Добрый дедушка Сталин. Правдивые рассказы из жизни вождя

О том, что Сталин в последние годы жизни время от времени занимался самолечением, вспоминает и его дочь Светлана:
И потом я была у него 21 декабря 1952 года, в день, когда ему исполнилось семьдесят три года. Тогда я и видела его в последний раз. Он плохо выглядел в этот день… Очевидно, он ощущал повышенное давление, но врачей не было. Виноградов был арестован, а больше он никому не доверял и никого не подпускал к себе близко. Он принимал сам какие-то пилюли, капал в стакан с водой несколько капель йода – откуда-то брал он сам эти фельдшерские рецепты.
Сталина с определенного времени действительно стали беспокоить вопросы медицины и особенно все, что было связано с отравлениями. Процитируем еще раз книгу «Сталин. Трагедия семьи»:
Генерал Новик рассказал, как Сталин внимательно каждый день читал признания врачей о попытках, к примеру, смешиванием безвредных лекарств в определенных дозах добиться того, чтобы они действовали как яд, и таким образом можно было бы отравить товарища Сталина. Понятно, что, начитавшись на ночь таких показаний, не станешь пить самого простого аспирина, даже принесенного врачом, который наблюдал за твоим здоровьем не один год. Дело врачей-вредителей вычистило всех медиков, которые хоть изредка допускались к телу Иосифа Виссарионовича. Кстати, именно по этой причине личный врач вождя академик Виноградов не смог присутствовать у постели умирающего в ночь с первого на второе марта пятьдесят третьего года.
В 2006 году журнал «Кардиологический вестник», ссылаясь на воспоминания выдающегося советского кардиолога Александра Мясникова (они были изданы только в мае 2011 года), присутствовавшего при последних часах жизни Сталина, писал:
По всем признакам он избегал представителей медицины, в первую очередь из-за своей недоверчивости. Так, на его большой даче в Кунцево не было даже аптечки с необходимыми средствами первой помощи. С каких пор у него существовала артериальная гипертензия, тоже никто не знал, и, естественно, Сталин никогда по этому поводу не лечился. Александру Леонидовичу тогда вспомнились слова Сталина, сказанные им Г.Ф. Лангу, когда тот жил у больного Горького: «Врачи не умеют лечить. Вот у нас в Грузии много крепких столетних стариков, они лечатся сухим вином и надевают теплую бурку».
Но на самом деле все необходимое для первой помощи при сталинских недомоганиях на даче у Сталина было. В довоенный период он, по свидетельству дочери, отбирал лекарства сам. А после войны его аптечку комплектовали в Кремлевской аптеке. Хранил он свои лекарства в серванте в так называемой «первой комнате» вместе с пистолетом. В пятом верхнем отделении серванта лежали две коробки с лекарствами с надписью «леч. врач Утешева». Ниже мы расскажем о некоторых медикаментах, которые имелись на Ближней даче.
Конечно, к концу жизни Сталин был не очень здоровым человеком. Ему, как и любому гражданину преклонного возраста, были свойственны хронические и острые заболевания. Но о них писать было как-то не принято.
Официальная история болезни вождя была рассекречена не так давно, и о ней говорится в книге «Сталин. Трагедия семьи»:
Мы держали в руках историю болезни Сталина Иосифа Виссарионовича, 1879 года рождения. Но она была написана в марте 1953 года, когда консилиум врачей ставил диагноз бывшему уже без сознания вождю. До этого времени Сталин к врачам почти не обращался. Это поразительно, но на территории дачи не было санчасти, там не дежурил врач. Почему – об этом разговор ниже, а сейчас можно только констатировать: все это пагубно сказалось именно в марте 1953-го, когда он нуждался в экстренной медицинской помощи. А так каждодневно ближайшее окружение отмечало большое количество простудных заболеваний – Сталина постоянно мучила ангина. Существовали и другие недуги, у него явно было повышенное давление – временами у него было неестественно красное лицо. Еще ходили слухи, что он часто страдал расстройством желудка, это отмечала и Светлана, его дочь. И все это на фоне общего старческого ослабления организма.
 
Итак, здесь в начале пятидесятых в Волынском жил пожилой и очень нездоровый человек. Это понимал он сам. Это понимало и его ближайшее окружение. Старческая немощь и усталость неумолимо давали о себе знать, хотя Сталин тщательно скрывал это от окружающих.
Алексей Рыбин вспоминал о том, как политические баталии влияли на здоровье генералиссимуса:
По-прежнему бороться с наступающей пятеркой (Берия, Молотов, Маленков, Каганович, Хрущев. – Авт.) Сталин, видно, уже не мог. Ведь ему пошел семьдесят четвертый год. Сказывалась постоянная гипертония. Раз на ходу чуть не упал от головокружения. Туков (офицер охраны Сталина. – Авт.) успел поддержать. Порой с трудом поднимался по лестнице на второй этаж в свой кремлевский кабинет. И как-то невольно пожаловался Орлову (комендант Ближней дачи. – Авт.): «Чертова старость дает о себе знать…» Поэтому нужно просто учитывать возраст и общее состояние Сталина, который к своему здоровью относился скверно: обедал, когда придется, никакой диеты не соблюдал. Очень любил яичницу, способствующую возникновению бляшек на сосудах.
О том, как Сталин относился к своему здоровью, вспоминал и его личный секретарь Борис Бажанов, работавший на этом посту в 1923–1928 годах и бежавший потом через Иран и Индию во Францию:
Образ жизни ведет чрезвычайно нездоровый, сидячий. Никогда не занимается спортом, какой-нибудь физической работой. Курит (трубку), пьет (вино; предпочитает кахетинское). Во вторую половину своего царствования каждый вечер проводит за столом, за едой и питьем в компании членов своего политбюро. Как при таком образе жизни он дожил до 73 лет, удивительно.
Алексей Рыбин также рассказывал об образе жизни Сталина и его отношении к медицине и врачам:
Специального диетолога или хотя бы личного врача не имел. Правда, во время и после войны его навещали профессора Виноградов, Преображенский и Бакулев. Доктор Кулинич брал кровь из пальца, делал уколы от гипертонии. Но в последнее время, если одолевала гипертония или очередная ангина, он к врачам не обращался – этого еще не хватало! А брал у Поскребышева, бывшего фельдшера, необходимые таблетки. Штатные врачи обслуживали в основном сотрудников охраны, и крайне редко – самого Сталина.
В августе 1952 года состоялось срочное оперативное совещание, на котором я присутствовал. Развернулась ожесточенная дискуссия. Одни настойчиво требовали ареста врачей, обосновывая это поступающими агентурными материалами и ссылками на показания уже арестованных медиков, проходивших по делу о преждевременной смерти Г. Димитрова. Другие занимали более лояльную позицию и предлагали составить комиссию из независимых врачей, провести анализы лекарств, которыми пользовались пациенты Кремлевской больницы, а затем уже решать вопрос о судьбе самих врачей. В разгар этих споров выступил начальник правительственной охраны генерал-лейтенант Н. Власик Он сообщил: «Все лекарственные препараты, которыми пользовались члены правительства в Кремлевской больнице, подвергнуты экспертизе. Отравляющих веществ в них не обнаружено!».
Завесу тайны приоткрыли (хотя совсем немного) после смерти «вождя народов». Было объявлено, что основной причиной ее было кровоизлияние в мозг, которое явилось осложнением развивавшегося много лет атеросклероза и гипертонии.
Хрущев в своих воспоминаниях писал о том, что Сталин был чуть ли не хроническим алкоголиком. Но исследование содержимого домашней аптечки, находившейся на Ближней даче, показывает, что никаких средств для преодоления абстинентного синдрома, кроме разве что аспирина, в ней не было. Отсутствовали в ней также антигипертонические средства. Использовавшаяся в то время для корректировки давления сернокислая магнезия представлена, но не в ампулах, а в порошке. Порошок этот, как известно, годится лишь как слабительное. Даже аппарата для измерения артериального давления не было, хотя другие элементарные медицинские аксессуары типа термометров, пипеток и клизмы присутствовали.