Святки без оглядки (СИ)

– М-м...
– Не мычи.
– М-может... – едва проблеяла она, не сводя с него испуганных глаз.
– Каким образом?
– Н-ну, если она выпустила потустороннюю сущность из зеркала, та вроде как могла свести ее с ума...
– Этого еще не хватало...
– Нет, это в теории. Я в этом не разбираюсь, если честно! Надо бы покопать в интернете. Я просто кино смотрела, там вызывали с помощью спиритического сеанса чью-то душу, а потом не смогли ее обратно запихнуть, и оно всех поубивало... Вадь?
– А?
Вадим, похоже ее и не слушал, думая о чем-то своем. Вот что за характер? Вечно замкнется и в уме уравнения решает. Поэтому Светке с ним и трудно. У той темперамент, ветер в заднице и в голове, а этот... вечно набычится и сам себе на уме. Может, потому что мозгов много. А вот Светке бог не додал.
Вадим тем временем пододвинулся вплотную к Снеженике и обхватил ладонями ее дрожащие пальцы. Та постаралась высвободиться и громче забормотала молитву.
– Снеж, девочка моя... – Вадька настойчиво сжал ее ладони и аккуратно высвободил из дрожащих пальцев край одеяла.
А та замерла, поджав колени и зажмурив глаза. Почувствовав, что ее лишили единственного убежища, сжалась в комок, закрыла лицо ладонями и в голос завопила.
– Да что с тобой, Кисунь? Посмотри на меня, пожалуйста! – Вадик обхватил ее за плечи, затем осторожно отлепил ее руки от лица, прошелся пальцами по щеке и нежно подцепил за подбородок. – Ну же?
Голос его звучал так ласково и успокоительно, что даже Ксюха расслабилась, а Снеженика, перестав вопить и почуяв на себе сильные мужские руки, тихо всхлипнула и осторожно приоткрыла глаза. Моргнула удивленно, вперив обалделый взгляд в лицо Вадима и тихо ахнула:
– Димитрий?
  
Глава 11
 
– Эмм, ну если хочешь, пусть будет Димитрий, – неуверенно согласился Вадька. – Хотя я и по паспорту Вадим... Кисунь, поехали уже, а?
– Я Глаша! – вдруг радостно доложила ему Снеженика, чем повергла их с Ксюхой в крайнюю степень изумления. – Глаша – соседка твоя, не узнаешь?
Девушка так глупо улыбалась сквозь слезы, что Вадим невольно предположил, что без психиатра тут не обойтись.
– Оооо! – закатила глаза Ксюха и полезла за телефоном.
– Не надо, не звони! – тут же напугался Вадим.
– Куда?
– Ксень, у меня сделка! С иностранцами! Я воюю за них с конкурирующей фирмой! У них руководитель пожилой, принципиальный, помешанный на семейных и культурных ценностях. И компаньона в России ищет под стать. Ты хоть представляешь, что будет, если они нароют, что я девушку свою довел до дурки? Мне репутация сейчас нужна прозрачности хрустальной!
– Чего? – вылупила глаза Ксюха. – Я вообще-то собиралась погуглить, что это с ней...
Глаша переводила испуганные глаза с одного на другую.
– Бесовка! – шепотом поведала она Вадиму, прижав ладонь к губам.
– На себя посмотри, кукла надутая! – вспылила было Ксюха, но Вадим остановил ее жестом.
– Снеж, это Ксюша – сестра твоя! – приобняв девушку за плечи, тихо объяснил он. Та залилась румянцем и смущенно отстранилась.
– Сестер у меня две, – вдумчиво пояснила Снеженика, загибая пальцы. – Ульянка и Дуняшка – двойневые они, и им по восемь лет. А енто я не знаю, кто. Правда, не бесовка?
– Правда, – улыбнулся Вадим, настойчиво прижимая ее к себе. – Мы сейчас поедем домой, выпьешь успокоительного, поспишь, и все образуется...
– А хто ж ее так?
– ...потом пригласим терапевта, куплю путевки в горы и... Кого?
– Ее, – сочувственно покачав головой, Снеженика бесцеремонно указала пальчиком на Ксюху. – Всю косу как есть девке отрубили и дегтем вымазали... За что ж ее, а? Никак, блудная?
– Да ты совсем берега попутала, овца патлатая? – терпение Ксюхи тоже было небезгранично. – Вадим, забирай ее и валите! Пока я и в самом деле санитаров не вызвала!
– Ругается... – удивленно заключила Снеженика, доверительно заглядывая в лицо Вадиму.
– Конечно, ругается... – растерянно согласился Вадим. Он озабоченно оглядел девушку, потом придвинулся поближе и схватил ее в охапку: – Снеж, ну хватит, не смешно, прошу тебя!
 
И тут же получил по рукам.
– Ты, Димитрий, странный какой-то! – вдруг заявила Снеженика, выпутываясь из его объятий и краснея. – Сначала бы сватов, да сговор, а уж потом руки-то распускай! А то я не хочу потом в дегте, как она...
Вадим растерянно отшатнулся, ища глазами помощи у Ксюхи, но та только фыркнула и упулилась носом в телефон.
Снеженика тем временем жеманно улыбнулась, прикрываясь краешком одеяла:
– А я уж думала, не нравлюсь я тебе, уж сколько слез пролила, да и вовсе отчаялась. А ты сватов-то засылай, глядишь, а я не откажу...
– Отказала вообще-то, – устало выдохнул Вадим, сползая на край дивана. – Кто сказал, рано мне замуж, давай пока так поживем?
Глаза Снеженики округлились как две полные луны:
– С Федоськой меня путаешь?
– С какой Федоськой?! – застонал Вадим, вскакивая с дивана. – Снежа, хватит! У меня сделка! Если я ее упущу, никакой тебе Швейцарии, поняла? Что за блажь? Если вы меня так разыграть решили, то это вовсе не смешно!
– Можно тебя на минуточку? – вдруг поманила его пальчиком Ксюха. – Вы, как вас там, Глаша, да? Посидите тут пока, угу?
Она подцепила Вадьку под локоток и настойчиво потащила его в гостиную.
– Вот, нашла, смотри! – торжественным полушепотом объявила она, прикрыла задвижную дверь и ткнула пальцем в телефон. – Где тут... мистика и тайны... зеркала... бла, бла, бла... А! Вот! «...были описаны случаи, когда пациент переставал воспринимать реальность, объявлял себя другой личностью, зачастую даже из совсем другой страны или времени. При этом человек начинал разговаривать на незнакомых ему ранее языках и выдавать некие факты, о который раньше представления не имел, но они имели место быть в истории. С точки зрения медицины это объясняется как редкий вид шизофрении...», так, это пропустим, вот! «...экстрасенсы называют это явление реинкарнацией или переселением душ, но носящим временный и обратимый характер»... Бла, бла... «...подобное возможно только при стечении крайне редких обстоятельств, как то: соотношение определенного отрезка времени, подходящего по душевным показателям объекта для обмена и наличия сильного энергетического артефакта». Вадь! Это зеркало! Я когда его на барахолке покупала, мне продавец сказал – магическое! Ну я не поверила, думала, цену набивает! А оно, похоже, того... И в самом деле непростое.
Вадим молча слушал ее, сидя на диване и уперев локти в колени. Нетерпеливо морщился, скептически поджимал губы, мотая головой, и все время поглядывал на часы.
– Че за бред? – пробормотал он, сдавив пальцами виски. – Ты хочешь сказать, что она гадала и нечаянно поменялась душами с... как ее там? Какой-то Глашей?
– Да! – глаза Ксюхи выражали такую искреннюю степень восхищения, что Вадим сделал себе пометку вызвать психиатра и ей.
Он молча поднялся с дивана и направился в прихожую.
– Короче. Мне все это не смешно. Наиграетесь – скажи ей, пусть позвонит. У меня китайцы...
– Какие китайцы?! – всплеснула руками Ксюха, хвостиком следуя за ним по пятам. – Тут исключительно редкий случай! На всю историю единичный, может быть! Ты что, не понимаешь, твоя Снежа сейчас зависает где-то в глухом селе в теле девки Глаши, а эта самая Глаша – вот она, тут!
– Прекрасно. Вот и разбирайтесь, – Вадим нашарил среди обуви свою куртку, но Ксюха безапелляционно вырвала ее у него из рук.
– Что значит – разбирайтесь? Ты же видел, она меня боится! А тебя хотя бы узнает...
– Ты все это серьезно что ли сейчас? – недобро прищурился Вадим.
– Нет, блин! Я, знаешь ли, каждое утро с пяти утра в такой дурдом играю! Мне, между прочим, сегодня с Вениамином к выставке готовиться надо!
– Вот и готовься! Только зоо-психиатру его покажи сначала...
– Вадим! А ну-ка вспомни, ты хоть раз слышал, чтобы она молилась? Замуж за тебя спешила? Я уж молчу, что она отродясь не видела корову и даже понятия не имеет, что ее можно доить!