому, что он с рождения отличается от остальных родственников, а потому, что он скрывает свою внешность. Магические артефакты помогают ему менять цвет волос и глаз. Очки на лице нужны по этой же причине.
— Но зачем он делает это? — Шейн взял со стола салфетку, вытер ею губы и, вновь схватившись свободной рукой за ложку, зачерпнул ею суп. — Не хочет привлекать внимание окружающих из-за своей необычной внешности?
— Необычной? — Женские брови приподнялись от удивления. — Знаешь, твоя внешность кажется мне куда необычнее. Зачем ты красишь некоторые пряди в черный?
— Не крашу. — Шейн поднес ложку к лицу и, ответив: «После одного случая они сами сменили цвет», продолжил есть.
Мария задумчиво сощурилась. Пока Шейн доедал первую тарелку супа, она размышляла о том, какой же именно случай мог изменить его внешний облик. Сменить оттенок волос временно не было проблемой, но изменить наследственные признаки — совсем другое дело.
— Понятно, — Мария снова улыбнулась, стараясь скрыть собственные эмоции. — В общем, Велас меняет внешность не из-за внимания окружающих, а именно из-за своей старшей сестры. Он не хочет с ней пересекаться, но рассказать что-то больше этого уже не смогу. Думаю, ты и сам можешь придумать достоверную историю о том, почему мужчина хочет от кого-то сбежать.
— Хорошо, понял. — Шейн придвинул к себе очередную тарелку. — А что по поводу остальных?
Мария придвинула к себе стакан с коктейлем, окончательно убедившись в том, что это будет ее скромным, но вполне достаточным обедом.
— Ной Руби не принц, — заговорила девушка, — и родом он не из самой благородной семьи, но где-то года два назад его продали в семью графини Руби из королевства Тересса. Вообще, графство Руби славится драгоценными камнями, которые добываются в глуби их шахт. Они буквально способны выкупить собственное королевство, из-за чего считаются довольно влиятельным семейством.
 
— Но зачем Ноя купили?
Мария замолчала. Приподняв свой настороженный, немного даже растерянный взгляд, она ответила:
— Шейн, какие глупые вопросы. Конечно, потому что у графини нет сыновей. Четыре дочери и ни одного сына — это провал для главы семьи.
— Но тогда почему именно он? Не нашлось кого-то талантливее?
Мария опустила взгляд и усмехнулась. Эта ее реакция была довольно странной, но вызвана она была мыслями о том, что Шейн, будучи талантливее остальных мужчин, уж как-то слишком поверхностно судил о возможностях использования магии.
— Родители Ноя пробудили его способности к магии еще в возрасте трех лет. Они вкладывали все средства своей семьи в его образование и из-за этого даже влезли в долги. Благодаря этому Ной стал довольно одаренным. Уверена, если бы он сдал вступительные испытания, попал бы в класс «Б», если не выше.
Мария посмотрела на Шейна. Растерянное выражение его лица так и говорило о том, что он не подметил в Ное никакого таланта. Почти шепотом, но намеренно членораздельно она спросила:
— Неожиданно, правда?
Шейн посмотрел в глаза девушки, которая продолжала коварно улыбаться. Он видел, что Мария буквально чувствовала восторг от того, что рассказывала ему чьи-то секреты.
— Признаюсь, не ожидал.
— Дальше больше. — Девушка поднесла стакан к своим губам и, допив остатки коктейля, быстро поставила его на стол. — Последний сосед, Дрэго Роман. Ты уже знаешь из какого он рода, верно?
— Верно, и потому вряд ли ты удивишь меня историей Дрэго. Я уже знаю…
Мария хищно улыбнулась. Не желая дослушивать это самоуверенное высказывание, она запросто перебила:
— В возрасте десяти лет он почти сбежал из семьи.
— Что?
Шейн нахмурился. Конечно, его не сильно удивляло то, что какой-то мужчина хотел сбежать из дома, но, вспоминая свой недавний разговор с Дрэго, он понимал, что тот вряд ли мог сбежать каким-либо примитивным способом.
— Если быть точнее, — продолжила Мария, — он сам продался церкви и попал на служение к самой святой Дафнии Лафаэрте.
— К Дафнии? — шокировано повторил Шейн. Да, он просто не мог не знать кем была Дафния. Воспоминания, связанные с первыми днями его жизни в особняке Дорианов, были частично связаны с ней.
«Это же та женщина, которая приходила в наш дом для того, чтобы оказать лечение? Чтобы персонаж, который должен появиться намного позже, уже фигурировал в разговоре?»
— А говорил, что не удивлю. — Мария ухмыльнулась и, откинувшись на спинку стула, расслабленно продолжила: — Да, она отказалась принимать Дрэго в качестве послушника и вместо этого просто выкупила его у церкви. В итоге он стал ее дворецким, а она еще доплатила его семье, чтобы те закрыли глаза на проделки младшего сынишки. С тех пор он целиком и полностью принадлежит ей.
Шейн продолжал хмуриться. Этот новый факт о его соседе совсем не радовал, даже настораживал.
«Чтобы женщина, которая пыталась заполучить меня, да являлась хозяйкой моего соседа? Подозрительно все это. Точно ли наше соседство — это совпадение?»
— Я знаю, о чем ты думаешь, — заговорила Мария. — Но я не знаю совпадение ли то, что вы с ним пересеклись. Вообще, студентов расселяют в соответствии с их положением в высшем обществе. Простолюдины к простолюдинам, дворяне к дворянам. Но ведь в академии полно дворян и помимо Дрэго Романа, верно? Вероятность того, что вы окажетесь в одной комнате с самого начала не была высокой.