Дворянство (СИ)

Вот как, оказывается. Значит, они знакомы… Вот только её замечание осталось без внимания. Только Виктор позволил себе шикнуть на неё.
Лена подняла руки вверх. Недовольно бормоча себе что-то под нос о поведении Светланы, и отошла от стола в мою сторону.
Вот тут Василий Юрьевич и заговорил.
  
Глава 24
 
— Я хочу воспользоваться правом ответа от владельца местной гильдии наёмников, — полицейский криво ухмыльнулся, и тут же мимолётом покосился на меня. — Имею ли я такое разрешение?
Эдвард Тойвович ухмыльнулся, сел напротив него и заговорил:
— Ну, вы же достали монету на входе, верно? Так чего устраивать представление?
Василий, не меняя выражения лица, коротко кивнул, положил руки на стол и начал играть причудливой, на мой вкус, медяшкой. Только чуть крупнее десятирублёвой, юбилейной монеты.
Что на ней было нарисовано, я так и не смог разобрать, но, очевидно, у неё была какая-то сила, с которой остальные были вынуждены считаться. Не эту ли безделушку он показал администратору при входе в наше заведение?
— Любопытно, откуда у обычного, я бы сказал, рядового мага имеется монета мертвеца, которая так просто не попадает в руки таких людей, — Эдвард ухмыльнулся в ответ, повернулся к бару и одним жестом пригласил к себе официанта. Ну, по крайней мере, мне так показалось.
На самом же деле ему тут же понесли две чашки кофе.
— Боюсь, я не имею право отвечать на этот вопрос, — уклонился от прямого ответа мужчина.
— И не стоит. Василий Юрьевич, насколько я помню, лет десять назад вы были дворянином, как и многие здесь. И если я не ошибаюсь, воины вне аристократического клана лишаются всех привилегий. Но вы, как я вижу, пользуетесь ими без особых проблем. Я обязан буду доложить об этом инциденте.
Полицейский замер с протянутой к чашке рукой. Убрал её обратно, нахмурился, но всё же решил дать нам больше подробностей.
Его история не была занимательной, на мой взгляд, ибо и половины из услышанных терминов я просто не понимал. Вроде как он был участником какого-то сражения в Хибинах, когда закрытая площадка исследователей в лице мага и мутанта вырезали подчистую целый посёлок, не обращая внимания на нарушение кодекса, обращая людей в диких.
Затем жизнь помотала Василия по всему северу, где он пять лет преследовал в союзе с мутантами тех самых учёных. Провалил задание и лишился своего статуса в качестве наказания.
Был он то ли правой рукой местного аристократа одного из районов, то ли сам был владельцем целого клана… я так и не понял. Слишком много специфики, которая от меня ускользала.
— Мне до сих пор есть место в собрании, — закончил он. — Поэтому я имею право пользоваться монетой в самых спорных случаях. Но, уверяю вас, сейчас мне просто требуется ваша помощь.
Елена, которая появилась за его спиной ровно в момент, когда он попросил помощи, лишь фыркнула. Тойвович, правда, одёрнул её, уточнив на всякий случай, есть ли у неё что-то, что она хочет озвучить. Но та лишь покачала головой, нахмурила брови и как ни в чём не бывало полезла за бар.
Далее последовали звуки шуршания коробок.
— Елена, — Виктор вскочил со своего места, — давай ты инвентаризацией займёшься в другой раз, ладно?
— Технический перерыв же, — улыбнулась она и принялась шуметь больше обычного.
«А у этой сладкой парочки было какое-то общее прошлое! — тут же отозвался Кактус. — Твои предположения, Ярослав?»
«Предположений нет, но я вот о чём подумал… ты же слышал, что он говорил про резню в Хибинах, да?»
«Ну, слышал. А что такое?»
«Раньше, лет так в десять-двенадцать, точно уже не помню, я со своим отцом ездил в Кировск. Кататься на местном склоне на горных лыжах. Там что-то типа туристической базы, и если не ошибаюсь, ещё и соревнования мирового масштаба проводят. Интересно, просто, что за город-то они стёрли с лица земли…»
«Не город, а посёлок, — поправил меня Кактус. — Под Апатитами стройка была. Горная переработка или что-то там. Я был на разборе полётов ещё до эксперимента надо мной. Могу лишь сказать, что все участники мертвы. Он немного лукавит, и Эдвард это знает. Тем более что монета… это власть. А какая власть может быть у обычного на вид полицейского?»
 
«Это я понимаю. Но он же сказал, что не всех нашли».
«Не забивай себе голову всякой глупостью, ещё от других заразишься. Не до этого. Ты лучше послушай, для чего он пришёл. А откуда у него власть и монета, увы, тебе пока рано знать. Вот станешь сильнее, захочешь, например, убить его, там и узнаешь».
«Это преступление, вообще-то!»
«Это жизнь, парень. А он маг и твой естественный противник. Кто знает, когда он захочет стать сильнее и перейдёт черту допустимого, начиная поглощать эмоции людей дочиста и оставляя после себя лишь пустые оболочки. Я, например, не заметил у него и намёка на накопитель. И Лена, между прочим, его знает. Так что это сильный маг и помощь ему нужна не просто так, иначе бы он сам давно справился с угрозой».
Ровно в момент, как Кактус договорил, Василий озвучил следующее.
В нашем районе, который является пересечением трёх «границ» одной стаи и двух кланов магов, появилась горсть диких. Но проблема была чуть иной…
— Дикие не простые. И их минимум трое, — продолжил Василий, смотря на старика. — Сегодня ночью дикий пронёсся мимо члена моей группы и снёс ей голову одним касанием, так что даже я не успел среагировать. Понимаете, какой это уровень?
— Альфа роя диких, — мрачно улыбнувшись, ответил Эдвард. — Но откуда рою взяться здесь? У нас нет ферм, нет магических складов, да и до ближайшей лаборатории… — он сощурился, — несколько километров на запад. Где территория магов, а не наша — нейтральная.
— Не знаю, — пожал Василий плечами. — Однако это уже восьмое убийство. Даже скажу так… это второе убийство носителя симбионта. Шесть человек были убиты за последние два дня. Тела ещё пяти так и не были найдены.
— Даже так… — нахмурился одноглазый старик, потерев область рядом с повязкой. — Почему вы думаете, что тела, которые не найдены, относятся к ним?
— Группа молодых лиц из приезжих на заработки сказочным образом пропала. Снимали двушку на Комсомольской.
Оп… а это как раз рядом с домом моих родителей.
— Перестали выходить на связь без какой-либо причины. Хозяин дома обнаружил в квартире все личные вещи. А также все документы и прочую мелочь. Как думаете, принято ли оставлять телефоны дома? В наш-то век, — хмыкнул мужчина.
— Что-то ещё? — Эдвард поджал шрамированную губу. — Или только догадки и ничего более?
— Вчерашнего убийцу мы видели. Белокурая девушка лет восемнадцати. Изменения в конечностях рук и формы лица. Не оборотень, не морф. И уж точно не мутант.
— Почему вы так решили? — не унимался старик.
— Я работаю с двумя типами носителями симбионтов больше шести лет. Плотно работаю. И знаю, что настолько хаотичные изменения, несимметричные и несовместимые с оболочкой, мутантам не к лицу. У неё одна рука была словно спица, тонкая и блестящая…
— Любопытное изменение. Необычный противник, — улыбнулся Эдвард, но полицейский продолжил.
— А вторая рука, перепончатая с тридцати сантиметровыми ногтями, которые уже можно назвать прочнейшими когтями.
— Ну, допустим, химера…
— Пасть вытянутая, сдвоенный язык и два глаза разных размеров, посаженные вглубь лица.
Вот тут Эдвард согласился с ним. Я же чуть было не присвистнул от «описания». Неужели… это чудище — как раз та пассия Вадима?
И что за изменения тогда будут у моего друга? Ну… насколько он стал более бесчеловечным и похожим на монстра из фильмов ужасов?
Чёрт… о чём я думаю⁈
— Придётся открыть собрание, — недовольно и с лёгким вздохом, забормотал Эдвард. — Если это рой, у нас большие проблемы. Весь район прошерстят сначала сборная группа магов и мутантов, которые, дай бог, друг другу глотки не перегрызут под шумок, а затем придут чистильщики. Для маленького района такого, как наш, это будет катастрофа.