Тайна Кристин Фоллс

— Мистер Квирк, — сухо, с чуть заметным недружелюбием проговорила экономка. Вежливая, ничего не скажешь, подчеркнуто, мстительно вежливая.
— Добрый вечер, мисс Флинт, судья дома?
Экономка отступила на шаг и открыла дверь еще шире.
— Да, он вас ждет.
В спертом воздухе прихожей слабо чувствовался затхлый стариковский запах. В люстре горела слабенькая, ватт в шестьдесят, лампочка, и абажур напоминал Квирку высохшую человечью кожу, какой он ее себе представлял. Сердце болезненно сжалось. При жизни бабушки Гриффин он был здесь счастлив. В передней вечно гремели крики, они с Мэлом в коротких брюках с выбившимися рубашками и школьными галстуками играли в вышибалы на лестнице… Да, он был здесь счастлив!
Мисс Флинт взяла у Квирка пальто и шляпу и, скрипя по паркету и плитке каучуковыми подошвами уродливых, как у тюремной надзирательницы, туфель, повела его в глубь дома. Уже в который раз Квирк подумал, что экономке наверняка известны многие семейные секреты. Во время редких визитов Мэла она и его буравит своим взглядом-прожектором?
Судья Гриффин слышал звонок и уже ждал на пороге логова, как он любовно именовал кабинет. Он был не ниже Квирка, но с годами ссутулился. Серый кардиган, домашние тапочки, обеспокоенный взгляд — Квирк подумал, что недалек тот день, когда у парадной двери его встретит заплаканная мисс Флинт в траурной повязке. Квирк быстро шагнул навстречу судье и снова растянул губы в улыбке.
— Заходи, дружище! — судья замахал рукой. — В коридоре холодно, как в могиле.
— Чай вам принести? — предложила мисс Флинт.
— Нет! — резко ответил судья, положил руку на плечо Квирка и увел его в кабинет. — Чай! — презрительно хмыкнул он, с шумом захлопнув за собой дверь. — Бог свидетель, эта женщина… — Судья подтолкнул Квирка к стоящему у камина креслу. — Садись, грейся! Выпьем что-нибудь покрепче чая.
Судья повернулся к буфету и разыскал бутылку виски. Квирк оглядывал знакомый с детства кабинет вот старая, обтянутая кожей кушетка, вот антикварный письменный стол, вот портрет бабушки Гриффин кисти Шона О'Салливана, совсем молодой, с локонами, безмятежно улыбающейся. В логово судьи допускались далеко не все, а Квирк, прибегал сюда еще полудиким, не оклемавшимся от Каррикли мальчишкой. До отъезда в школу Святого Эйдана долгими зимними вечерами Квирк сидел в кресле у камина (возможно, этого же самого), занимаясь математикой или латынью, а судья, в ту пору еще барристер, за столом готовил записку по очередному делу. Мэл делал домашнее задание за белым кухонным столом, а бабушка Гриффин отпаивала его теплым молоком, кормила цельнозерновым печеньем и ежеминутно спрашивала, не болит ли живот: Мэлэки считался слабеньким.
Судья вручил Квирку стакан с виски и устроился в кресле напротив.
— Ты ужинал? — спросил он.
— Да, все в порядке.
— Неужели? — судья пронзил Квирка испытывающим взглядом. На слухе Гаррета Гриффина возраст еще не сказывался, и он явно уловил тревшу в голосе Квирка, когда тот позвонил ему и сказал, что хочет поговорить. Целую минуту оба молча смаковали виски. Квирк хмуро смотрел на огонь, судья — на него. От едкого, как кошачья моча, запаха кокса у Квирка защипало в носу.
— Итак, — чересчур громко и бодро начал судья, — что за насущную проблему ты хотел обсудить? Ты часом ни в какую передрягу не попал?
Квирк отрицательно покачал головой.
— Дело в одной девушке… — начал он и осекся.
— Ну-ну! хохотнул судья.
— Нет, все не так, как вы подумали, — слабо улыбнулся Квирк, снова покачал головой и взглянул в трепещущее сердце пламени. «Не тяни резину, выкладывай!» — Девушку звали Кристин Фоллс. Она умерла при родах, а пока ждала ребенка, за ней ухаживала женщина по фамилии Моран. Вскоре после смерти Кристин Фоллс Моран убили. — Квирк остановился и жадно вдохнул воздух.
Судья в замешательстве захлопал глазами и кивнул.
— Моран, — повторил он. — По-моему, я читал 'о ней в газетах. — Бедняжка! — Судья взял стакан Квирка и, очевидно, не заметив, что виски в нем еще осталось, подошел к буфету.
 
— Мэл сделал в досье Кристин Фоллс не совсем корректную запись.
— Что значит, не корректную? — не оборачиваясь, уточнил судья.
— Роды там вообще не упоминаются.
— Хочешь сказать… — судья через плечо взглянул на Квирка, — хочешь сказать, что он намеренно исказил факты?
Квирк промолчал. Судья так и стоял, глядя на Квирка. Вдруг рот судьи безвольно открылся, и он издал что-то среднее между жалобным стоном и гневным криком. Зазвенело стекло, зажурчало льющееся на пол виски. Судья тихо выругался, проклиная дрожащие руки.
— Извините! — пробормотал Квирк.
Судья поставил бутылку вертикально, наклонил голову и замер на целую минуту. Виски мерно капало на пол.
— К чему ты ведешь? — спросил он, сильно побледнев.
— Сам не знаю, — признался Квирк.
— Мэла могут уволить? — спросил судья, наконец вернувшись в кресло с двумя полными стаканами.
— Не думаю, что до этого дойдет. Вряд ли здесь можно вменить профессиональную небрежность или преступную халатность.
— Халатность в докторском халате — вот тебе пример дурацкого каламбура! — невесело засмеялся судья, а после небольшой паузы раздраженно покачал головой, — Откуда Мэлэки знал ту девушку? Она у него наблюдалась?
— Не совсем. По его словам, он за ней приглядывал. До беременности та девушка какое-то время работала у них в доме.
— Что?
— Сара наняла Кристин Фоллс в помощь Мэгги, но вскоре девушка, э-э-э, нажила себе проблемы. — Квирк посмотрел на судью: тот потупился и качал головой, напрочь забыв о виски. — Мэл заявил, что сделал ту запись из желания пощадить семью Кристин, дескать, зачем им знать о ребенке?
— С каких пор Мэлэки волнуют чувства посторонних?! — прохрипел судья. — Он же доктор, клятву Гиппократа дал, значит, должен спокойно и беспристрастно делать свое дело. Идиот безответственный! От чего умерла та девушка?
— От послеродового кровотечения — потеряла слишком много крови.
Повисла тишина. Гаррет Гриффин смотрел на Квирка так же, как, вероятно, некогда смотрели на него самого подсудимые, надеющиеся на снисходительность.
— Так Кристин умерла в доме Долли Моран? — уточнил он, потупившись. — С этой особой Мэл тоже знаком?
— Он нанял ее ухаживать за Кристин.
— Вот так знакомые у моего сына! — На скулах судьи заходили желваки. — Ты ведь с ним об этом говорил?
— Мэл темнит. Ты же его знаешь.
— Вот уж не уверен! — воскликнул судья. — Он случайно не обмолвился о делах в Бостоне?
— Нет, — покачал головой Квирк. — А что там за дела?
— Какая-то благотворительная кампания. Кроме Мэла в ней участвует Костиган и члены ордена Рыцарей Святого Патрика. Якобы они помогают католическим семьям. Финансирует кампанию твой тесть Джош Кроуфорд.
— Нет, Мэл ничего об этом не говорил.
Судья залпом выпил виски.
— Давай сюда стакан! Еще одна порция явно не помешает! — Судья снова подошел к буфету. — Сара в курсе?
— Сомневаюсь. — Квирку вспомнилась воскресная сцена у канала: Сара смотрела на лебедей невидящими глазами и просила поговорить со своим мужем, «хорошим человеком». Откуда ему знать, что Саре известно, а что нет? — Я сам в курсе лишь потому, что случайно увидел, как Мэл заполняет досье.
Квирк вскочил. Духота кабинета, чадящий камин, запах пролитого виски вдруг показались невыносимыми, да еще обожженный спиртным язык саднило. Судья обернулся и, прижимая к груди два полных стакана, удивленно на него взглянул.
— Мне пора, — объявил Квирк. — Нужно кое с кем встретиться.
Он лгал, и судья явно расстроился, но возражать не стал.
— Не хочешь? — Гаррет Гриффин протянул стакан с виски, но Квирк покачал головой. Судья поставил оба стакана на полку буфета. — Ты точно ужинал? По-моему, ты совсем себя не бережешь!
— В городе что-нибудь перехвачу.
— Флинт омлет тебе сделает… — судья горестно покачал головой. — Да уж, звучит не бог весть как соблазнительно! —  У двери кабинета он застыл, явно озаренный какой-то идеей. — Уже выяснили, кто убил эту Моран?