Тайна Кристин Фоллс

Лосось оказался пресным и немного склизким, а куропатка, наоборот, сухой. Молодая полная женщина за соседним столиком восхищенно смотрела на Мэлэки и что-то говорила своей спутнице. «Наверняка очередная пациентка, побывавшая в опытных руках доброго доктора Гриффина», — подумал Квирк, спрятал улыбку и, не давая себе времени передумать, сказал:
— Вообще-то я здесь по просьбе Сары.
Мэл, вещавший о бюджете больницы на следующий год, осекся и застыл, уставившись на последний кусочек омлета. Голову он склонил набок так, словно плохо слышал или в ухо попала вода.
— Что? — без всякого выражения выдавил он.
Квирк сунул в рот сигарету, поэтому отвечать пришлось уголком рта.
— Сара попросила меня с тобой поговорить. — Он выпустил к потолку колечко дыма, неожиданно получившееся идеальным. — Если честно, я здесь только ради нее.
Мэл медленно и аккуратно отложил столовые приборы и прижал ладони плашмя к столу, будто собирался вскочить.
— Прежде ты Саре отказывал!
Квирк вздохнул: соперничество продолжалось с самого детства — он якобы развеселый, а на самом деле раздосадованный против мрачноватого зануды Мэла.
— Сара считает, у тебя проблемы, — коротко пояснил Квирк, нервно крутя сигарету.
— Она так сказала? — с неподдельным интересом спросил Мэл.
— В общем, да, только другими словами. — Квирк раздраженно вздохнул, подался вперед и для пущего эффекта понизил голос: — Скажу тебе кое-что. Речь о той девушке, Кристин Фоллс… Я забрал ее тело из морга и сделал вскрытие.
Мэл беззвучно выдохнул — со стороны казалось, большой воздушный шар проткнули крошечной булавкой. Молодая пышка за соседним столом опять на него взглянула и тут же перестала жевать: так сильно ее испугало лицо доктора Гриффина.
— Зачем ты это сделал? — тихо спросил Мэл.
— Затем что ты мне соврал, — ответил Квирк. — Кристин жила не в деревне, а в Стоуни-Баттер у Долли Моран. И умерла она не от легочной эмболии. — Квирк покачал головой и едва не засмеялся. — Подумать только, легочная эмболия! Неужели трудно было придумать что-то более убедительное, а Мэл?
Мэлэки медленно кивнул и, перехватив взгляд молодой пышки, растянул губы в слабейшей улыбке, которая, по мнению Квирка, больше подходила гробовщику, чем человеку, помогающему детям появиться на свет.
— Ты никому об этом не обмолвился? — Мэл едва шевелил губами и смотрел не на Квирка, а в глубь обеденного зала.
— Еще раз повторю: зла я тебе не желаю и не забыл, что однажды ты оказал мне услугу и сохранил все в тайне.
«Похоронный» официант собрал грязную посуду. Он предложил кофе, но ни Мэл, ни Квирк не отреагировали. Мэл боком сидел на узком стульчике и, скрестив ноги, барабанил пальцами по столу.
— Расскажи мне про ту девушку, — попросил Квирк.
— Рассказывать особо нечего, — пожал плечами Мэл. — Кристин гуляла с каким-то парнем и… — Мэл поднял руку и резко опустил. — Дальше сам знаешь. Разумеется, нам пришлось ее уволить. «Нам» царапнуло Квирку слух, но он ничего не сказал. — Я заплатил этой Моран, чтобы за ней ухаживала. Потом среди ночи раздался звонок, я послал туда карету «скорой помощи», но было уже поздно.
Квирку показалось, между ними на стол упало что-то вялое и безжизненное, как рука Мэла.
— А что с ребенком стало? — спросил Квирк. Мэл лишь головой покачал, и воцарилась тишина. — В ту ночь ты не подделывал досье Кристин Фоллс, — с неожиданной уверенностью проговорил он. — Ты заполнял его! А потом, когда я пристал с расспросами, вынес из отделения и уничтожил.
Мэл вытянул ноги и с негромким, усталым ропотом повернулся к столу.
— Слушай… — начал он, осекся и вздохнул, словно объясняя очевиднейшие вещи. — Я для семьи постарался.
— Для чьей семьи?
— Для семьи Кристин Фоллс. Бедняги дочь потеряли. Зачем им знать о ребенке?
— А как насчет отца? — спросил Квирк и встретил недоуменный взгляд Мэлэки. — Отца ребенка, бойфренда Кристин.
Мэл посмотрел направо, потом налево, на одну сторону столика, потом на другую, словно имя тайного соблазнителя Кристин было написано где-то здесь, у всех на виду.
 
— Это молодой парень… — он снова замялся. — Мы даже имени его не знали.
— Почему я должен тебе верить?
— Почему меня должно волновать, веришь ты мне или нет? — недобро засмеялся Мэл.
— А ребенок?
— А что с ней?
Квирк буквально впился в Мэла взглядом.
— С ней? — тихо переспросил он. — Мэл, откуда ты знаешь, что это девочка?
Мэл демонстративно отвел взгляд.
— Где она?
— Нигде. Она родилась мертвой.
Обескураженный и сбитый с толку, Квирк допил остатки кларета и попросил счет. От вина гудела голова.
Нассау-стрит встретила его неярким солнцем и мягким теплом. Желудок Квирка судорожно сжался, явно помятуя лососину. Мэл застегивал пальто. Судя по отсутствующему виду, мыслями он был уже в больнице — надевал стетоскоп и подстегивал ленивых студентов. Квирк снова почувствовал досаду.
— Кстати, у Долли Моран все записано. То есть про Кристин Фоллс, ее ребенка, отца ребенка и бог знает кого еще.
Мимо проехал автобус, слегка покачиваясь из стороны в сторону. Мэл замер, его пальцы застыли на последней пуговице пальто.
— Откуда знаешь? — спросил он так, словно новость особо его не заинтересовала.
« — Со слов Долли, — ответил Квирк. — Я был у нее, и она мне сказала. Видимо, она вела дневник, или что-то подобное. Вроде бы не в ее стиле, и вот, пожалуйста.
— Ясно, — медленно кивнул Мэл. — И что она хочет сделать с этим своим дневником?
— Долли не сказала.
По-прежнему задумчивый Мэл по-прежнему кивал.
— Что же, успехов ей!
Они расстались. Квирк зашагал к Доусон-стрит, потом свернул к Сент-Стивенсгрин, наслаждаясь нежарким, ласкающим лицо солнцем. Его тоже ждала работа, но он решил прогуляться, чтобы проветрить голову. Снова и снова вспоминался разговор с Мэлом, казавшийся теперь чуть ли ни смешным: похоже, так действовал кларет. Обрюхать старина Мэл ту девушку, вот был бы номер! У Квирка такие проколы тоже случались, а однажды он даже воспользовался услугами университетского приятеля, работавшего в лондонской клинике с сомнительной репутацией. В общем, после той скверной истории девушка с Квирком больше не разговаривала. Однако он сомневался, что Мэл наступил на те же грабли. Неужели вслед за Квирком, жалеющим об этом день и ночь, он совершил ошибку, которой избежал бы любой первокурсник медицинского факультета? Тем не менее пугающий факт оставался фактом: Мэл подделал досье девушки, умершей при родах. Что значат для Мэла близкие Кристин Фоллс, раз он пошел на такой риск, чтобы спасти их от позора, о котором никто посторонний бы не узнал? Он уничтожил настоящее свидетельство о смерти? Или его вообще не существовало? Нет, Мэл явно спасал свою шкуру… Кристин Фоллс скорее всего была его пациенткой — не любовницей же! — и ошибку он совершил врачебную, усердию и осторожности вопреки.
В конце Доусон-стрит Квирк перешел доршу и через задние ворота попал в парк. Ароматы листьев, травы и влажной земли напомнили о жене: она давно мертва, но ее образ ничуть не потускнел. Даже странно… Неужели он любил ее больше, чем осознавал? Неужели любил настоящую, неповторимую Делию, а не то, что она для него значила? Квирк нахмурился: в полном смятении, он не понимал, в чем тут смысл, но смысл наверняка был.
Он снова заглянет к Долли Моран, снова спросит, что стало с ребенком, и на сей раз выбьет из нее правду. У ворот университета Квирк сбавил шаг. Из здания вышла Фиби со стайкой подруг. Пальто она расстегнула, словно демонстрируя стройные ноги в гольфах и туфлях без каблука и клетчатую юбку, застегнутую на боку декоративной булавкой, а блестящие волосы цвета воронова крыла — от матери достались — убрала в хвост. Не заметив Квирка, она улыбнулась подругам, уже без них свернула за угол и перебежала через дорогу. Голова опущена, учебники прижаты к груди — Квирк собрался ее окликнуть, но тут высокий худой парень в темном костюме и пальто Кромби шагнул ей навстречу. Фиби эдакой кошечкой-скромницей прильнула щекой к его плечу. Молодые люди взялись за руки и зашагали к Хэтч-стрит, а Квирк, понаблюдав за ними с минуту, двинулся в обратном направлении.