Аристократ на отдыхе (СИ)

— И что мне с тобой делать?
— Вытащи меня! — попросил он. — Должность твоя, я скажу барону, что ты победил честно.
— Какая должность? — удивился я.
— Должность градоначальника. Ты ведь из-за нее все это затеял? Мог бы и просто вызвать меня на поединок.
Подземные демоны, точно!
В этом мире если аристократ претендует на должность — он участвует в поединке.
Вот уж о чем я точно не мечтал — так это о кресле градоначальника в селе Котомкино.
— На кой хрен мне твоя должность? У меня свои дела. Сейчас допью квас и пойду дальше. Задерживать меня не советую, если не хочешь, чтобы пострадали жандармы.
— Но я проиграл! — упрямо сжал челюсти градоначальник. — И должен уступить тебе место. А Тороповы всегда платят долги!
Тороповы? Да ладно!
Я всмотрелся в перемазанное глиной круглое лицо.
Воздушные демоны, как же я сразу не догадался? И фигура похожа на Илью!
Так вот кого он мне напомнил!
— Ты из рода Тороповых? А Илья Торопов кем тебе приходится?
— Он мой прадед.
Обалдеть!
Такого просто не могло быть! Правнук моего лучшего друга, это в голове не укладывалось!
— Живчик, ты слышал? Вытащи его!
Еще один древесный побег обхватил парня подмышки. Выдернул из грязи как репку и осторожно поставил передо мной.
— Как тебя зовут? — спросил я.
— Иван. Иван Торопов.
— Ну, ты и вымахал, Ваня! Это твой дом с колоннами?
Я кивнул в сторону усадьбы.
— Да.
— Вот что, Ваня! Пригласи-ка меня в гости. Обсудим наше маленькое разногласие. Заодно возместишь мне стоимость рубашки, которую порвали твои орлы. И выпусти уже несчастную гарпию обратно в аномалию — что она тебе сделала?
Глава 9 
— Может, отпустишь жандармов? — спросил Иван. — Других у барона все равно не выпросишь. А эти — сообразительные. И послушные.
Жандармы тихо раскачивались на ветках, которые вырастил Живчик. Доблестные блюстители порядка напоминали елочные украшения — еще когда я жил дома, мы каждый Новый год наряжали елку, которую привозил из леса наш шофер. Он вносил елку в дом прямо с улицы — это было частью традиции. И по комнатам сразу разносился запах еловой хвои и мокрого снега.
Мда, детство золотое!
Мне захотелось увидеть дом, в котором я вырос. Наверняка, там все изменилось за сотню лет. Но не настолько же, чтобы я не узнал знакомые места. Речка и обрыв над ней точно остались прежними.
Надеюсь, мои родственники не продали поместье. Все-таки, родовое гнездо. Помню, как отец гордился тем, что стал настоящим аристократом. Он старался как можно реже выезжать из поместья. Можно сказать, он стал частью поместья — как старая липа, которую не спилили, когда разбивали парк.
Если даже родственники продали дом — я выкуплю его обратно!
И буду в нем жить.
Решение пришло мгновенно, без сомнений.
И на сердце сразу стало спокойно. Теперь у меня была цель в этом мире.
— Так отпустишь жандармов? — спросил Иван, дергая меня за уцелевший рукав.
Водные демоны, так он меня догола разденет!
Я почесал в затылке и решил, что с жандармов, и в самом деле, хватит.
Все-таки, ребята просто выполняли свою работу. Приказал им градоначальник меня задержать — вот они и старались, как могли.
— Живчик! Отпусти их!
Выросшие посреди площади кусты дрогнули. Их ветки внезапно распрямились как пружины.
Не ожидавшие этого жандармы спелыми яблоками посыпались на землю.
— Какого демона, Живчик⁈ Аккуратнее нельзя? Переломаешь кости государевым людям — я тебя заставлю их лечить!
Но Живчику повезло — жандармы уже поднимались с земли, хоть и держались за коленки, поясницы и прочие ушибленные места.
— Орлы! — обрадовался Иван. — Пристав, ко мне!
Усатый пристав, прихрамывая, рысью подскочил к градоначальнику
— Смотри, какой молодец! — обратился ко мне Иван. — И плечи, и выправка! Пристав, покажи зубы!
Пристав послушно оскалился. При этом его пожелтевшие от табака усы воинственно вздыбились.
— Видишь? — спросил меня Иван. — Не старый еще. Лет двадцать прослужит верой и правдой. А голос у него какой! Пристав, ну-ка, гаркни что-нибудь!
 
— Р-разойдись! — заорал пристав на обступившую нас толпу.
Толпа отшатнулась.
— Как орет, а?
Иван поморщился и потер левое ухо.
— Отличный пристав! И целых пять жандармов в придачу. Ни в одном другом селе столько нет! Тебе самому и делать ничего не придется. Утром вызвал пристава, поставил ему задачу — и весь день отдыхай!
— А зачем ты мне это рассказываешь? — поинтересовался я.
— Так теперь ты вместо меня градоначальником будешь, — объяснил Иван. — Вот я и ввожу тебя в курс дела.
Издевается он, что ли?
Я вгляделся в грязную физиономию правнука Ильюхи.
Вроде, не издевается. Смотрит серьезно, и даже какая-то подозрительная радость на лице.
Человек, которому грозит потеря хлебной должности, должен выглядеть как-то иначе.
Более грустным, что ли.
— Я тебе уже сказал, что твоя должность мне не нужна, — напомнил я.
— Это ты еще усадьбу не видел! — закивал Иван. — Идем, все покажу! Пристав, турнир окончен. Гони всех по домам!
— Не забудь про демона, — напомнил я.
— Точно! Пристав, привези демона в усадьбу. Слушай, а тебя как звать?
На секунду я подумал, что парень крепко ударился головой, когда падал с помоста, и забыл имя пристава.
Но Иван вопросительно смотрел на меня.
— Никита, — ответил я.
— А из какого рода?
— Волков. Никита Васильевич Волков.
— Да ты что! — изумился Иван. — Серьезно⁈ Из тех самых? Тоже правнук?
— Тоже.
— Вот это удача! Пристав, ты слышал?
— Слышал, Иван Ильич! — хриплым басом подтвердил пристав.
— У тебя машина на ходу? Отправь Караулова в город. Пусть привезет ящик шампанского! Только не французской кислятины, а нашего, тороповского. На, держи деньги!
Иван нашарил в кармане брюк несколько серебряных монет и высыпал их в ладонь пристава.
— Шампанское — на кухню, к Карлу Ивановичу. Я его предупрежу. Нас сегодня не беспокоить — праздновать будем! Идем, Никита!
Иван снова схватил меня за рукав.
Хрясь!
Ткань не выдержала и треснула по шву.
Подземные демоны!
* * * 
До усадьбы мы добирались не меньше часа. Иван непременно хотел познакомить меня со всеми достопримечательностями села Котомкино.
— А вот тут у меня пруд! — хвастал он, показывая на заросшую камышом мутную лужу, по которой стаями бегали длинноногие пауки-водомерки.
— Караси здесь водятся — во!
Градоначальник совал мне в нос широкую ладонь, чтобы наглядно продемонстрировать размер здешних карасей.
— Рано утром выйдешь с удочкой — красота! Деревня только просыпается, по дворам петухи орут. Ветра нет, вода тихая. Поплавок на ней лежит неподвижно. И вдруг — дерг! Дерг! Ага! Есть карась!
Иван хлопнул меня по плечу.
— А вечером только сядешь в камышах с удочкой — девки на пруд идут купаться. Я им специальную купальню сделал напротив усадьбы. Представляешь — голышом плавают! Карл Иваныч их в сметане жарит, с лучком и укропом! Карасей, а не девок! Ты жареную рыбу любишь?
— А как ты в Котомкино попал? — спросил я, чтобы отвлечь Ивана от мыслей о девках и карасях. — Вроде, у Тороповых имение где-то на юге было?
— Ага, — кивнул Иван, — На юге. Только я не настоящий Торопов. В смысле — незаконнорожденный. Бастард наполовину. Повезло, что способности к магии передались. Тише! Смотри!
Иван остановился, как вкопанный. Я, на всякий случай, тоже замер, всматриваясь в камыши, на которые указывал градоначальник.
Камыши подозрительно шевелились.
Кто там бродит? Водный демон, что ли?
Честно, я бы не удивился. С таким градоначальником можно ожидать, чего угодно.
Но из камышей вышел не демон, а тощий долговязый человек с гордым римским носом на худом лице. Его темные кудри беспорядочно торчали во все стороны, в волосах запутались сухие соломинки. Штаны человек закатал выше колен. Вылинявшая рубашка была расстегнута и завязана на пупке, оголяя впалую грудь.