Тёмный: Повелитель (СИ)
Довольный жизнью Константин, задумчивый и ничего не понимающий Советник и словившая ступор Эльза, уходят из подземелий. По пути Кетиос не выдерживает и наседает на Повелителя с вопросами. Настаивает на том что девка опасна, слабоумна и вообще её лучше утопить. На что Константин не скрывая своего восторга, поясняет, что девка совсем не слабоумна, а даже наоборот, она настоящий бриллиант, правда не огранённый. То что она даст, поможет быстрее поставить королевство на ноги, и соответственно поставить на колени соседей. На вопрос Кетиоса как, Константин начинает рассказывать невероятные вещи. В красках описывает ракеты, машины, механизмы, которые Эльза, если её не утопить, соберёт и доведёт до ума. А если поискать и найти ещё хотя бы парочку таких гениев, то процесс пойдёт куда как быстрее. Сам же Константин, обязуется принять посильное участие в разработках. Потому как с его слов немного, но всё же кое-что знает и готов поделиться знаниями с Эльзой.
— Простите, Повелитель, — склоняется в поклоне Советник. — Старый дурак посмел усомниться. Такого больше не повториться. Впредь, буду нем как рыба.
— А вот этого не надо, — строго смотрит на него Костя. — Не надо ни в коем случае. Ты должен сомневаться, должен спрашивать, уточнять, предлагать. Ты, как я уже говорил, моя правая рука. Второй после меня в государстве. Понимаешь?
— Да, — улыбается Советник. — Я сделаю всё что от меня требуется и даже больше. А теперь домой. Вам надо отдохнуть, а мне определить госпожу изобретателя.
(Час спустя. Королевские покои. Архаса.)
Лёжа на животе, орчанка не обращая внимания на ноющую боль в спине кусая губы вспоминала недавние события. Полные страха глаза Повелителя. Его крики… И нет, боялся он не за себя и взрывом напуган не был. Его беспокоило именно её ранение. Архаса видела это в его глазах.
От таких мыслей, затуманенный зельями разум орчанки сдавал и пораждал потрясающей красоты картины о том как она в свадебном наряде стоит у алтаря и держа Повелителя за руку клянётся Тёмным Силам всегда быть рядом.
Видение меняется и вот она уже стоит у кроватки и с нежностью смотрит на пищащий свёрток. Рядом Костя, с такой же нежностью смотрит в кроватку и качает её. Ещё видение в котором Архаса видит себя и уже подросших детей. Они на берегу, Костя и старший сын чинят лодку, средний развешивает сети. Маленькие дочки играют в куклы на крыльце дома. Небольшого, но такого уютного…
Боль в спине от неосторожного движения прерывает созерцание иллюзий. Архаса приподнимает голову…
— Ну подруга, ты ваще, — качает головой стоящая перед ней Эрми. — Такая смелая.
— Я орк, мы все смелые, — ворчит Архаса, поудобнее устраивается и вздыхает.
— Эх, быть тебе королевой, — не унимается Эрми. — Повезло. Вот выйдешь замуж за Повелителя, зазнаешься… Забудешь про нас.
— Этого не будет, — возмущается Архаса.
— Конечно не будет, — вздыхает Глория. — Короли на таких как мы не женятся. Да, нам стало лучше, но на что-то большее не надейтесь. Мы просто чернь, никто. Никем и останемся. Сказка закончится также быстро как и началась и мы снова окажемся забытыми, ненужными. И он нас не отпустит, и не только по причине нашей клятвы. Просто короли… Мы всего лишь пыль.
— Ну Глория, вот заживёт спина я тебе…
Договорить Архаса не успевает, в покои с подносом в руках входит Повелитель. Улыбаясь подходит к кровати, ставит поднос с ужином на троих на столик, садится на кровать…
— Архаса, милая, Колдун приказал мазать тебя особым снадобьем. Ты же не будешь против, если это буду делать я?
Архаса икает, но сказать не успевает. Константин стягивает с её спины одеяло, открывает баночку, наливает средство на руки и начинает массировать спину орчанки. Начинает с плеч и медленно спускается ниже. От чего орчанка судорожно вздыхает…
— Ох, прости, тебе больно. Руки мои кривые. Хотел помочь, а в итоге…
— Мне приятно, очень. Продолжайте… То есть продолжай. Спасибо.
— Ну тогда хорошо, — продолжает Константин. — Наш старый волшебный хрыч, то есть Ульфер, говорит что это средство за два вечера поставит тебя на ноги.
— Ему можно доверять, — млея урчит Архаса. — Он меня с того света вытащил.
— Ну вот, — проведя пальцами по спине орчанки улыбается Костя. — Всё.
— Как всё? — приподнимает голову орчанка. — А ниже?
— Кхым…
— Болит, ужас просто.
— Архаса, — поднимает руки Глория. — Успокойся.
Константин осторожно спускает одеяло ниже, рассматривает попу орчанки и…
— Да тут царапина.
— Но мне больно! — возмущается Архаса. — Так больно что в глазах темнеет.
Эрми и Глория выкатывают глаза и подходят ближе, Архаса оглядывается, изображая невыносимую боль шмыгает носом и смотрит на Повелителя умоляющим взглядом.
— Ладно, — открывая банку вздыхает он. — Сейчас…
Трясущейся рукой тянется к орчанке, размазывая снадобье отворачивается. То есть старается отвернуться, что получается крайне плохо. Орчанка же облегчённо выдыхает, подняв голову прогибает спину и шире разводит ноги. Закусывая губу, томно вздыхает, и услышав тяжёлое дыхание Повелителя, предвкушая продолжение невольно улыбается. Однако, вместо продолжения её накрывают одеялом, целуют в спину и на этом всё.
— Отдыхай, восстанавливайся, а я пойду. Мне работать надо.
— Повелитель, — подскакивает к нему Эрми. — Я тут ударилась. Бок саднит дышать невозможно. Вся правая сторона и правая грудь, сплошное больное место. Поможете?
С этими словами, растерянный Константин снова открывает банку, выливает на ладонь средство… Эрми, каким-то непостижимым образом практически мгновенно сбросив одежду, охая и прихрамывая подходит ближе. Не обращая внимания на показывающую кулак Архасу, поворачивается к Повелителю левым боком и грациозно выгибается.
— Нда, — вздыхает Константин, и мажет эльфийку мазью. — Болезнь прогрессирует. Только что болел правый бок, сейчас уже левый. Тебе к Колдуну надо.
— Мне уже лучше. Спасибо.
— Глория, у тебя что болит? — шлёпнув Эрми по заднице и вызвав восторженный писк эльфийки спрашивает Константин.
— Душа, — опустив голову вздыхает гоблинша. — Дома давно не была. Можно к родителям…
— Да, пожалуйста. Родители это святое. На ночь глядя я тебя не отпущу, а то мало ли. Да и ходят тут всякие. А с утра, как проснёшься, можешь отправляться. Деньги в моём столе, возьми сколько надо.
— Я… Я… Повелитель…
— Давай без этого, — отмахивается Константин. — В нашей комнате, можно просто Костя. Доброй ночи вам. Ужинайте и спать. А я пойду к Советнику, много дел. Меня не ждите.
С этими словами, Костя целует Архасу в нос, Эрми в ухо, Глорию гладит по волосам и быстро уходит из покоев.
Девушки переглядываются… Эрми прыгая на месте визжит, Архаса закатив глаза роняет голову на подушку. Глория бросается к столу, открывает ящик и отскочив закрывает рот руками, бредёт к стулу, падает на него и тяжело вздыхает: — Почему?
— Наверное доверяет, — уплетая ужин бормочет Эрми и подаёт тарелку Архасе.
— Но что я сделала? За что? Я же…
— Понравилась ему. Помнишь как он смотрел на тебя? — ворчит Архаса.
Гоблинша ничего больше сказать не может, берёт из ящика стола золотой, укладывает его на угол стола. Раздевается, прыгает на кровать и ныряет под одеяло. Где сворачивается калачиком и напряжённо думает. Так же думает и недовольная произошедшим Архаса. По всем её прикидкам, Костя должен был уже взять её и брать до самого утра. Однако этого не произошло и орчанка понять не может почему.
(Комната Советника. Константин.)
— Кетиос! Просыпайся, помощь нужна, — влетая в коморку кричит Костя.
— А? Да. Что… Кхем… Повелитель, я готов. На нас напали?
— Ну можно и так сказать, — посмотрев на стоящую на столе бутылку, кривится Константин, хватает её и отпивает.
Садится на стул, достаёт трубку, набивает её и хлопает себя по карманам.
— Не уверен что понимаю вас, — щелчком пальцев поджигая табак зевает Советник.