Маленькая графиня (СИ)
— Фрол Верба, помощник капитана Беркута.
— …Господин Фрол. А мы с господином Михеем сходим за дозорными, а то они сами пока ходить не могут.
— А что с ними?
— Вот Ваш помощник вам всё и расскажет.
Выйдя из шатра, я попросила Лес проложить тропку к крайним дозорным, а после — ко всем остальным. Пошла вперёд, вот они, голубчики, лежат, связанные корнями. Надела браслеты им на руки, поблагодарила Лес и попросила деревья этих магов освободить.
Господин Михей, я буду освобождать дозорных, а Вы или отправляйте магов в шатёр к барону, или пусть сопровождают нас. Вы сами им расскажите, что происходит, и что им следует сделать.
Так обошли все посты магов, помощник всех вёл за собой и, после того, как освободили последних, рассказал тем про то, что рогайны их собирались сжечь живьём, что корабли с менталистами, которые они должны были встретить, уничтожены, а рогайны из отряда обезврежены. Что нужно принести клятву верности и сотрудничать с теми, кто захватил их отряд, потому что они хотят спасти Сторону, а это сейчас важнее ссоры венценосных братьев. Кто не разделяет желания барона и командиров, могут сразу об этом сказать, командование снимает с себя ответственность за их безопасность. В любом случае, они на своём теле почувствовали, кто борется за свободу Стороны. Выжить им в Лесу вряд ли удастся. Видимо, последний аргумент был самым впечатляющим, поэтому все единогласно поддержали принесение клятвы верности. Мне стало смешно, и я так искренне восхитилась умением помощника барона Михея убеждать, что я тут же ярко засветилась, подтвердив слова господина Пчелы, что силы, взявшие в плен отряд, не просто мимо проходили, что мы под покровительством Богини. Под благоговейные взгляды дозорных повела группу в сторону шатров лагеря магов. Мне ещё нужно было вернуться в Денедар за гонцами, но клятву принять было важнее.
Оставив дозорных в их шатрах, вдвоём с помощником пошли в шатёр барона, там уже находились все командиры. Приняла клятву у них, затем каждый, по очереди, привёл свою десятку, которая также принесла мне клятву верности. Заодно смотрела магзрением наличие ментального воздействия. Тёмная дымка присутствовала у одного из командиров, он был воздушником, пяти огневиков, ещё одного мага земли, и у всех людей. Все маги с внушением были из десятки под командованием этого десятника. Кроме них, всем остальным сняла браслеты. Ну вот, теперь у меня есть свой личный отряд магов и людей. И что с ним делать? Куда ставить на довольствие? Со всем этим надо будет обратиться к Главе Сезару и Климу.
— Господин барон, принимайте командование на себя, как обычно. Бойцы, видимо, ещё даже не завтракали. И пусть все маги, кто остался в браслетах, соберутся в шатре. После того, как они выйдут, пусть зайдут люди.
*
Посмотрела на магов и спросила:
— Вы знаете, почему я вас оставила в браслетах?
— Нет.
— Вы весь поход помните полностью? Огневики, вы помните, как жгли поселения?
— …? Мы? Жгли? Не было такого!
— Жгли, сжигали вместе с живыми ещё людьми и детьми. Четыре людских поселения сровняли с землёй. Если вы не помните — это ещё не значит, что этого не было. Сейчас вы все находитесь под действием ментальной магии. Она блокирует ваши воспоминания. Я не могу снять ваши браслеты, пока не избавлю от внушения. К тому же, возможно, вам уже внушили приказ, что вы должны сжечь своих друзей, бойцов отряда магов и людей. Потому что это был план рогайнов на сегодняшнее утро. Поэтому, если я сейчас просто сниму браслеты с огневиков — это равносильно самоубийству. Какое воздействие было на магов ветра и земли, я не знаю, возможно, ветровик раздувал огонь и разметал пепел, маг земли разрушал дома и ровнял зачищенную площадь, подготавливая территорию под заселение рогайнов.
Глава 4–2. Маги и люди под мороком
— Вы точно хотите узнать, что именно вы забыли? И как вы после будете жить с этим знанием? Я, конечно, могу снять блокировку, вернуть воспоминания, но кто поручится, что, возненавидев себя за содеянное, вы не попытаетесь убить и себя, и тех, кто был с вами под внушением? Поэтому я всем вам оставлю браслеты, настроив их так, что магия будет поддерживать здоровье, но пользоваться ею вы не сможете. Я не намерена рисковать. Достаточно пока того, что я сохранила вам жизнь.
Господин барон, вам решать судьбу этих бойцов и их командира. Снимать с них браслеты я не намерена. Но они могут затаить обиду, поэтому за ними нужно понаблюдать какое-то время. Если они смирятся с таким положением вещей — хорошо, а если нет — за малейшую ошибку мне проще от них избавиться. Я предупреждаю Вас, потому что это ваши бойцы, надеюсь, Вы до них мою мысль сумеете донести.
А вот от людей проще избавиться уже сейчас. И не вести их в города. Они уже были под воздействием, да и так совершенно не могут сопротивляться менталистам. Уверена, что у них у всех в голове уже прописан приказ слушаться любого встречного рогайна. Возможно, семейных и можно по возвращению сразу отправить по домам, а вот тех, у кого нет семей, лучше разделить на три группы и распределить по оставшимся людским поселениям, чтобы исключить их встречу с иноземцами. Возможно, кто-то из магов в браслетах тоже захочет с ними остаться. Кто они, и что это за браслеты, поселенским говорить не стоит, иначе их разорвут на части, и не примут во внимание, что те действовали под внушением. Кстати, людей надо сперва опросить, возможно, кто-то что-то помнит про сгоревшие поселения. Сделаете? Всё равно сейчас у Вашего отряда есть время перед встречей с отрядом капитана Беркута. Да, пока не придёт отряд капитана, на сторону рогайнов никого из ваших не пускайте. Я вас оставлю, решайте. Господин Фрол, пойдёмте.
Мы перешли на сторону рогайнов, тех бы тоже покормить, но кто будет этим заниматься? Нашли разведчиков возле костра, те как раз перекусили. Я предупредила их, чтобы хорошо присматривали за пленными, единственное, что могут — дать им попить и сводить справить нужду. Разговаривать с ними запрещено. Это сильные менталисты, да и просто физически сильные разумные, они даже в ошейниках представляют опасность. Так что это — просто мера безопасности, направленная, в первую очередь, на самих разведчиков. И пусть не подпускают к пленникам магов из отряда барона. Там много обиженных менталистами, могут попытаться отомстить. Таких отлавливать и вязать или, хотя бы, запоминать. Я постараюсь ещё кого-то привести к ним в помощь из отряда капитана Беркута.
Пока Фрол ходил за конём, я попросила Древо показать мне, где сейчас находится конный отряд и передать дедушке Никодиму и Василию, что поселения можно возвращать домой. Им больше ничего не угрожает.
Шагнула с Фролом на коне на тропу перед отрядом, и, остановив отряд, попросила капитана до того, как войдут в лагерь узнать последние новости об отряде барона от Фрола Вербы. Сказала, что они принесли мне магическую клятву, поэтому теперь сотрудничают с нами. Дала добро на допрос рогайнов совместно с бароном Стасом Шевито и его помощником Михеем Пчелой. Всё, что узнают, пусть записывают. Есть у них писарь? А бумага, перья и чернила? Пусть выделят кого-то грамотного в писари, я обеспечу бумагой и волшебными перьями. Сотворила стопку плотной бумаги, типа светлой оберточной, две обычные ровные деревянные доски, вместо обложки и подложки, и ручку с чёрной гелевой пастой. Доски скрепила с листами металлической спиралью, как земные тетради. Сверху ещё примотала доски друг к другу тонким кожаным ремешком, привязав к нему авторучку, и завязала концы ремешка бантиком. Передавая всё это богатство в распоряжение капитана, сказала, что, если у них нет писаря, могут взять мага из отряда барона. Но сохранность всех записей — под его личной ответственностью. Все записи он должен передать командующему Климу из рук в руки. Пусть поклянется в этом магической клятвой. Магия приняла клятву.
Отряд уже близко к лагерю, решила не отправлять кого-то отдельно.
— Рогайны все в одном шатре, остальные пустые. Поэтому располагаться можете в свободных шатрах рогайнов. Пленных покормите. Обоз уже на подходе, так что провиант скоро прибудет, можно не экономить. Если будет нужно, соберём ещё обоз в городе и, с помощью портальщиков, переправим телеги в лагерь. Провиантом из обоза поделитесь с отрядом барона Шевито, уверена, что у тех уже нечего есть. А они теперь под моей ответственностью.