Читеры по жизни

========== Мир, в котором я живу ==========
 В школе у меня было сразу три имени: Ботан, Очкарик и Лошара.
 К концу первого курса универа ситуация кардинально изменилась, так как я начал писать на заказ контрольные и курсачи однокурсникам по цене ниже рыночных. К тому же все мои работы были строго индивидуальны, как произведения искусства. За это я был удостоен более звучного и гордого имени — Изгой.
 Сейчас, когда и школа, и универ давно позади, в реальном мире у меня вообще нет имени. В лучшем случае «Молодой человек».
 «Молодой человек, передайте за проезд», «Молодой человек, не подскажете, как добраться до…».
 Но есть другой мир. Мир, который принял меня и подарил хоть какой-то смысл моему жалкому существованию.
 Здесь меня зовут Дельфин. Нет, не потому что я классно плаваю. Плаваю я, как топор. А потому что начинал программировать с Delphi. Теперь я владею и Си, и паскалем, и…
 И я практически не выхожу из дома. Два раза в неделю мне приходится выбираться из своей зоны комфорта, влезать в плотно набитую людьми железную коробку на колёсах, и ехать на другой конец города. Там я отдаю партию перепрошитых мной серых сотовых телефонов, забираю новую партию и несколько мятых денежных купюр, и мчусь назад в свой дружелюбный мир.
 Несмотря на такой отшельнический образ жизни, у меня есть целых два друга.
 Первого зовут Destroy. Каждый день мы по несколько часов говорим с ним обо всем. О кино, о кодах, об играх. Даже о женщинах иногда. Простите за эту откровенность. Но с Дистроем можно говорить обо всем. А еще я никогда в жизни его не видел. И это тоже его огромный плюс. Мне не нужно приглашать его в гости и не надо ездить к нему.
 Зато второго своего друга я вижу очень часто. Два раза в неделю. Когда в 9.05 утра я забираюсь на заднее сидение автобуса, он всегда стоит в центре прохода. Он такой здоровенный, что может позволить себе упереться лбом в верхнюю перекладину поручня. Я никогда с ним не говорил и понятия не имею, как его зовут, но глядя на этого голема, я все время представляю, как было бы клёво, если бы он был моим другом в школе… и в универе…
 ========== Сбой в системе ==========
 И вот очередной понедельник. Все штатно. Будильник. Яичница, какао, хлеб с маслом. Джинсы, футболка, рюкзак с телефонами. Кроссовки, подъезд, остановка…
 А дальше сбой системы. В автобусе, который подошёл, не оказалось заднего ряда. То есть совсем. Я впервые такое видел. Вместо длинного диванообразного сидения пустая площадка с поручнями. Я растерялся настолько, что даже попятился назад.
 
 Но меня не просто не выпустили наружу. Меня наоборот, погнали тычками в центр автобуса. Заправляла всем этим беспределом бойкая старушенция. Эдакий сухофрукт снаружи и вселенское зло внутри. С криками:
 - Ну, чаво встали? Тама вона сколь места еще, - она по-пастушьи размахивала металической тростью и сгоняла нас, как овец, в кучку.
 Добравшись до относительно безопасного участка, я обнаружил, что мне совершенно не за что держаться. Я болтался, как шпротина в банке, с такими же выпученными, как у кильки, глазами. Пока не врезался в чей-то мощный плотно обтянутый белой футболкой грудак. Упираясь ладонями в это каменное тело, я испуганно глянул вверх и буркнул:
 - Извините.
 Затем быстро отдернул руки, будто опасался, что мне их сейчас обглодают.
 Однако автобус снова качнуло, и бедный загнанный я снова врубился лбом и ладонями в стоящего передо мной амбала.
 Самым ужасным было то, что им оказался тот самый… "типа друг" из автобуса. Но сейчас он был скорее теннисной ракеткой, об которую я бился, сжавшись в мячик, и тут же отскакивал, отталкиваясь ладонями от его рельефного живота.
 В конце концов этот пинг-понг ему надоел, он поймал меня за руку, протащил вперед, поставил перед собой и прижал животом к заветному поручню.
 Обретя наконец опору, я облегченно вздохнул и установился в окно.
 Все таки он настоящий друг. Большой. Надежный. Сильный.
 Мне даже подумалось, что сейчас он не просто друг. Он мой телохранитель, прикрывающий меня собой от разъяренной толпы.
 Я чувствовал, как он прижимался к моей спине. Пожалуй, даже сильнее, чем этого требовала ситуация. Он прижимался так, что я ощущал рельефы его тела. Грудь, пресс… и… бля.. данунах…
 Твердый членоподобный предмет упирался мне в поясницу.
 Какого? Что это у него? Телефон? Трость? Он отобрал у старухи трость? Или это ствол пистолета? Господи, пусть он окажется наемным убийцей, и то что сейчас долбится мне в спину будет просто дулом пистолета.