Бог-Император, к доске! Том 6 (СИ)
В конце концов я убедился, что ничего вредного в этих духовных потоках не было. Похоже, по сути своей они и взаправду являлись витаминками — очень дорогими витаминками, которых не было в свободном доступе. Можно кушать спокойно и наслаждаться приятным эффектом. Духовные потоки расширятся и увеличат свою пропускную способность — это отлично!
Похоже, смысл их употребления носил исключительно религиозно-сакральный смысл. Думаю, даже мне не повредит принять такую витаминку. А также запомнить рецепт. Скукоживание может дать схожий эффект, но для этого мне нужно находиться рядом с моим последователем.
— Хорошо, я не против, — вынес я вердикт после тщательного осмотра, — Только один вопрос.
— Да-да? — встрепенулся слегка заскучавший начальник отдела Аномалий.
— Почему вы даете ученикам эти «витаминки» только сейчас? — негромко поинтересовался я, — Я же вижу, эти «витаминки» крайне дорогие в изготовлении. На каждую ушло как минимум несколько миллиардов Империалов.
Говард указал на дверь и поманил меня за собой. Мы вышли в коридор, подальше от длинных ушей поваров.
Сэр Говард расширил свой духовный покров, чтобы создать вокруг нас поле, глушащее звуки. Что-то подобное я сам уже использовал, когда пробрался на Совет.
— Скоро состоится вторая Арена, — негромко произнес начальник отдела Аномалий, — Верховный совет решил таким образом усилить юных Одаренных.
— А почему приём «витаминок» обставили в таком религиозном духе? — спросил я со скепсисом.
— Об этом лучше спрашивать не у меня, — сэр Говард пожал плечами, — Я знаю только то, что необходимо мне для работы. Думаю, у Верховных лордов были на то свои причины.
— Понятно, — я кивнул.
Сэр Говард достал из кармана визитку и протянул её мне.
— Здесь мой рабочий телефон и почта, — сказал он, — Если буду нужен, смело звоните или пишите.
— Хорошо, благодарю, — я взял визитку.
Что ж… можно подвести небольшой промежуточный итог. Моё явление Верховным лордам прошло относительно удачно. По крайней мере два из них за меня. Вроде бы как. Ещё двое сохраняют нейтралитет, и лишь один жаждет моей крови. Ну и не удивительно, особенно с учетом того, что я догадываюсь, кто он такой…
Пока больше всего меня напрягает реакция Великого Мудреца. Он ведет себя так, будто происходящее не имеет вообще никакого значения. Это очень и очень зловещая информация. Он же ведь понимает, что я рано или поздно, если мне не помешать, полностью верну себе бразды правления?
В любом случае, можно немного, самую чуточку расслабиться. И узнать, что же там нам хотел сказать первосвященник Душепийца?
И вот началось оно. Выступление.
Я, Эйка, Геннадий, Дети Императора и все прочие гости Чёрного Вальса, приблизились к сцене. Ученики, как и в прошлый раз стояли ближе к сцене. Взрослые остались стоять за нашими спинами, взяв нас и сцену в молчаливое кольцо.
Отец Пальмистрии Арманьяк Четвёртый вышел на сцену и улыбаясь, принял микрофон из рук ведущего. Массивный головной убор с религиозной позолоченной символикой слегка колыхался в такт шагам.
Религиозный лидер ласково улыбнулся аудитории и произнес:
— Приветствую, дети мои. Я рад видеть столько молодых и прекрасных лиц, — из складок плаща он вытащил массивную книгу, священное писание империи Арсамон, где рассказывалось о моей жизни и жизни других значимых людей в истории, — Как говорил Бог-Император: «Дети — это цветы жизни!».
— Да ты бы такого даже будучи пьяным в зюзю не сказал, — удивился стоявший рядом со мной Парацельс, — Даже если бы я тебя напоил парцеядом в зюзю.
— Знаю, Парц, знаю, — кивнул я, — Они всё переиначили за пятьсот лет, пока я спал, а ты бухал на изнанке. Теперь вера в меня больше напоминает ересь, за которую надо бы на костёр.
Брови волшебника сурово сошлись на переносице.
— Или напоить их всех и не дать похмелиться! — решительно произнёс он, взмахнув рукой перед собой.
— Ну, мы же не звери, — укоризненно произнес я.
Наши слова потонули в восторженных криках. Гости приветствовали слова первосвященника.
Эйка и Геннадий, стоявшие ближе всех к нам, окинули нас с Парацельсом удивленными взглядами.
— Вы о чём там? — поинтересовалась красоноволоска.
— Да так, о своём, о женском, — отмахнулся я, делая вид, что как бы ничего серьёзного и не происходит.
Парацельс энергично закивал, дружелюбно глядя на Эйку и Геннадия. Красноволоска, в свою очередь глядя на Парацельса с подозрением, шепнула мне на ухо:
— Вадик, что это за странный дед, который с тобой повсюду таскается?
— Это наш новый союзник, — шепнул я ей в ответ, — У него очень… м-м-м… сильный и необычный Дар. Он нам очень пригодиться.
— М-м-м… ну хорошо, — кивнула Эйка, — Тебе виднее. Даже спрашивать не буду, где ты этого чудилу откопал.
— Ох, тебе и правда лучше не знать… — я вздохнул.
Наверное, я когда-нибудь расскажу Эйке о своих приключениях в разных временных отрезках… Но не в ближайшее время. И про Беллу точно говорить ничего не буду. Это было в стертом временном отрезке и неправда.
— Как вам известно, — произнес глава рода Дущепийц, он же первосвященник. Он говорил всё тоже самое, что и в первом варианте. Это значит, что конкретно на него ни одно из изменений времени никак не повлияло, — На ваше юное поколение мы, старшие, возлагаем большие надежды. Вы — те, кто будет на своих плечах держать Империю в будущем и хранить её для Бога-Императора!
И снова восторженный гром аплодисментов.
— Пора открыть вам немного больше правды о тайнах нашего мира, — провозгласил жрец, — Пора вам узнать истинное имя Бога-Императора!
Я поморщился. М-м-м… свежая порция ереси. Арсамон я, Арсамон. Тотх’Аз существует исключительно в вашем воображении, дорогие еретики.
Школьники замолчали, блестя любопытными глазами. Я осмотрел их лица, застывшие в ожидании, и сокрушенно покачал головой. Сколько предстоит ещё работы, чтобы вправить им всем мозги на место.
Есть лишь один бог — это я. Да и то, я не совсем бог. А если честно, совсем не бог. Я просто человек, поднявшийся выше остальных. Все остальные сверхсущества человечеству не нужны. От них всех лишь вред.
По хорошему всех других божеств нужно или уничтожить, или извести любым иным способом. И никто не сможет меня в этом разубедить.
— Вот уж не думала, что у Бога-Императора есть имя, — прошептала Эйка рядом со мной.
— Ага, — вторил ей Геннадий, — Мне казалось, что его так и зовут… Бог-Император. Он такой единственный и неповторимый. Зачем ему имя?
— Вот-вот, — согласилась Эйка, — Совершенно непонятно.
Я молчал, наблюдая за первосвященником и реакцией окружающих. Помнится, где-то на это месте у меня случился мощный приход. Повторится ли он? Я подозревал, что подобную реакцию у меня вызвали «витаминки», когда я увидел их в первый раз.
В глубине души я опасался, что приступ повторится на кухне, когда меня туда привел Говард. Но нет, обошлось. Значит, по идее, и в этот раз всё должно пройти нормально. Но это не точно.
— Истинное имя Бога нашего Императора держится в секрете, — вкрадчиво произнес жрец, — Простолюдинам незачем о нём знать. Ну вы, одаренные дети, знатного и незнатного происхождения, теперь стоите на ступеньку выше, чем все остальные. Вам будет открыта правда, которую вы будете обязаны хранить в глубочайшем секрете. Непосвященные не должны узнать истинное имя Бога-Императора. За нарушением этого правила последует очень строгое наказание, — первосвященник Арманьяк окинул наши ряды суровым взглядом, — Надеюсь, все юные одаренные это понимают?
— Да… да… конечно… понимаем… — поплыло нестройное по рядам. Школьники кивали и клали руки на сердца, клянясь унести тайну с собой в могилу.
— Истинное имя Бога-Императора… — первосвященник выдержал драматическую паузу, — Тотх’Аз! Под этим именем он вошёл в наш мир, получив его от родителей!
Я еле удержал Парацельса за руки. Архимаг рвался на сцену с очень злым лицом и явной жаждой карать еретиков. Для него подобные откровения звучали как совершенная дичь. Это я уже привыкший… А вот Парацельс был неподготовленный.