Отверженный. Тёмная сторона частицы (СИ)

- Они хотели убить меня, а я умирать не хотел, Номер Восемь. Вы бы, как поступили на моём месте? – спросил я и остановился. – Давайте сейчас выясним все наши отношения и больше не будем возвращаться к этому вопросу, согласны?
На лицах ребят было отчётливое желание мне врезать. Номер Пять стал скидывать с себя лишнее, чтобы вступить со мной в рукопашную схватку. Я решил согласиться на поединок и отбросил в сторону шлем.
Удар рукой справа и слева пришёлся по защите. Ногой справа и двойка в голову – аналогично. Подсечка и проход в ноги – неудачно. Пятый продолжал вымещать на мне злобу и ярость, падая на песчаную поверхность. Его белое лицо становилось жёлтым от пыли. А меня даже пот не прошиб.
- Номер Восемь, помоги товарищу. Вдвоём у вас больше шансов, - сказал я и второй боец вступил в схватку.
Теперь нагрузка увеличилась. Отбивать удары было не так просто. Удар справа по блоку. Ногой по бедру – терпимо. Пятый упорно целится в печень, дабы я согнулся, но постоянно попадает по моей защите. И вообще пробить слой бронированного костюма не легко, хотя у них получается слегка его погнуть. Сильные ребята!
«Ну, достаточно», - подумал я.
Восьмой пробил справа, открыв левую сторону. Через руку я провёл мощный апперкот, тормознув его напор. Одновременно с этим Пятый получил от меня удар ногой в грудь и откатился назад на пару метров. Удар локтем и нос Восьмого треснул. Схватившись за него, он опустился на колено.
Пятый рванул на меня. От удара слева увернулся, уйдя вправо. Тут же правой рукой отправил его в глухой нокаут. Парень вновь оказался лицом в песке.
- Теперь отдохнём, - подытожил я итог поединка. – Иди сюда. Вправлю.
Пока колдовал над носом Восьмого, Пятый был в отключке и прекрасно загорал под знойным солнцем. Чтоб не надышался пыли, мы его перевернули на спину.
- Вы же могли нас убить сразу, ведь так? – спросил Восьмой, когда я обрабатывал его переносицу восстановительным составом.
- Это слишком просто. Одному мне не справиться. Плюс, перед Садаком я в долгу.
- Что мы будем дальше делать? Каков у нас план?
- Мы вернём Империю. Власти прогнившей насквозь республики должен прийти конец. Надеюсь, вы согласны со мной? – спросил я. Пятый, наконец, зашевелился. Он медленно поднялся и сел на землю.
- А что будет с нами? – спросил Пятый.
- Империи всегда нужны солдаты. Только вот парашютом сначала научитесь пользоваться, - сказал я и бойцы смущённо заулыбались. – Держи свой шлем.
Мой взгляд остановился на отражении в визоре. Одна деталь меня насторожила настолько, что я замер от удивления. Прошло всего несколько недель с момента генезии, но на лице заметны возрастные изменения. В тех местах, где не было аурониевых пластин, кожа начала стареть и появились морщины. Конечно, не скажешь, что мне сорок семь, но и ровесником молодых Восьмого и Пятого я не выгляжу. Вот и побочный эффект процедуры – быстрое старение!
- И кто же будет править? – спросил Номер Восемь, забирая свой шлем. – В живых из родственников Его Величества никого.
- Думаю, великая божественная триада подскажет ваш...тоесть нашему народу достойного на это место, - ответил я.
«Чуть было не оказался в неудобном положении», – промелькнула у меня мысль.
Песчаная земля постепенно сменилась жилой застройкой Ас Кайры. В броне костюмах мы ничем не отличаемся от полицейского спецназа. Шлемы, однако, пришлось одеть, чтобы не привлекать внимание. 
«Главное не наткнуться на другого капитана спецназа», - подумал я, посмотрев на правое плечо. Там красовалось четыре звезды светло-синего цвета. Фамилия хозяина выбита на левой груди. Поняв, что на мне «Номэкс-В» Захида Садака, решил замазать буквы грязью. Этого сейчас на улицах Ас Кайры в достатке.
Повсюду перевёрнутые флайтеры, некоторые из которых ещё не затушены и продолжают гореть. Мусор и стёкла на каждом шагу. В районе огромное число стражей правопорядка, обыскивающих любого подозрительного на улице. Через каждые пару сотен метров одиночные патрули и по несколько бронированных флайтеров на перекрёстках. 
 
Простых курнайцев почти нет, а кто и вышел, старается держаться скрытно, идя с опущенной головой и прижимаясь к стенам. Мало кому удаётся пройти и не попасть под подозрение.
Из некоторых домов слышны звуки погромов и обысков. Кого-то грузят в челнок и отвозят по направлению к Атрасу. Детский плач и рыдание женщин становятся слышны всё чаще. Похоже, что в Ас Кайре решили провести жёсткую люстрацию и отфильтровать вольнодумных. 
- Вы неплохо держитесь, господин Абсалон, - тихо сказал по связи Номер Пять, наблюдая, как я отвечаю на воинское приветствие со стороны патрульных. 
- Имею небольшой опыт, - ответил я. - Моё имя пока не произноси. Скоро перейдём на общую линию связи патрульных. Вдруг кто услышит.
- Да, капитан, - сориентировался Номер Восемь.
У одного из жилых зданий, разыгралась целая трагедия. Курнайца, одетого в потрёпанный комбинезон Сил Обороны Республики, выволокли в наручниках на улицу. Из дверей дома выбежали трое маленьких детей в надежде спасти своего отца. 
Полицейские принялись разгонять малышей, но вмешалась девушка. Судя по всему, супруга и мать детей.
- Не трогайте! Что вы творите? Куда вы тащите моего мужа? – рыдала она, бросаясь с кулаками на патрульных.
- Уйди, идиотка! Забери своих опарышей отсюда! – кричал один из полицейских.
Утихомирить девушку не получалось. Из челнока даже выпрыгнули на подмогу парочка бойцов, стреляя вверх из винтовок. Но дети только ещё сильнее кричали, а их отец рвался из последних сил защитить свою семью.
- Достал! – крикнул один из державших арестованного и расстрелял его на месте.
Девушка и дети буквально обезумели от горя. Они бросились к телу своего мужа и отца, накрыв его собою. Давно я не слышал и не видел чего-то подобного. Стоила ли жизнь этого парня нашей скрытности? Вряд ли смогу ответить на этот вопрос. 
– А ты, наседка, не ори, - сказал выстреливший полицейский, наклонившись к девушке. На правом плече я усмотрел у него звание сержанта. - Иначе в голове твоей сквозняк устрою. Забирай свой выводок и проваливай.
- Ага, и готовься к индивидуальной работе. Скоро к тебе первые клиенты нагрянут, - громко рассмеялся другой. 
Вся свора хохочущих начала грузиться в челнок. Я включил внешний динамик на шлеме, чтобы можно было разговаривать.
- Сержант! – окрикнул я. В нашу сторону обернулись все полицейские и остановили свою погрузку. Как и своё «лошадиное ржание».
- Да, господин капитан! – ответил сержант и быстрым шагом направился ко мне.
- За что застрелил? – спросил я, указав на труп военного. Семья этого курнайца ещё оплакивала его.
- Сопротивлялся. А задержали, как участника мятежа. Ну вы же знаете нашу задачу – всех военных придать суду. Пособников тоже, - ответил сержант.
- А приговор им только один выносят… - вклинился в разговор один из рядовых.
- Если мне надо будет, чтоб ты высказался, тебе прикажут это сделать. Ты понял, рядовой? – прервал я выскочку и тот выпрямился ещё сильнее.
Простые полицейские были не в закрытых шлемах, поэтому их лица можно было увидеть. В отличии от наших. Я постарался запомнить их все. Когда придёт время, их будет ожидать уже мой суд.
- Женщину и детей не трогать. Республике нужны верные государству курнайцы. Они не виноваты в том, что их отец изменник, - сказал я и приказал Пятому помочь девушке.
- Согласен, господин капитан. Мы можем следовать дальше? – спросил сержант. – Нас вызывают в Атрас. Там сейчас много «экземпляров» для фильтрации, так сказать. 
Он продолжал ухмыляться и рассказывать, чем сейчас занимаются на военной базе. Номер Пять в это время помог встать девушке и проводил до дверей здания. Войдя, она громко проклинала действующую власть и всех полицейских. Несколько раз я услышал «Благослови Алем Империю», прежде чем двери закрылись и Пятый вернулся к нам.
К этому моменту услышал всё, что было нужно. Военных расстреливают пачками под чутким наблюдением министра Гуча Висла. Сам он не руководит судом, но и не принимает меры к защите армейцев.