Дрим тим (СИ)
— Заткнись, — кривит губы Серафина. — Ты просто хочешь подраться.
— Извините, я и сам доживаю последний пяток лет, от меня большой помощи не будет, — извиняется Трог.
Фигаэль же вообще сделала вид, что не является членом этой пати.
— Понимаю, что не могу вас вынуждать, — сокрушается старый жрец, — но здесь рядом есть поселение, где живет обычный люд, которому тем более придется туго. Я не прошу вас вступать в неравный бой с нежитью, я сам отвлеку внимание мертвецов. Вас же я прошу пробраться на кладбище и активировать святую реликвию, которую мне пришлось бросить, чтобы сбежать.
— Что за реликвия?
— Отрывок из священной книги Великого Светлого Писания. Я получил из рук главного инквизитора округа.
— Хорошо, — Серафина решительно поднимается на ноги. — Мы поможем. С вас отвлечение врагов. Так где этот ваш погост?
Все остальные участники разговора удивленно смотрят на святую, которая так резко изменила свое решение. Жрец благодарит и объясняет, как добраться до указанного места, а потом идет к лесорубам, чтобы получить и их помощь.
— Что-то ты темнишь, Серафинушка, — говорит Ашот с подозрительным взглядом. — С чего вдруг изменила свое решение?
— Потому что у нас появился легальный способ смыться отсюда и прихватить ценную вещицу.
— Я мог бы догадаться, что ты не святым духом преисполнилась.
— И шила в жопе у меня нет, — кивает святая. — Выдвигаемся. Теперь ты сможешь подраться, как и хотел.
— А я никуда уходить не собирался, — поднимает руку Трог.
— Так оставайся, мы с Ашотом сами справимся.
В этот момент лесорубы выкатываются наружу с верными топорами в руках, а среди них бежит жрец с молитвой на губах.
«Или он для храбрости к пиву приложился?» — зомби не успел толком определить, ведь теперь они несутся в другую сторону, пока за спинами появляются вспышки. Оказалось, мертвецы просто затаились, а теперь снова собираются сделать свои темные дела. Неожиданно в тенях возникает Фигаэль, ставящая Трога на ноги.
— Эй, вы разве не в корчме остались? — Ашот резко тормозит.
— Подумали, что будет подозрительно, если уйдет только половина нашей команды, — объясняет Трог.
— Да не, вы просто не захотели расставаться со своими замечательными товарищами, — отмахивается Ашот.
— Да щас, — фыркает вампирша. — Я целый день мечтала убраться оттуда, а теперь появился повод. Раз мы прикарманим себе реликвию, то возвращаться не будем.
— Ну, да, это было бы странно. А зачем нам вообще эта штука, Серафина? — зомби оборачивается, но не может определить, куда исчезла та, у кого «нет шила в жопе».
От святой уже след простыл. Ашот удивленно смотрит из стороны в сторону и не понимает, что происходит.
— Думаю, она уже понеслась на кладбище, — пожимает плечами Фигаэль. — Нужно догонять.
— И все же я не понял, зачем ей сдался этот листок бумаги, пускай и очень святой, — вздыхает Трог и старается не отставать от товарищей.
Ночная пробежка довольно легка, так как воздух свеж и бодрящ, но в темноте намного проще навернуться на куче навоза и сломать шею. Именно об этом предупреждает всех волшебник, вот только спутники не совсем живые, так что не боятся таким образом окончить жизнь.
— Давай я понесу, — зомби резко останавливается и подхватывает старика. — И когда ты уже сможешь кастовать магию трезвым? Какой вообще смысл быть архимагом, если не можешь толком применять магию?
— Поверь мне, я уже очень давно задаю себе этот дурацкий вопрос, — еще раз вздыхает Трог.
Путь совсем скоро приводит группу на местный погост, где беспорядочно стоят могильные плиты, освещаемые светом показавшейся луны. Посреди погоста стоит Серафина, вновь сменившая облик на святую, и держит над головой какую-то бумажку. Даже Ашот догадался, что это та самая вещь, из-за которого Серафина ломанулась сюда как ужаленная.
— Ну, раз эта штука у нас, то давайте бежать дальше? — спрашивает Ашот, ставя мага на ноги.
— Пока нельзя, — отвечает девушка. — Эту магию нужно применять в местах с порчей Темного Властелина.
— Какую магию? — не понимает Трог.
— Если извратить священное Писание Светлой Богини, то можно поменять действие на обратное. Исцеление будет убивать, а уничтожение нежити поднимать новых трупов.
— Окей, а что именно ты собираешься сделать?
— Я насильственно сброшу с себя ангельскую силу. Сейчас я использую силы Светлой Богини, а свиток их исказит в противоположную сторону. Силы зла мне помогут избавиться от проклятия.
— А почему ты сразу так не сделала?
— Потому что ангелы не могут применять магию Темного Властелина, идиот!
— Прозвучало обидно, — на самом деле Ашот нисколько не обиделся, но чувствует какую-то грусть, если Серафина сейчас получит то, что хотела, и покинет пати дальше наслаждаться жизнью.
Святая с ангельской природой бормочет плохие слова, а пергамент в её руке сияет багровым светом, после чего происходит ужасное ничего. Стоящая за спиной Серафины троица ждет минуту, вторую, третью, но никаких изменений не чувствуется.
— Может, ты вверх ногами держишь? — предполагает Ашот.
— Или сейчас не та фаза луны, — Трог с многозначительным видом смотрит в небо.
— Или план — гавно, — холодно бросает Фигаэль.
Серафина ничего не отвечает и выбрасывает свиток, как ничего не стоящую вещь. Ловкие пальцы вампирши подхватывают листок, но тот резко обжигает, из-за чего девушка сразу роняет его. Теперь уже пытается потрогать Ашот, прекрасно понимая, что сила Светлой Богини будет вредить его телу.
— Дай сюда, — листок вырывает из рук Трог и внимательно смотрит на зловещие руны, которые написала Серафина. — Думаю, была допущена ошибка.
— Да ты что?! — святая буквально мироточит сарказмом. — Похоже, план действительно был дерьмовым. Давайте продолжим путь.
— Нам стоит использовать свиток, как просил жрец, — напоминает Ашот.
— Зачем?
— Если нам не пригодился, то пригодится местным жителям. Вдруг, если ты будешь делать добрые дела, то ангельское проклятие с тебя само спадет?
— Как ты вообще пришел к такому заключению?
— Путем невероятно сложных математических расчетов.
— Ну-ка разложи мне распределение Ферми-Дирака.
— Квадрат гипотенузы равен сумме квадратов катетов!
— Она спросила не об этом, — подсказывает Трог.
— Да она специально спросила какую фигню, которую сама не знает, — разводит руками зомби. — Просто примени чертов листик, раз уж святая магия тебе доступна, и пошли отсюда.
— Ну держись, — Серафина выхватывает святую реликвию у мага и поднимает над головой. Теперь бумага сияет золотым светом.
— Подожди, дай мне спрятаться, — Ашот бежит на предельной скорости и видит, как Фигаэль ловко ныряет в раскопанную могилу. Следом золотая волна проносится по кладбищу, заставляя Ашота лететь на святой тяге через надгробия. Во время полета он готов даже уверовать в Светлую Богиню, лишь бы пережить это аттракцион.
Глава 15
Полет был недолгим, но полным адреналина. По пути следования Ашот сбил несколько надгробий, с дюжину раз кувыркнулся, а потом упал в чужую могилу. Когда шум в ушах немного прошел, зомби пришел к выводу, что не слишком сильно пострадал, если не считать своей гордости. Новое тело не только большое и сильное, но еще довольно крепкое.
Две руки появляются у края раскопанной ямы, а потом появляется макушка Ашота, который внимательно оглядывает погост. Ничего страшного не происходит, и даже пропала та мрачная атмосфера.
«Похоже, листок священного писания помог», — понимает зомби, направляясь обратно к товарищам. Серафина продолжает стоять с хмурым лицом, Трог зевает, а Фигаэль усиленно отряхивается от земли.
— Ну, кажись, сработало, — произносит Ашот. — Теперь можно отправляться дальше.
— Да, некромантия на кладбище успокоилась, так что вся поднятая нежить должна потерять силы, — кивает чародей. — А этот лист возьмем с собой? Продадим, например.
— Нет, — святая выбрасывает отрывок Священного Писания. — За попытку продать такую вещь на нас сразу собак спустят. Эта вещь нам больше без надобности.