Бог-Император, к доске! Том 6 (СИ)

Я ходил взад и вперед по своей комнате, не зная, как мне проникнуть в кабинет леди Найткэт. Я понятия не имел, где он. Что ж, значит, придется воспользоваться Духовной Интуицией, чтобы вычислить его.
Но сперва высплюсь и подготовлюсь к балу.
Следующие несколько дней пролетели незаметно. Все усиленно готовились к Чёрному вальсу. Делали маски, изучали правила этикета, которыми не пользовались в повседневной жизни. Всеми овладело загадочное предчувствие чего-то… неведомого.
Эйка пыталась выспросить у отца, что нас такого необычного ждет на Чёрном вальсе, но он всё отшучивался, да отговаривался. Я также переговорил с Анатолием Красновым, мы договорились провести обмен после бала. За Чикэку я получу кое-что весьма ценное и интересное…
Судя по всему, родители других учеников Притяжения по каким-то причинам тоже не торопились делиться информацией с детьми. Пальма ходила с загадочным видом, якобы она что-то знала, ведь именно её род являлся организатором всего мероприятия. Но что-то мне подсказывало, что она сама была не в курсе.
Старшее поколение что-то скрывало от нас. Ну по крайней мере те его представители, кто был в курсе дел.
Вечером, в день проведения бала, на 13-й Возвышенной улице, никогда не видевшей пробок, с раннего утра началось столпотворение. Приглашённые на бал дамы спешили сделать причёски у маэстро Зверюгина — лучшего парикмахера в городе. Несколько улиц вокруг его салона были забиты лимузинами с дамами и их домашними питомцами, разными маленькими собачками. Вся эта орда возмущенно тявкала друг на друга через стекла лимузинов. Произошло даже несколько аварий, к счастью без серьезных последствий, вызвавших ещё больше неразберихи и суматохи.
Первым гостем, прибывшими на бал, стал начальник отдела Аномалий Говард Лавкрафт. Он как всегда был во всем сером и неприметном — серые брюки, серый пиджак, серый галстук, черные лакированные ботинки. Свое лицо он скрывал за серой маской в виде рыбьей морды с выпученными глазами, но его легко узнали — когда он взялся за ручку главного входа, она после его касания превратилось в щупальце. Оно некоторое время извивалось, дергаясь в сторону испуганной прислуги, но спустя некоторое время успокоилось, и приняло свою обычную форму в виде дверной ручки. И больше не пыталось кого-либо схватить.
Гости предпочитали держаться от Говарда на расстоянии. Многие были весьма недовольны, что такой человек, с плохо контролируемым Даром, вообще пришел на бал. Но слова против никто не сказал.
Следующей в зал вошла легендарная красавица мисс Анжелика Стюарт, по слухам любовница одного из Верховных лордов. Затем гости потекли рекой. Когда количество гостей превысило количество музыкантов, заиграл оркестр. Скрипка, виолончель, духовые — здесь собрались настоящие профессионалы, радующие слух публики живой музыкой. Акустический свойства помещения были великолепны, и музыка была слышна даже в самых дальних уголках зала.
Другие гости тоже не отставали: Леди Накамура, мама Акихито и Дейчи, а также тётя Акиры, появилась на торжестве с птичьей клеткой на голове. Сама хозяйка бала, леди Душепийца, мама Пальмистрии, встречала гостей, надев на голову маску оленя, плачущего бриллиантовыми слезами.
Даже среди всего изобилия красоты и роскоши некоторые умудрялись выделиться оригинальностью масок. Глава рода Мориль надел на себя золотую голову единорога, леди Мираэль Озёрская пришла в маске из причудливо сплётшихся шеями чёрного и белого лебедей. Младший брат Аманды Зинцер, Чарльз Аддамс, по слухам ненавидевший сестру и мечтающий оттяпать кусок её рушащейся империи, пришел в черном колпаке палача.
Ну а лучшая маска, на мой взгляд, была у главы клана Красновых. Муж Чикэку, известный также, как Человек-Мужик (правда, не все знали, что это один и тот же человек) снова проявил себя с самой лучшей стороны. Для маски он использовал самую обычную пластиковую одноразовую белую тарелку с дырками для резинки. На ней фломастером была изображена злая хмурая рожица и Российский триколор. Краснов как бы намекал, где именно он видел весь официоз Чёрного вальса.
 
Выполнено изделие было на удивление старательно и качественно, в стиле минимализма и примитивизма. И смотрелось на мой взгляд вполне органично и оригинально. Правда, большинство гостей, судя по возмущенным взглядам, моего мнения не разделяли.
На мой взгляд это был абсолютный хит, переплюнувший все дорогие изделия с бриллиантами, страусиными перьями и шерстью с задницы редкого северного хорька.
Больше всего внимания досталось 16-летней Елизавете Батиковой, младшей сестренке Лены и Юли. Уже в таком юном возрасте она, обладая идеальными пропорциями и невероятно высоким ростом два метра двадцать сантиметров, стала супермоделью. И не слезала со страниц глянцевых журналов. Её наряд, состоявший из прозрачных обтягивающих брюк и платья, на котором вырезов было больше, чем ткани, заставил буквально плакать провожавшую её на бал няню. Люди старшего поколения смотрели на девушку откровенно осуждающе. Зато парни не могли глаз оторвать. Несколько фотографов, допущенных к мероприятию, тут же предложили девушке фотосессию.
Даже я был впечатлен роскошью и блеском Черного вальса. Редко когда я видел видел таких красивых женщин в таком количестве в одном месте. Только в старые времена, во время крупных императорских балов, где я согласно протоколу должен был присутствовать лично.
Мы явились на бал единой группой — все Дети Императора. Также со мной присутствовали леди Мария Вышнегорская, Аманда Зинцер и Чикэку Акане.
Внутри гранд-отеля нас ждал настоящий лабиринт из черных лент, напоминающих паутину. На столах лежали расчлененные куклы и расколотые черепа, а тарелки на столах были обрамлены черным мехом. Красота и роскошь соседствовали с весьма мрачной атмосферой и искусственной паутиной по углам.
— Какой-то немного… сатанинский антураж, — скептически произнес Геннадий, оглядываясь по сторонам.
— Это Душепийцы, — вздохнула Мария Вышнегорская, — Они помнят о своих корнях и все мероприятия проводят в таком, полуколдовском антураже.
Гости провожали нашу группу пристальными взглядами. Все здесь прекрасно знали, кто есть кто. И, конечно же, знали Уникума Притяжения, Вадима Сабурова.
Большая часть гостей, в том числе Вадим Сабуров с друзьями, находились на первом этаже. На второй этаж никого не пускали — под предлогом обеспечения безопасности. Однако Говард Лавкраф в маске рыбы и с толстой папкой под мышкой без проблем прошел через все слои охраны. Его пропускали, почтительно кланяясь. К слову, пол после каждого шага Говарда слегка расплывался и некоторое время след начальника отдела Аномалий горел мистическим синим огнем.
Говард открыл дверь в одну небольшую неприметную комнату. В полумраке, освещенном лишь несколькими свечами, за круглым столом сидело пять человек. Четверо мужчин и одна женщина. Все они носили идеально белоснежные маски в форме равнодушных человеческих лиц. На каждой золотом были нанесены цифры — от одного до пяти. Окна в помещении были занавешены плотными черными шторами.
За столом также стоял пустующий трон, покрытый золотом. На его спинке был изображен золотой нимб с расходящимися лучами — символ Бога-Императора.
Говард низко поклонился господам. Женщина с цифрой четыре на маске молча поманила его, приглашая войти. Начальник отдела аномалий положил папку — ту самую, которую ему передал старший агент Кинг — перед высокопоставленными господами и отступил на несколько шагов от стола.
— На повестке дня — Вадим Сабуров сиречь Вышнегорский и его возможное устранение на текущем мероприятии, — произнес широкоплечий мужчина с цифрой один на маске.
 Глава 3. Совет Верховных Лордов 
 
— Бог-Император, хоть твое тело и мертво, но мы верим, что дух твой по-прежнему здесь с нами, — произнес мужчина в маске с цифрой один, обращаясь к золотому трону, — Направь нас и наши решения, дабы они принесли твоей Империи благо.