Забвение (СИ)

Когда Максимилиан начал входить, Эмилия дрогнула от боли и постаралась отстраниться, но мужчина не дал ей этого сделать. — Больно! Мне больно! — по ее щекам скользнули слезы. Она обхватила широкую спину мужчину своими руками и вонзила в нее свои ногти.
— Не двигайся! Прошу тебя… — малышка уткнулась носом ему в шею и стала тяжело дышать. Она чувствовала внутри себя горячую плоть своего суженного и это было в тоже время и больно, но и приятно. Чувство сжения и дискомфорта постепенно начало отступать, но как только мужчина дернул бедрами боль вернулась к ней с новой волной. — Это очень больно! — Эмилии хотелось кричать, но она сдерживала свой парыв. Сейчас ей нужно было расслабиться, даже алкоголь не помогал.
Бедра дрожали. Мышцы ее лона сокращались в ритм ее сердца. — Медленно… Сделаем это медленно.
— Хорошо, моя принцесса… Тихо прошептал мужчина златовласке на ухо и поцеловал ее в мочку. Он стал медленно входить в девушку сантиметр за сантиметром. Тугая, горячая плоть с трудом принимала в себя мужчину. Но все же Максимилиан продвигался вперед заполняя собой девушку. Дыхание его стало ровнее, как и сердцебиение. Крепко удерживая девушку за талию он помогал ей, буквально натягивая миниатюрное тельца на свой член. Что бы как-то отвлечь Эмилию от боли он шептал ей какая она красивая, и как он без ума от нее. Иногда он прерывался и вновь целовал эти сладкие губы, или груди. Полностью войти в девушку не получилось, член уперся в матку. Что бы не доставлять новых болезненных ощущений мужчина принялся делать обратное движение. Столь же медленно и аккуратно. Узость принцессы нравилась Максимилиану, сдерживаться было довольно трудно.
Но он знал что такая девушка заслуживает нежного обращения… быть может потом когда ее организм привыкнет к нему. Герцог тихо выдохнул и провел языком в ложбинке между грудей девушки, затем по яремной впадине и к самим губам. Он посасывал ее лепестки, покусывал, наслаждался их вкусом. А затем новый толчок бедрами, и новое «погружение». В этот раз было несколько легче, Эмилия расслабилась и ее организм подстраивался.
Эмилия тихо постановала, но когда мужская плоть с небольшой силой толкалась до упора, девушка стонала громче. Тело уже подстроилось и ощущения становились приятнее. — М-можешь не сдерживаться… — откинув голову назад, обнажая свою тонкую шейку для поцелуев, Эмилия сильнее прижала к себе мужа. Брак был официально подтвержден этой ночью.
Чтобы удержаться, Эмми вцепилась ногтями в широкую спину Максимилиана, но по его виду принцесса поняла, что он наслаждается этим. Его черные густые волосы, ровное, но глубокое дыхание, сильное москулистое тело. Шрамы, которые давно затянулись и под пальцами чувствовались небольшие рубцы. — Боже… я… ааах — все-таки вкусив однажды запретный плод, он будет настолько сладок, что медленно можно сойти с ума. Внизу живота было так жарко и так приятно, что малышка начала двигать бедрами навтречу Максимилиана.
Движения мужчины стали напористыми и быстрее. Крепче ухватив девушку за бедро, он стал проникать настойчивее. В его груди стал зарождаться огонь, а вместе с ним и тихий звериный рык. Зверь, которого удерживали все эти годы просился на волю, вгрызаясь клыками в прутья. На бледном, подобно мрамору, бедре Эмми появились небольшие синяки от грубых мужских пальцев. Но это вряд ли сейчас заботило их двоих. Сжав в своей руке белокурые волосы, герцог откинул голову невесты и принялся усыпать жаркими поцелуями ее шею. Иногда поцелуи переходили в укусы, будто помечая. Член входил в девушку на полную глубину, и тут же выходил, и снова врывался. Было очень туго, никогда таких ощущений герцог не получал в жизни ни с одной девушкой. Словно в бреду он шептал, рычал и целовал ее. Этой страсти даже не смогла выдержать крепкая дубовая кровать, которая стала тихо поскрипывать в такт бедрам герцога. Ноготки Эмилии врезались в его кожу оставляя красные полосы, а кое где и небольшие капли крови. Но эти ощущения только предавали остроты, и мужчина прогибая спину прижимался своим напряженным торсом к животику своей невесты и входил в такие моменты особо глубоко. — Моя… Ты теперь, только моя.
 
Тихо шептал мужчина девушке в ухо и тут же несильно покусывая его.
Эмилия ничего не слышала. В ушах звинело, в голове стучало, а в теле сотрясалось от перевозбуждения. — Я… Ах… — малышка была на последнем издыхании. Для первого раза ее тело готово было отключится и Эмилия бы потеряла сознание, но укусы или сильное сжатие бедер грубыми руками — не давали этого. — ..я не выдержу. — закрыв глаза блондинка почувствовала как доходит до финала и ее луно с силой сжимается вокруг большого члена герцога. Прижавшись всем телом к мужчине, Эмилия какое-то время находилась в неподвижном состоянии, а после рухнула без сил.
Максимилиан почувствовал как хрупкое тельце в его руках содрогалось с каждым толчком, как неожиданно ее тугое тельце сталось в миг податливым. Девушка повисла в его руках безвольной куклой, а вскоре ее влагалище стало сокращаться. Вместе с этим по телу мужчины стали проходить обволакивающие теплые волны, с каждой секундой они стали усиливаться. И герцог ускорил темп, затем был взрыв. Утробный рев переросший в стон, и большое количество горячего и густого семени запачкавшее девушке животик, бедра и простыню под ними. Мужчина тяжело дышал все так же нависая над девушкой отходя от бурного оргазма.
  
5 глава. Пробуждение
 
Пять лет воздержания все-таки не шутки. Придя в себя Максимилиан рухнул рядом с девушкой на мягкую подушку. Состояние внутренней удовлетворенности перекрывало все остальные чувства, в том числе и стыд. Ведь по сути он сейчас воспользовался тем, что принцесса была не в себе и не осознавала серьезность проступка. Лишил невинности дочь короля до свадьбы. В былые времена за такое ему уже давно срубили голову. Перевернувшись на бок лицом к невесте мужчина разглядывал разгоряченное ее тело. Растрепанные волосы, которые прилипали к липкой коже. Небольшая грудь, которая высоко вздымалась при каждом вздохе.
В воздухе еще летал запах страсти, похоти и нежности. Рядом с собой Эмми чувствовала разгоряченное тело герцога Дорса. Его прерывистое дыхание, запах, тепло — это на мгновение показалось принцессе родным, но они знакомы лишь совсем ничего. Какой-то неведанный магнетизм. — Мне кажется или уже рассвет? — приоткрыв свои глаза Эмми поморщилась, когда солнце ослепило ее. Отвернувшись от него к Максимилиану, малышка уткнулась носом в его грудь и стала постепенно засыпать. Она знала, что нужно было готовиться ко свадьбе, но силы покинули ее, погружаясь в мир сновидений.
Первые солнечные лучи показались из за горизонта и ворвались в комнату. Мужчина даже не заметил как пролетела ночь, настолько он был погружен Эмилией что не замечал ничего вокруг. Мышцы приятно побаливали и по телу расползалась легкая усталость. Подтянув к себе засыпающую девушку герцог прижал ее к своей груди и накрылся одеялом. Все же через пару часов может стать холодно, это период когда дрова в каминах догорают, а на улице устанавливается максимально холодная температура. Максимилиан погладил девушку по волосам, затем провел ладонью по ее ровной и гладкой спинке и сам прикрыл глаза. Теперь он чувствовал себя прекрасно, все отголоски войны ушли куда-то далеко, а в его голове роились мысли только об одной Эмилии и свадьбе. Он не заметил как обхватил девушку двумя руками и крепко прижал ее к своей груди поближе к сердцу. Так и заснул.
Время пролетело быстро. Шум за окном начинал действовать принцессе на нервы. Ещё в королевстве, она выказывала недовольство слугам, которые не соблюдали тишину во время ее сна, но здесь власть была у Максимилиана. Тело побаливало после бурной ночи, так что приоткрыв сонные глаза, малышка увидела спящего Максимилиана. Пока была возможность, она решила повнимательнее разглядеть профиль мужчины. Его жесткие черты лица, прямой нос, скулы. Волосы, цвета копоти, но мягкие на ощупь. Она помнила, как сжимало их в своих руках. Щечки снова залились румянцем.