Выплата (СИ)

Так вот она устроена, жизнь в России: даже если ты почти что спасаешь почти что мир, все равно изволь время от времени торчать в коммунальных очередях. Интересно, а наш неведомый враг, Кукловод этот… может, конечно, дело закроют коллеги из ведомства, которое ищет иностранный след, и тогда эти мои досужие мысли вообще мимо кассы… А вот если он (она, оно) живет в России, то тоже ведь наверняка в свое время пообивал казенные пороги. Никого здесь чаша сия не минует. Наверно, сейчас Кукловод забрался по иерархической цепочке так высоко, что всей этой низменной бытовой суетой вместо него занимаются специально обученные люди. Но ведь когда-то и он (она, оно) ходил по ЖЭКам, униженно склонялся к конторкам и вписывал данные за месяц…
Ладно, в топку эти дешевые сентиментальные спекуляции. Надо отзвониться маме и поехать наконец на работу… Катя, конечно, молодчина, однако сама закрывает еще далеко не все — многие вещи мы с ней вместе решаем. Любая унылая рабочая текучка после ЖЭКа покажется практически парком развлечений.
Беру в руки телефон, и тут он активируется сам. Красный сигнал. Сирена. Прорыв. Сообщение «оставайтесь на месте, за вами выехали».
Черный джип появляется посреди заплеванного двора за считанные минуты — словно материализуется из воздуха. По пути в аэропорт звонит Юрий Сергеевич.
Ну конечно — когда мне нужна помощь, так я плохо себя вел, а как Прорыв — так сразу без Саши Егорова никуда… Давлю эту гаденькую мысль в зародыше. Не Штабу с его мутными психопатами в руководстве я помогаю, а людям, которые могут попасть под удар. Принимаю звонок:
— Слушаю.
— Саша, ситуация серьезно отличается от тех, что были раньше, — с места в карьер сообщает Юрий Сергеевич. — Тебе будут скидывать сводки, в самолете изучишь. Но главное скажу сразу. Это может еще оказаться провокацией, попыткой обмануть нашу бдительность… Но в этот раз есть вероятность, что жертвы Кукловода нам не враги. Потому что…
Юрий Сергеевич делает паузу на несколько секунд. Сердце бьется где-то в районе горла. Волевым усилием сдерживаю рвущийся вопрос «ну что, что?» И тогда фээсбэшник произносит со странной для него неуверенностью, почти растеряно:
— Потому что они сами позвонили в спасательную службу. Саша, они попросили о помощи.
  
Глава 14
 
Те, кто просил о помощи
 
Май 2030 года
Быть может, пару раз в жизни я грешным делом фантазировал — вот бы мне полетать в персональном самолете! Чтобы рассиживать в салоне в гордом одиночестве или в обществе красотки-стюардессы, которая все внимание уделяет мне одному. Что ж, как говорится, бойтесь своих желаний… Сейчас я предпочел бы тесное кресло в лоукостере — только бы цель поездки была другой. Впрочем, вместо стюардессы с ногами от ушей здесь — пара крепких мужиков в форме без погон, и пожрать они предлагают не лобстера в черной икре, а галеты с консервами из сухпайка.
Лететь на север предстоит около трех часов, и сводка на моем телефоне постоянно обновляется. Женщина с Даром к обработке информации не зря ест свой хлеб: все сообщения ясные и четкие. Все не влияющие на суть подробности выносятся в сноски уровнем ниже.
Первым делом несколько раз слушаю запись телефонного звонка, поступившего в службу экстренной помощи четыре часа назад. Звонивший, мужчина с низким голосом, тщательно проговаривал каждое слово. Речь его была монотонной, почти лишенной интонаций, как у программы по озвучке текста.
— Я хочу сообщить о похищении людей. Нас двое, я и женщина. Нас обоих обманом выманили из дома и похитили в июле двадцать девятого года. Нам срочно нужна помощь.
— Где вы находитесь? — спрашивает оператор.
Мужчина игнорирует вопрос, более того, говорит с оператором одновременно:
— Женщина сильно истощена, у нее двустороннее воспаление легких. Срочно требуются курсы антибиотиков и нутриентов. Подготовьте реанимобиль… и еще труповозку. Для… другого человека. Я его убил. Это была случайность. Возможно, самооборона.
  
— Назовите вашу фамилию! — пытается вклиниться оператор, но мужчина не реагирует.
При первом прослушивании у меня возникло ощущение, что по телефону передали сделанную заранее запись.
— Я не знаю, где мы находимся. Вы должны отследить, откуда я звоню. Примерно в десяти километрах отсюда есть заброшенная военная база с бункером. Там нас удерживали против нашей воли. Я возвращаюсь туда.
В речи мужчины возникла пауза. Оператор снова спросил его фамилию — и опять это не дало никакого эффекта.
— Повторяю: заброшенная военная база примерно в десяти километрах от места, откуда я звоню… может, меньше, я шел без компаса и мог заплутать. Мы нуждаемся в помощи. Спасите нас.
Разговор обрывается. Сперва мне показалось, что кто-то просто проиграл запись в микрофон телефонной трубки, но потом я прочел следующий пункт сводки — обстоятельства, при которых был сделан этот звонок.
В полузаброшенной деревне Кимжа осталось около десятка жителей, все, как один, пенсионеры. Одной из бабулек, вопреки всем уговорам отказывающейся покидать дом своих предков, обеспеченные правнуки подарили спутниковый телефон — обычная сота в этой глуши не ловит.
Мужчину, вышедшего из леса, видели шестеро обителей Кимжи. Хотя в силу возраста они все они оказались подслеповаты и не слишком-то внимательны, по их показаниям удалось установить следующее. Мужчина на вид лет сорока, с длинными спутанными волосами и неряшливой бородой, высокий, худощавый. Одет в новую и почти чистую одежду серого цвета. При ходьбе опирался на палку, явно подобранную по дороге. Первым делом он подошел к колодцу, набрал воды и напился прямо из ведра. Потом обратился к старушке, вышедшей посмотреть на пришельца, и произнес фразу, которую с незначительными вариациями повторил потом несколько раз:
— Где здесь телефон? Мне необходимо срочно позвонить.
Вопросы пришелец не просто игнорировал — словно бы не слышал их, только почти теми же словами снова и снова просил телефон. Угрозы местные жители в нем не почувствовали — он выглядел слабым, на палку опирался тяжело, словно едва стоял на ногах. Поняв, что ничего путного таинственный гость не расскажет, сельчане проводили его к обладательнице телефона, с которого он и совершил единственный звонок. Сердобольная старушка предложила путнику передохнуть — жестами, когда поняла, что он глух, как пробка. Приглашение пришелец не принял, хотя протянутые ему пирожки с вязигой взял, и ушел туда, откуда пришел. Сельчане отметили, что странный человек не пытался ни угрожать им, ни взять что-либо без спросу.
Ага, а вот комментарий дефектолога: голос звонившего принадлежит глухому человеку, причем не слабослышащему от рождения, а потерявшему слух относительно недавно — вероятно, в результате острого заболевания или травмы. Ох, ё, что же это за травма такая должна быть?
Так что же, выходит, мужик вдвоем с некой женщиной провел почти год в заброшенном бункере? Поражает, что после всего, что с ним случилось, мужик на удивление адекватен, нормален даже. Он дошел до людей, разыскал телефон, сообщил, как смог, свое местонахождение, не обидел беззащитных стариков, проявил заботу о женщине… Правда, убил кого-то. Но, может, на то были веские причины? Если бы меня год держали взаперти, я бы тоже хотел кого-нибудь убить.
Что если методика Кукловода наконец дала сбой? Этот мужчина не похож на психа, одержимого жаждой разрушения. Может, у него и сверхдара-то нет. А вот рассказать он и неизвестная женщина смогут многое… Вдруг мы наконец-то близки к разгадке⁈ Или это какая-то ловушка…
Пропускаю долгую и печальную историю о том, как информация из звонка гуляла по инстанциям, пока кто-то не сообразил, что есть же особая служба, интересующаяся людьми, которых похитили и долгое время держали в заключении без видимых мотивов… Так, следующая сводка интереснее. Недалеко от Кимжи действительно располагается военная база, заброшенная еще в семидесятые годы прошлого века. Лет тридцать назад туда возили туристов посмотреть бункер, но потом кто-то покалечился, лазая по ржавым лестницам, и эту лавочку прикрыли. Автомобильная дорога к базе давным-давно заросла, ближайшая едва проезжая грунтовка проходит в трех километрах от нее. Там был обнаружен автомобиль УАЗ, принадлежащий некоему гражданину Рыбакову 2001 года рождения.