Лучший режиссёр, главы 201-300 (ЛП)

– Пока не будем добавлять новых персонажей, достаточно изменить цвет кожи. Так или иначе, культуры и национальности переплелись, разве нет? Как насчёт сделать Джейна китайцем?
– Ничего не имею против, – беззаботно кивнул Уидон.
Он знал, что Ван Ян имеет чувство меры и вправе по-своему распоряжаться. В сущности, изменение Джейна мало на что повлияет, но Уидон со смехом спросил:
– Ян, я ошибаюсь или ты хочешь сам сыграть эту роль?
– Не шути. Я, возможно, исполню камео, но исполнять главную роль, ну уж нет… – усмехнулся Ван Ян, замотав головой. – Я думаю подыскать актёра, который по-настоящему владеет кунг-фу. Может, ты знаешь Дэниела Ву, он сыграл главную роль в моём новом фильме «Команда МТИ-21». Мне кажется, он подходит для Джейна. Забавно: сыграть сначала гения, а потом туповатого качка…
Уидон был в полной мере осведомлён о Ван Яне. Услышав имя Дэниела Ву, он вспомнил, кто это, и с некоторым недоумением сказал:
– Но Дэниел Ву недостаточно крупной комплекции.
– Да, поэтому, если он заинтересуется, я потребую от него набрать вес, чтобы он выглядел крупнее, – Ван Ян сделал глоток кофе и, представив накаченного Дэниела, серьёзно сказал: – Если он наберёт недостаточно веса или будет иметь недостаточно красивую фигуру, тогда Джейн останется белым, придумаем нового члена экипажа китайского происхождения.
– Ладно, – Уидон, конечно, согласился.
Ван Ян, скользнув взглядом по иероглифам “спокойствие”, опять заговорил:
– Думаю, в фильме должна быть эстетичная картинка, передающая особое настроение. Я совмещу вестерн и восточную классику.
Услышав про эстетику, Уидон тотчас возбудился и промолвил:
– О, точно! Я постоянно представляю, как табун лошадей мчится по пастбищу, а потом в небе над ними пролетает космический корабль.
Ван Ян улыбнулся и кивнул. Это классический кадр, выполненный в духе вестерна, как в «Танцующем с волками». Он задумчиво произнёс:
– Джосс, я не собираюсь ограничиваться вестерном. Представь китайскую реку, вдалеке от обоих берегов большие горы, широкая река уходит в необозримую даль, в небе зависло уходящее солнце, которое сияет так, что весь кадр получается в жёлто-красных тонах. И тут над рекой пролетает Серенити. Это называется… «Вечерняя песнь на рыбацкой лодке».
– О, понимаю! – в глазах Уидона пробежал блеск, он потёр лоб. Ему приводилось наблюдать подобные кадры.
Он невольно восхитился:
– Очень красиво!
– Или представь бесконечный горный хребет, чьи высокие пики окутаны зеленью; повсюду густой туман, затем из тумана вылетает Серенити. Это называется «Горы в туманном море», – описывал Ван Ян. В «Аватаре» как раз была использована такая атмосфера, во многих кадрах присутствовала восточная эстетика.
Ван Ян задумчиво сказал:
– Я вот думаю, как совместить и то, и другое. Перебарщивать не стоит, даже хватит одного или двух кадров с гармонично совмещёнными культурами.
Уидон был немного опьянён атмосферой гор в туманном море. По сравнению с необъятными пустошами вестерна, этот кадр действительно полон таинственности и ощущения инопланетной жизни. Уидон, насупившись, с ухмылкой произнёс:
– Не могу придумать, как это сделать. Кое-кто должен мне рассказать.
– Ладно, я постараюсь придумать, – усмехнулся Ван Ян. У него это была одна из главных задач, выполнение которой непосредственно повлияет на успех фильма. Если совмещение культур будет показано плохо, тогда в результате получится что-то непонятное. Если же совмещение пройдёт идеально, тогда фильм будет приятно смотреть.
В задумчивости полистав несколько страниц набросков киносценария, Ван Ян произнёс:
– Жду от тебя готовый киносценарий. И ещё, у меня есть идея, которую точно надо задействовать: место тайных опытов Альянса не ограничится лишь планетой Пожирателей…
– Что ты хочешь сказать? – удивился Уидон, приняв озадаченный вид. Такое изменение непосредственно повлияет на весь мир и историю.
Ван Ян, попробовав горький кофе, чуть скривил рот и произнёс:
– В списке программы по очищению разума есть много планет, на каждой из которых проводятся разные эксперименты. Планета Пожирателей лишь одна из них, это самый провальный и сильнее всех вышедший из-под контроля эксперимент, но, возможно, есть успешные или частично успешные эксперименты.
 
Далее двое людей изучили и обсудили ещё некоторые вопросы, а также утвердили кое-какие новые детали в сеттинге мира. Уидон согласился отдать Ван Яну законченный киносценарий после окончания съёмок «Дьявол носит Prada» и разрешил ему внести корректировки по своему усмотрению, особенно в той части сценария, что касается китайской культуры.
По завершении этой приятной беседы Ван Ян, взяв с собой телесценарий, немедленно поспешил обратно в отель, чтобы побыть рядом с Джессикой.
– Ян, я тут раздумывала и поняла, что ты мне больше не нравишься, – холодным голосом и со спокойным лицом сообщила Джессика сидя на диване. – Мы расстаёмся. Как вижу тебя, мне так некомфортно сразу становится. Сам скажи, что это ещё может означать?
– Чего?.. – спросил Ван Ян, в замешательстве уставившись на неё. – Мы вроде бы помирились, нет? Ты же знаешь, что я не со зла так поступил с тобой, да и результат отличный!
Лицо Джессики приняло гневное и обидчивое выражение, она начала ругаться, с каждым словом повышая голос:
– Ничего не отлично, ты играл со мной как с игрушкой, я для тебя подопытная крыса, тебе важнее кино, чем я. Я так доверяла тебе, а ты меня ранил!
Ван Ян почувствовал, как у него больно заколотилось сердце, и сердито вымолвил:
– Что с тобой? Ты для меня важнее всякого кино, и я хотел помочь тебе! Я на тот момент не знал, чего ты действительно хочешь, ты мне не говорила! Я лишь хотел помочь! Знаю, поступил некрасиво. Брось, Джессика! Почему ты не можешь простить меня?
Джессика с отвращением ухмыльнулась, глаза покраснели, словно она хотела кого-то прикончить:
– Убирайся, вали на хер! Я никогда не прощу тебя, пошёл в задницу! Ты скотина, чтоб ты сдох! Отвали! – она махом кинулась на него и раскрыла рот, собираясь укусить его за лицо.
– О боже! – Ван Ян резко открыл глаза и увидел перед собой потолок отельного номера. Лоб и спина уже были влажные от холодного пота, дыхание было тяжёлое и учащённое. Повернув голову налево, он увидел крепко спавшую Джессику, которая по-прежнему осталась с ним. Та правой рукой сжимала его левый локоть, брови были слегка нахмурены, словно ей тоже снился какой-то кошмар.
После такого дурного сна у Ван Яна полностью отпало желание спать. Под тусклым светом лампы он осматривал лицо Джессики. Такое милое, красивое, знакомое… Он улыбнулся. Когда она смеётся, то так очаровательна, а когда плачет… Ван Ян тихо вздохнул и, поглядывая на Джессику, погрузился в размышления.
Правильно или ошибочно он в конце концов поступил? Почему правильно? Почему ошибочно?
Хотя раньше ему было неизвестно, о чём она на самом деле мечтает, он так поступил прежде всего потому, что действительно хотел осчастливить её, помочь ей исполнить свою мечту, пусть даже это её взбесит, вот только он думал, что она не разозлится. Но можно ли её винить? Ван Ян покачал головой, поглаживая её ладонь. Она любила его всей душой, а её, точно в кошмарном сне, ранил человек, которому она больше всех доверяла. Так почему она не должна злиться?
Чем его поступок отличается от Альянса и современной Америки? Альянс хочет создать прекрасный мир, хочет сделать всё человечество счастливым, пусть даже в жертву будут принесены десятки миллионов людей. Америка, с официальной точки зрения, стремилась устранить правительство Хусейна, обезопасить американцев, наладить жизнь иракского народа, пусть даже пришлось временно терпеть войну и хаос. Это всего лишь как поставить укол!
Но что вводится? Лекарство или яд? Ответ зависит от реакции пациента. Ему может стать лучше, а может стать хуже. Что если бы Джессика так сильно расстроилась, что прекратила бы выступать? Возникли Пожиратели, перестраивающийся Ирак попал в ещё более запутанное положение…