Дрим тим (СИ)

— Вот как, без проблем. Но мне все же придется купить у вас пергамент и принадлежности для письма.
Вскоре Ашот приносит карту и несколько бумажных заготовок под карту.
— А зачем ты купил их несколько? — спрашивает Серафина.
— Купец настоял. Говорит, если запорешь один вариант, сможешь перерисовать на новом листе.
— Или он просто втюхал тебе дополнительный товар. Ладно, давайте поднимемся в комнату и примемся за работу. Кто из нас лучше всего рисует?
Чтобы это определить, пришлось потратить один лист, на котором каждый показал свое мастерство. Ашот смог нарисовать лошадь и человека из менее чем десяти палочек, что больше похоже на наскальный рисунок, чем на что-то серьезное.
— Мда, это точно будет не Ашот. У тебя голова получилась размером с ногу, значит, напортачишь с масштабами, — Серафина смотрит на магический круг, который нарисовал Трог. Выглядит круто, но выяснилось, что чародей умеет нормально рисовать только колдовские атрибуты. А Фигаэль настолько вошла в раж, что нарисовала целый разворот средневекового комикса про осаду замка, несчастную любовь и отравленный пирог.
— А это слишком круто. У нас чернил не хватит, если ты примешься за карту. Ладно, тогда остаюсь только я, — Серафина оккупирует единственный стол в комнате и принимается переносить оригинальную карту на новый лист. Это работа только кажется простой по мнению Ашота.
«Я бы точно запорол», — зомби в окно, за которым собирается дождь.
— Завтра будет грязнюка, — пророчествует зомби.
— А река Кудах так и вовсе выйдет из берегов, — соглашается Серафина, которая видит на карте, что их ждет впереди.
Глава 25
— Добро пожаловать на реку Кудах, — торжественно объявляет Ашот в полдень следующего дня.
— Мы уже в ней или еще нет? — спрашивает Фигаэль.
Вопрос не лишен смысла, так как после вчерашнего ливня реку серьезно расколбасило во все стороны. В спокойное время её ширина колеблется в районе тридцати метров, но сейчас там все двести. Кони с трудом передвигаются, утопая в грязи.
— Купец вчера советовал держаться какого-то края берега, но я не помню, какого именно, — продолжает Ашот. — Но сейчас это не имеет большого значения, так как куда ни пойди, все равно будешь грязным.
Пати обреченно смотрит на разлившуюся реку, которая катит воды откуда-то куда-то. Если двигаться вдоль нее с любой стороны, рано или поздно придешь к западной границе королевства, за которой находятся Странные Земли.
— Чем больше провозимся, тем выше шанс того, что ведьмы уже не будет рядом со Свистящей горой, — произносит Серафина. — Поехали по тому берегу, на котором сейчас находимся.
На том и порешили. Копыта глубоко проваливаются в грязь, так что после решили держаться ближе к лесу, где нормальной дороги нет, но и вода добраться не успела. К концу дня ничего интересного не произошло, Трог успел прочитать лекцию о природе магической энергии в экскрементах люминесцентных мышей, а Ашот один раз свалился с седла пытаясь поднять упавший сухарик.
Разбить лагерь было решено на пригорке, откуда открывается замечательный вид на гряду тихих холмов с жутким туманом. К счастью, им туда не нужно. Из-за недавней непогоды других путешественников встретить сегодня не удалось. Вероятно, торговцы будут ждать, пока грязь не высохнет, так как будет плохо, если телеги постоянно будут застревать в грязи.
— А знаете, в детстве я мечтал стать караванщиком и посещать другие страны, но в итоге поступил на обучение в школу боевых искусств, — рассказывает зомби. — Можно сказать, что моя мечта сбылась, пусть и после смерти. А вы о чем мечтали в детстве?
— Я хотел быть магом и стал им, так как моя мать тоже занималась чародейством. Я вырос в богатой семье, хоть сейчас по мне не скажешь, — первым делится Трог.
— Так бы был богачом?
— Обычно всех состоявшихся волшебников так или иначе бедными не назовешь, а потом… как получится.
— У тебя, видимо, не получилось, — Серафина показывает чудеса дедукции.
— Ну, — старик пожимает плечами. — Я даже рад, что попал в такое приключение, иначе сдох бы на этой войне или спился. Ну а ты? Сколько тебе вообще лет?
 
— Сто двадцать в этом году исполнится. Я уже старый и искушенный жизнью суккуб, — Серафина даже приосанилась. — Дослужилась до высокого чина в войске Темного Властелина и однажды мечтала оседлать этого жеребца на ложе из черепов.
— Властелина-то? — переспрашивает Ашот.
— Ну не коня же!
— Кто вас, суккубов, знает. Но сейчас он вряд ли предложит тебе выпить, если увидит в кабаке.
— Если Темный Властелин вдруг окажется в кабаке, то я последнюю очередь буду ждать от него угощения и дешевых подкатов. Сейчас я мечтаю только о комфорте и избавлении от ангельской природы.
— Но ты же можешь просто переметнуться на сторону Добра. Раз уж ты теперь имеешь ангельские силы, — говорит Фигаэль. — Получишь всепрощение и нимб над головой.
— Не нужен мне этот нимб. Менять шило на мыло. Теперь мне лучше быть самой по себе и не отчитываться перед высшими сущностями. А что насчет тебя?
— Пару веков назад мне хотелось большой любви и приключений, — рассказывает вампирша. — Теперь я хочу сидеть в своем замке, чтобы никто меня не трогал. Однако думаю, что небольшая смена обстановки на время не повредит.
— Небольшая? — смеется зомби.
— На время? — подхватывает Трог.
Вот так за разговорами пролетело время, после поднялась луна, и снова рассвет, светящий в затылок путешественникам.
— Добро пожаловать на Гнилую Переправу, — разводит руками зомби. — Самая гнилая переправа в королевстве. Смотрите, куда ставите ноги.
Ашот долгими ночами от скуки изучал скопированную Серафиной карту, так что наизусть знает весь маршрут вплоть до границы королевства. День пролетает за днем, как и километры.
— Добро пожаловать на Ухабистую равнину. Здесь находится самая большая головка сыра, украденная однажды из логова великана, — говорит Ашот.
Ухабистая равнина не просто так получила свое название из-за постоянных перепадов высот, а знаменитая на всё королевство головка сыра уже не самая большая. Её подъели полевые мыши и растащили на сувениры туристы.
— Добро пожаловать в Темно-Мрачный лес, — через три дня произносит Ашот. — Здесь темно и мрачно, и ходят безногие духи древности.
— Как они ходят без ног? — интересуется Фигаэль.
— На руках, вероятно.
Впрочем, скоро Темно-Мрачный лес остался позади, так ничем не напугав, разве что вывихом челюсти от скуки.
— Добро пожаловать на Осьминожью отмель. Девушкам стоит быть осторожнее с тентаклями местных осьминогов.
Но даже переход брода прошел достаточно спокойно, если не считать появления огромного осьминога, который получил файерболом по голове. Трог наконец-то смог безопасно показать свой коронный прием.
— Добро пожаловать в Странные Земли, про которые мне ничего неизвестно, — объявляет на двадцать седьмой день Ашот. Что странно, ничего странного в этих землях на первый взгляд нет. Обычная трава, деревья и горы.
— В той деревне неделю назад сказали, что нужно просто продолжать двигаться на запад, чтобы выйти к Свистящей горе, — говорит волшебник. — У нее раздвоенная вершина, и ветер издает свистящий звук, проходя там. Говорят, что в хорошую погоду слышно издалека. Еще дня три-четыре и будем на месте.
— Ну и отлично, что-то я устала от этого путешествия, — заявляет Серафина. — Может, тебе в будущем выучить заклинание телепортации?
— Только если их окончательно не запретят.
— Почему их должны запретить? Небезопасно? — интересуется Фигаэль.
— Нет. Просто волшебники таким образом не платят транспортные расходы и разрушают экономику пассажиро- и грузоперевозок.
— В нашем мире всё меньше волшебства и больше денег, — вздыхает Ашот, из-за чего остальные удивленно на него смотрят.
— Скажешь тоже, — усмехается святая. — А кто пять дней назад удивлялся летающей горе?
— Какой толк от летающей горы, если на ней нельзя прокатиться?