Тайный наследник для миллиардера (СИ)

— Нет, никогда. Но очень хотела.
Тимур показывает где педаль газа, где тормоз, объясняет некоторые тонкости.
— Понятно?
Киваю, не в силах сдержать улыбку до самых ушей.
— Тогда поехали, — он откидывается в кресле.
Нажимаю на педаль тормоза, поворачиваю ключ зажигания и перевожу рычаг в режим движения. Потихоньку отпускаю педаль, и когда машина трогается с места, не могу сдержаться от радостного визга.
— Она едет, Тимур! Едет!
Мужчина рядом явно получает удовольствие от процесса. Он сидит вполоборота ко мне и выглядит расслабленным, но я чувствую, что он сконцентрирован на мне, и готов в любой момент перехватить управление.
— Добавляй скорость, Полинка. Только не слишком разгоняйся.
— Не буду, Тимур.
Адреналин зашкаливает, мне так нравится ехать за рулем! Так бы и ехала хоть целый день. Но когда впереди маячит заправка, Тимур возвращает меня обратно на пассажирское сиденье.
— Все, Полька, отдам тебя на курсы вождения. Выучишь ПДД, сдашь на права, и тогда катайся сколько хочешь.
Я снова бросаюсь ему на шею.
— Я так мечтала научиться водить! — говорю, захлебываясь от восторга.
А он снова уклоняется под предлогом, что надо припарковать машину. На заправке мы пьем кофе с хот-догами, и едем дальше.
Спустя некоторое время Тимур снова съезжает на обочину и озабоченно вглядывается в приборную панель.
— Что такое? — спрашиваю, глядя на его озадаченное лицо.
— Ты не поверишь, Полинка, — отвечает Тимур, — у нас закончился бензин.
— А разве у тебя нет датчика?
— Похоже, сбой в контроле топлива, — морщит лоб Тимур. — Вот черт.
— И как раз на заправке были, — расстроенно качаю головой. — И что будем делать?
— Можем подождать моих парней. А можем… — Тимур смотрит в навигатор, — здесь недалеко зона отдыха. Всего три километра, за полчаса дойдем. Посидим в ресторане, пока нас не заберут. Я бы уже поел. Ты как?
Пожимаю плечами.
— Три километра и правда недалеко. Если ты не боишься здесь бросать машину, то пойдем.
Сказать, что с ним я готова идти куда угодно и сколько угодно, не решаюсь. Хотя наверняка Тимуру было бы приятно это услышать.
  
Глава 25
 
— Ты не боишься так бросать машину? — оборачиваюсь на припаркованный на обочине автомобиль.
То ли, потому что я успела его поводить, то ли, потому что это авто Тимура, но мне его жаль так, будто это живое существо. Правда, хозяин машины не так сентиментален, как я.
— А чего мне бояться?
— Вдруг его угонят?
— Как же его угонят без бензина, Полька? — Тимур улыбается и берет меня за руку. — Я сейчас позвоню охране, они заберут и машину, и нас. Пойдем, меня беспокоит вон та туча. Как бы нам с тобой не попасть под ливень.
Он сводит меня с обочины, и мы идем дальше по тропинке параллельно трассе. Тимур звонит Константину, своему главному безопаснику, и сбрасывает локацию автомобиля.
— Костя, ее надо заправить и перегнать в «Грин парк», мы с Полиной идем туда. Пешком идем, сколько тут идти? Полчаса. Пройдемся.
Он прячет телефон в карман джинсов и снова берет меня за руку. Как будто для нас это норма так ходить. Хотя, судя по Тимуру, у него все выглядит естественно и органично. Может, и у меня когда-нибудь получится?
— Расскажи мне про себя, — прошу его.
— Что ты хочешь узнать, Полинка?
— Все. Я хочу знать о тебе все. Что ты любишь, что тебя волнует. Что тебе не нравится, и что тебя бесит.
«Что такого сделала твоя жена, что ты ее прогнал? И кто мама Сонечки…»
Задать эти вопросы я не решаюсь, хоть они и вертятся на языке. Отношения Тимура с первой женой не самая удачная тема для обсуждения для такой романтической обстановки.
Как бы меня ни съедало любопытство, я чувствую, что у нас еще не тот уровень доверия, чтобы Тимур обнажал передо мной свою душу. И то же самое я могу сказать о себе.
Насколько я поняла из слов его матери, для Тимура тема Нины слишком болезненна, как и вопросы о Соне. Точно, так же как я не могу представить, что рассказываю ему правду о Бодьке.
Хотя вряд ли тут можно сравнивать. Тимур уж точно не планировал становиться донором биоматериала в репродуктивном центре. Так что меня ожидает куда более болезненный «каминг-аут».
 
Но идти за руку с Тимуром так хорошо, что я выбрасываю все эти мысли из головы. Когда придет время, мы обо всем поговорим, а пока я слушаю, как он рассказывает о своем детстве, о родителях. И когда представляю маленького Тимура, почему-то перед глазами встает мой сын.
И еще меня переполняет благодарность к его родителям. Я давно не чувствовала себя так легко и свободно. Как будто мне шестнадцать лет, я еще хожу в школу, и у меня нет других забот кроме домашнего задания и экзаменов.
— Ты не устала, Полечка? — заботливо спрашивает Тимур, и я встряхиваю головой.
— Нет, что ты! Я бы так целый день шла. У меня такое чувство, будто мы с тобой с урока сбежали. Как же здорово, что у тебя закончился бензин!
— Он закончился не у меня, а у моей машины, — щурится Тимур. — А в остальном ты права, я так себя в последний раз чувствовал в школе. Когда сбежал с уроков с девочкой, которая мне нравилась.
— Так ты все-таки прогуливал уроки, Арсанов! Не могу поверить!
— Конечно. Разве ты не прогуливала?
— Нет, что ты! Я была послушной девочкой и не сбегала с уроков с мальчиками. А что вы делали, когда сбежали?
— Как что? Целовались в беседке в парке.
— Она так сильно тебе нравилась? — я не то, что ревную, скорее, завидую той девочке, с которой еще в школе целовался Арсанов. И всем остальным его девушкам тоже…
— Не помню. Зато я точно знаю, кто мне не просто нравится. От кого у меня совсем крышу снесло, — Тимур останавливается и привлекает меня к себе. — Сказать, от кого?
— Скажи… — шепчу, и его губы нетерпеливо накрывают мои. А я цепляюсь за каменные плечи, потому что не могу устоять на ногах.
Мы целуемся на виду у пролетающих мимо машин, и нам обоим на это совершенно наплевать. Мы сейчас как те сбежавшие школьники, только сбежали мы не с уроков, а от своих проблем. Пусть ненадолго, пусть на один день.
Но сейчас мы с Тимуром точно не родители, которыми обменялись дети. Мы с ним просто мужчина и женщина, которые остались вдвоем. Которые принадлежат и себе и… могут принадлежать друг другу.
Мы так увлекаемся, что даже не замечаем, как капают первые капли. И только когда капли превращаются в струйки, Тимур отрывается от меня и смотрит вверх.
— Бежим, — он хватает меня за руку, и мы несемся в сторону виднеющегося вдалеке указателя, — тут осталось совсем немного.
Дождь усиливается с каждой минутой, превращаясь в сплошную стену воды.
— Быстрее, Полинка, быстрее, — подгоняет меня Тимур, — мы почти на месте.
Я бегу быстро, как только могу. И все равно, когда мы влетаем на ресепшен отеля, вода струйками стекает с моих волос и платья. Возле стойки с нас обоих натекает целая лужа.
— Нам апартаменты, — бросает Арсанов, обнимая меня.
Его футболка намокла и прилипла к телу, как и мое платье. Вот почему он так ревностно оглядывается по сторонам и прижимает меня к себе. Чтобы никто не увидел мое нижнее белье!
Нам выдают ключи, и сотрудник с зонтом провожает нас к отдельному двухэтажному коттеджу.
— Включите кондиционер на обогрев, а одежду можно посушить на электросушителе для полотенец, — говорит консьерж. — Ужин можете заказать в номер, а можете спуститься в ресторан.
Тимур нетерпеливо выслушивает его и быстро выпроваживает из номера.
— Здесь два душа, Полина, — говорит он, — ты иди наверх, а я сюда.
Киваю и бегу по лестнице, прыгая через две ступеньки. Сердце подпрыгивает в такт, потому что слишком жадно его глаза ощупывали мое тело, чтобы у меня оставались еще какие-то сомнения.
В этом номере может быть хоть десять ванных комнат, я знаю, что Тимур придет следом за мной. Я прочла это в его многообещающем взгляде.