Ева. Зов полуночи (СИ)

К сожалению, сесть на галерке не получилось. Учительница зорко следила, чтобы ее класс уселся на центральные места. Но это все равно далеко от сцены. По-моему…
Я свой нюх уже давно научилась «отключать» в таких скоплениях людей, иначе рисковала упасть в обморок от обилия чужих запахов.
Мажор, к моему неудовольствию, уселся рядом и бесцеремонно разглядывал мои голые коленки.
— А ты ничего, — тихо сказал он мне на ухо.
Но у меня сложилось впечатление, что его услышали все девчонки класса. Слишком недовольно они на нас косились.
Я на это ничего не ответила. И вообще была поглощена тем, что пристально смотрела на сцену.
— И чего ты туда так смотришь? Дались тебе эти блохастые, — зло бросил парень.
А меня так покоробило его «блохастые», что я не выдержала:
— И почему ты думаешь, что они блохастые?
— Ну… — он даже растерялся от моего вопроса. — У всех животных есть блохи.
— Не у всех. К тому же они не животные!
«У меня, кстати, во второй ипостаси блох нет!» — хотелось крикнуть, но я сдержалась. Сильно же меня эта ситуация выбила из колеи, раз я так нервничаю.
Тем временем на сцену под предводительством натянуто улыбающихся директора и завуча выходила делегация оборотней. Зал притих.
— Животные! — не заметив перемены, громко и зло прошипел мне в лицо парень.
В общем гвалте его бы точно никто не услышал, но в наступившей тишине расслышали все. Тем более оборотни. И дружно посмотрели прямо на нас, а потом так же одновременно на меня. Раздули ноздри. Мне даже показалось, что при этом у них на несколько мгновений вытянулись зрачки. А потом от конца группы отделился темноволосый парень и исчез за кулисами.
А вот это было уже совсем плохо. Куда бы он ни шел, мне казалось, что точно ко мне. Директор что-то вещал в микрофон, заглаживая негативное впечатление от слов мажора, а я решительно встала.
— Ты куда? — спросил мажор, но теперь гораздо тише.
— Тебя не спросила, — буркнула и начала пробираться к концу ряда.
На меня зашикала учительница:
— Я в туалет хочу, — сказала ей первое, что пришло в голову.
— А потерпеть никак? — недовольно сверкнула она глазами
— Никак, — и больше ни на кого не обращая внимания, я заторопилась между стоявшими в проходе учителями.
Не обернуться на сцену стоило большого труда. Казалось, лопатки горят от скрестившихся на моей спине взглядов, но я вытерпела их и облегченно выдохнула, стоило двери закрыться за моей спиной. Только я забыла о двух бугаях-охранниках, которые тут же на меня уставились:
— Здрасте, — растянула губы в улыбке и бочком зашагала прочь уже из школы.
Мама меня поймет и даже одобрит — я уверена в этом. А к концу дня делегация уже забудет обо мне. А если они все-таки узнали во мне оборотня, очень надеюсь, что ни с кем не поделятся этим открытием. В любом случае я теперь узнаю об этом завтра. От меня сейчас мало что зависит. А вот убраться поскорее из школы, чтобы меня не нашел тот брюнет, если он вообще пошел ко мне — нужно.
Прибавила шаг. Порадовалась, что, несмотря на слова учителя, взяла рюкзак с собой, и начала спускаться по лестнице. Показалось, или в гулкой тишине школьных коридоров я услышала шаги? Прислушалась. Точно! Выяснять, кто это, не стала. Больше не останавливаясь, понеслась вниз, на бегу перепрыгнула турникет, удивив охранника, и в несколько шагов оказалась на улице.
— Стой! — ударило в спину.
Я обернулась. Одного взгляда хватило, чтобы узнать того молодого брюнета. И я понеслась прочь со всех ног. Мне даже не нужно было оборачиваться, чтобы знать, что он бросился за мной в погоню — инстинкты об этом так и вопили.
 Глава 3 
Я неслась по незнакомым улицам города, пока парень меня не схватил, разворачивая к себе и впечатывая в свое тело. Все произошло так стремительно, что мы оба потеряли равновесие и покатились по земле.
Несколько ударов сердца просто пыталась отдышаться, а потом осознала, что лежу на дороге, прижатая сильным телом, и с удивлением поняла, что вроде бы еще жива. Встретилась с взглядом прозрачно-янтарных глаз и чуть в них не потерялась. Было в этих глазах что-то звериное, затягивающее.
 
Сам парень оказался красив опасной хищной красотой, и даже запах у него резковатый, необычный, но очень приятный. А тонкий шрам, рассекавший левую бровь, прибавлял ему привлекательности.
Я поймала себя на том, что с интересом разглядываю парня. А он рассматривал меня.
— А ты и правда на него похожа, — вдруг сказал он.
Я захлопала глазами:
— На кого?
— На своего отца.
— Ч-чего?
Я вытаращилась на парня, как на ненормального, но в этот момент раздался гудок автомобиля, и мы каким-то слитным быстрым движением оказалась уже стоящими на тротуаре. Мимо проехало старенькое авто с побледневшим мужчиной, который не поленился остановиться и через открытое окно высказать все, что о нас думает. Потом возмущенно ударил по газам и скрылся за поворотом.
— Да отпусти ты меня! — зашипела я.
До меня только после слов водителя дошло, что я так и стою в объятиях брюнета.
— Да кто тебя держит? — усмехнулся он. — Только не вздумай убегать. Все равно догоню.
Я отступила от него на несколько шагов и почувствовала боль в коленке и ладошке.
— Вот блин…
Перекинула рюкзак вперед и начала искать спиртовой спрей для рук для дезинфекции.
— Дай я, — внезапно предложил помощь оборотень.
— Сама справлюсь, — посмотрела на него исподлобья и начала распылять жидкость на коленку, а потом и на руку. Поморщилась, но стерпела. Только обратила внимание, что парень совершенно не пострадал, хотя его щегольской костюмчик немного помялся и запылился.
— Дай, — попросил он, и я решила, что он просит спрей. Протянула его. — Нет, поврежденную руку.
— Зачем? — удивилась я.
— Буду лечить, — хмыкнул, улыбнувшись краешком губ.
Мне стало интересно, как он меня лечить собрался, и я протянула ему ладонь. Он взял ее обеими своими и, рассматривая, провел пальцем вокруг ранки. От его легких прикосновений побежали мурашки, и я попыталась вырвать руку, но он не дал.
— Ты ведь не знаешь, как такие маленькие ранки лечат оборотни? — Я покачала головой. — А у нас все дети об этом знают с ранних лет, — и начал медленно подносить мою руку к лицу.
Я покраснела и снова дернула ладонь, но он не выпустил ее, а … лизнул. Руку закололо словно маленькими иголочками. Я смотрела на оборотня округлившимися глазами и не сразу поняла, что он уже не держит мою руку.
Парень глядел на меня совершенно невозмутимо, и лишь в его янтарных глазах плясали бесенята.
— А теперь полечим твою коленку, — улыбнулся.
Я отскочила от него подальше:
— Нет! Не надо мне ее лечить! Мне не больно! И вообще… само заживет!
— Ну как знаешь. Мое дело предложить. Пошли.
— Куда? — я отступила еще на шаг.
— Познакомлю с твоим отцом.
— В смысле?
— В прямом. Думаешь, зачем делегация оборотней прибыла в этот Зажопинск и эту школу? Думаешь, чтобы «изучить ваше образование»? — кого-то с сарказмом процитировал он. — Пошли, нас скоро хватятся.
Мой отец здесь?.. Как это может быть?..
Мысли метались в голове. Я ведь думала, что никогда его не увижу, что ему плевать на меня. А получается, что… нет?
Парень, видя мою растерянность, аккуратно подтолкнул меня в спину, удерживая на ней свою горячую ладонь. Это немного привело в чувство, и дальше я шагала сама.
Пусть я и делаю самую большую ошибку в жизни, но я хочу увидеть своего отца.
 Глава 4 
Осень выдалась необычно теплой, деревья все еще радовали частичной зеленью крон и в другой раз я, наверное, даже получила бы удовольствие от прогулки по парку, через который лежал наш путь, но меня занимали совсем другие мысли и эмоции. Мне то вдруг становилось радостно и волнительно от того, что я увижу отца, что все-таки нужна ему, раз он нашел меня здесь, то я впадала в уныние, потому что мама точно не сбежала бы из Хищных земель от него, если бы все было хорошо. Да и не рассказывала она мне о нем никогда, а это уже говорит о многом. И когда мысли принимали такой окрас, отец представлялся мне демоном во плоти, встреча с которым не принесет ничего хорошего. Из-за этой эмоциональной чехарды я так ушла в себя, что очнулась только во дворе дома, где мы с мамой сняли квартиру.