Отверженный. Тёмная сторона частицы (СИ)

— Рад видеть старого друга, — сказал он, улыбнувшись.
— Неожиданно, — ответил я, когда мы по-дружески обнялись. — Сколько не виделись?
— Точно не скажу… 
Внешне представители расы Хогаса очень похожи на людей, но есть несколько заметных отличий — белая, иногда даже светящаяся кожа и такие же волосы. Глаза похожи на человеческие, только у женщин цвет радужки ближе к фиолетовому, а у мужчин — желтый.
Я предложил своему давнему другу кофе и тот согласился.
— Колумбийский? — спросил Хогас, взяв у меня чашку с ароматным напитком. – Сколько же оно здесь стоит? 
— Офицер может себе позволить, — сказал я, и мы рассмеялись, вспоминая размер моего жалования. 
За разговором время летело незаметно. 
— Ладно, Хогас, теперь к делу, — сказал я и взял у него пустую чашку. — Не поверю, что ты прилетел сюда спросить, как я поживаю.
Улыбка пропала с лица Хогаса, он посерьезнел.
— Конечно. Что ты знаешь про Эбису?
— Родина курнайцев. Никогда там не был, — ответил я и сел рядом с ним на диван.
Хогас рассказал, что на его родной планете царят хаос и разруха. Правительство Курнайской республики не собирается исправлять ситуацию, поскольку оно же и обворовывает свой народ. Столица — она же единственный мегаполис – Куртас, раньше считался одним из лучших мест для жизни. Сейчас он ничем не отличается от многих крупных мегаполисов Земли – банды, грязь, корпорации. 
— В Главном Совете Галактической Федерации принято решение вмешаться в ситуацию, — пояснил Хогас.
— И как они планируют помочь курнайцам? — спросил я.
— Совет решил арестовать членов правительства и назначить временного главу. 
— Ну хорошо. А я тут при чём? Зачем ты мне всё это рассказываешь?
— Твой боевой опыт впечатляет. И я, как бы, в долгу перед тобой. Решил вытащить тебя с этого «горнолыжного курорта». Мне понадобиться напарник. Задание не из лёгких, так что…
— Чем я тебе помогу и на каком основании? — усмехнулся я и вскочил со своего места. — Ты, конечно, Страж и всё такое, но я служу не в ОСФ**.
— С твоим начальством вопрос улажен. Приказ о том, что ты поступаешь в моё распоряжение, уже поступил тебе по закрытому каналу. Но я не смогу с тобой работать без твоего согласия.
Я подошёл к своему рабочему столу и включил голографический дисплей. По закрытому каналу действительно пришло распоряжение. В нём мне предписано было дать в кратчайшие сроки ответ, встретиться с представителем Корпуса в сопровождении Брутса и доложить об этом. Аванпост оставить своему заместителю и действовать по указанию Стража. 
— Мда, дела! Выходит, зря хамил заместителю начальника штаба бригады, — воскликнул я. — А ты уверен в моих навыках? Я двадцать лет не работал в полевых условиях.
— Ничего. Форму ты не растерял, а руки сами вспомнят, как и куда нажимать, — ответил Хогас и откинулся на спинку дивана.
Конечно, предложение заманчивое. Сколько же можно сидеть без дела? Эта вечно холодная планета уже осточертела. Но тут я вспомнил о своём, возможно, самом важном долге. 
— А что будет с моим сыном? Я же не смогу взять его с собой.
— Это и есть обратная сторона медали. О нем позаботятся на Креше в интернате Джонса.
— Куда? Что он там будет делать? — воскликнул я.
Планета Креш в системе Дуосолар пользуется весьма противоречивой славой. С одной стороны – здесь базируются очень престижные учебные заведения, к каким и относится интернат Джонса. С другой — Итан никогда не жил среди своих сверстников, а в этом интернате публика самая пёстрая.
— Возможно, будь он курнайцем, ему бы там понравилось, но он человек. А людей…
— Людей там недолюбливают. Мне это известно. Но там есть преподаватели и те, кто за ним присмотрят. 
— Нет, — запротестовал я. — Исключено. Никуда не полечу.
В глубине души мне было понятно, что Креш — не лучшее место для Итана. Там придется лавировать среди золотой молодёжи галактики, а он не готов.
— Обещаю, что за ним присмотрят. Но решать тебе. У меня нет своей семьи, мне не понять, — сказал Хогас. 
Тут он прав. Ему сложно понять, каково это — возможно, навсегда расстаться с сыном. Где гарантии, что сами курнайцы меня не грохнут, прежде чем дадут спокойно покинуть Эбису? Конечно, под протекцией Хогаса надежно, но тем не менее… Сомнения и ещё раз сомнения!
 
— Все равно не уверен. Итан – сын простого военного, а там отпрыски медиа магнатов и олигархов со всей галактики, — сказал я, понимая что у всего есть цена. Значит и Хогас может предложить что-нибудь взамен успешного задания. — Что я получу после миссии? 
Я был уже почти согласен. Вполне возможно, шанс на нормальную жизнь, которой мы с Итаном были лишены, сам шел ко мне в руки.
— Достойная пенсия или любая должность в армии или на флоте. Сколько сейчас ты получаешь? Не более десяти тысяч койнов?
— Одиннадцать триста пятьдесят, — вздыхая, ответил я.
— Негусто. После покупки продуктов остается что-нибудь?
— Мы с сыном не бедствуем.
— Скажи еще, что многим живется хуже, — добавил Хогас, но я промолчал. — Что ты решил?
Ответа от меня не последовало. Хогас несколько секунд смотрел на меня, а потом, молча, направился к выходу. Он был уже рядом с дверью, когда решил его остановить:
— Что от меня требуется?
Хогас убрал руку от дверной панели и повернулся ко мне.
— Детали позже. Мне важно знать твой ответ, иначе я не могу посвятить тебя в дальнейшие планы.
— Хватит с меня холодной Пратареи и сумасбродных командиров. Согласен, — ответил я после секундного замешательства.
Мы обсудили с Хогасом все детали задания. Оно действительно было сложным. Хотя Стражам и не поручают простых. Я слышал о многих случаях дискриминации на Эбису. Особенно там не любят людей. Это уже становится какой-то нормой в галактике — ненависть к людям. Так что Хогас брал к себе в напарники «самого неприметного» из возможных.
Мы разошлись с ним у входа в аванпост, и я направился к флайтеру. Когда дверь в кабину закрылась, мой взгляд задержался на отражении в лобовом стекле.
«Каким будет Итан в свои сорок семь? Будет ли он похож на меня?», — подумалось мне в тот момент.
Мои черты лица — нависшие над глазами брови, жесткая челюсть и крайне широкий нос — Итану не передались. И глаза у него от матери — серо-голубые, а не мои карие.
Он больше похож на Кару, которая внешне была загадочной и романтичной — мягкие щеки, округлый подбородок и чувственная линия губ. Порой она казалась мне ангелом.
— Домой! — скомандовал я.
Загудели ускорители, и шасси флайтера отделились от заснеженной поверхности.
«Как я мог? Как согласился на такое? Что будет с Итаном?», — мучительно размышлял я про себя весь полет от космопорта. 
— Мистер Блант, прибытие через минуту, — сообщил мне компьютер флайтера.
— Да, спасибо.
— Желаете передать инструкции на панель управления домом?
— Нет. 
Через несколько секунд шасси флайтера коснулись площадки.
Я вошел в прихожую и снял верхнюю одежду. Итан уже спал. Завтра с ним поговорю и все объясню. Когда расположился за кухонным столом, на дисплее уже показалось меню ужина.
— Мистер Блант, что желаете на ужин? — спросил голосовой помощник.
— Бутылку пятизвездочного «Артени».
С детства у меня была привычка записывать свои мысли. Я достал из рабочего стола свой дневник и сделал последнюю запись. 
«Возможно, завтра последний день, когда подполковник Фредерик Энтони Блант видел своего сына…», — закончил я свои размышления этой фразой. 
Пришла пора оставить его здесь. Итан найдет дневник в свое время. А может, увесистая тетрадь так и пролежит в этом бунгало до скончания времен. 
Я оставил дневник на столе, взял недопитую бутылку и ушел в свою комнату.
Из дневника Ф.Э. Бланта: 
Величайшее событие со времен полета Гагарина. Первый контакт с Галактической Федерацией в 2030 году.