Роар (ЛП)
— Ох. Бедняжка.
Он нахмурился.
— Тебе не нужно меня жалеть. Я не поэтому тебе всё это рассказал.
— Мне тебя не жалко. Мне жаль того маленького мальчика, который потерял всё, включая своё имя.
Когда она положила голову ему на плечо, прижавшись щекой к его бицепсу, он не чувствовал себя человеком, потерявшим всё.
— Скажи мне, как ещё я могу тебя называть, — пробормотала она. — Имя Локи не заслуживает тебя.
— Я был бы не против красивого, сильного, превосходного самца…
Она пихнула его достаточно сильно, заставив завалиться на бок. Но она смеялась. И она могла бы толкать его столько раз, сколько хотела, лишь бы ему слышать этот смех.
— Я серьёзно. Ты никогда не думал о том, чтобы подобрать другое имя? Ты можешь выбрать что угодно.
Он приподнялся, снова усаживаясь рядом с ней, и пожал плечами.
— Я был Локи почти полжизни.
— И ты не думаешь, что все, кто тебя знает, с радостью назвали бы тебя по-другому, если бы ты этого захотел?
— В этом нет никакого смысла. Никто из нас не использует наши настоящие имена.
— Так выбери себе другое прозвище.
— Я не могу выбрать себе прозвище.
— Хорошо, я выберу сама.
Он улыбнулся.
— Неужели? Тогда давай послушаем.
— Не прямо сейчас. Это слишком большая ответственность для меня. Мне нужно время подумать и выбрать оптимальный вариант.
— Всё моё будущее здесь в твоих руках, вся моя личность.
Она рассмеялась.
— Спасибо, это однозначно уменьшает ответственность, — сказала она и склонила голову на его плечо.
Они всё ещё опирались друг на друга, держась за руки, когда вернулись остальные. Он ожидал, что она отстранится, но вместо этого она наклонилась чуть ближе и крепче сжала его руку. Выражение лица Рансу было мрачным, когда он приблизился, и Локи поинтересовался:
— Насколько плохо?
— Ветер снёс всю северную стену и около двух десятков домов. И… всех солдат. Проповедник Вариет послал людей обыскивать завалы, чтобы узнать, есть ли ещё жертвы. Он был очень благодарен за нашу службу. Он предложил нам остаться столько, сколько нам нужно.
— Ну, хоть это хорошо.
Рансу продолжил:
— Никому из вас не показалось, что эта буря была более разумна, чем большинство из них? В конце, когда мы уже сломили её, она в последний раз набросилась с магией, пытаясь меня загипнотизировать. Она могла бы завладеть мною, если бы я отвлёкся или был бы ранен.
— Я тоже это почувствовал, — сказал Локи. — Ударило так сильно, что я упал на колени, — Роар наклонилась ближе к нему, её забинтованная рука скользнула вверх и легла на его бедро. — Так что отныне мы ни на минуту не ослабляем бдительность, пока охотимся. А ещё мне не понравилось чувство осязания этой бури. Она почти достигла того предела, с которым мы едва смогли бы справиться.
— Есть, сэр, — ответил Бейт, игриво отсалютовав.
Роар уперлась подбородком в плечо Локи, и её дыхание заиграло на его шее. Он сомневался, что она имеет хоть малейшее представление о том, какой властью обладает над ним.
— Мы могли бы называть тебя капитан, — предложила она.
Он слегка повернул голову, и они прижались лбами друг к другу, их губы почти соприкасались.
— Следующий вариант, — сказал он.
— Генерал? Сержант?
Он улыбался. Он ничего не мог с собой поделать. Ему даже было плевать, когда Джинкс многозначительно просвистела.
— Я сказал хозяину гостиницы, что мы поможем привести это место в порядок. В любом случае, насколько это в наших силах, — вмешался Дьюк.
Вздохнув, Локи поднялся на ноги и протянул руку Роар. Она приняла её без всяких возражений.
— Тогда давайте приступим к делу.
* * *
— Ты с ума сошёл? — закричал Кассий, врываясь в комнаты отца. Мужчину окружало море еды и женщин, и он беззаботно улыбался сыну. — Ты сменил флаги? Ты же понимаешь, что нам грозит мятеж, не так ли?
— У меня есть люди, которые скрутят инакомыслящих, если мы велим.
— Какие люди?
Король мрачно усмехнулся.
— Мои люди. Неужели ты думал, что все они останутся верны тебе, когда ты отправил их братьев на смерть в поисках твоей шлюхи? После того, как первая группа недовольных будет повешена на дворцовых стенах, сомневаюсь, что желающих возмутиться прибавится.
— Так не должно было быть. Ещё немного времени, и они бы добровольно приняли нас. Это будет только способствовать восстанию.
— Сейчас самое время укрепить своё положение, прежде чем кто-нибудь из дворян вздумает попробовать сделать это самостоятельно. Твой брат всё понимает. Он решил сам организовать повешение. И, правда, мой безжалостный старший сын стал мягкотелым, — выплюнул он.
Кассий стиснул зубы. Он полагал, что теперь отец отпустил всё притворства, даже ложь о том, что Казимир был его первенцем. Конечно, Мир делал всё в надежде заслужить одобрение отца. Притворяться старшим за последние несколько недель для него стало нормой. Он почувствовал вкус власти и, как и вся его семья, жаждал большего.
— Ты думаешь, я не знал твоего плана, мальчик? Избавиться от меня, как только ты женишься на принцессе? Ты забываешь, что я научил тебя лгать, научил обманывать. Я знаю, как выглядит мой сын, когда замышляет предательство. И я не позволю, чтобы у меня украли ещё одно королевство.
В груди Кассия разверзлась бездна, и теперь ему пришла в голову ужасная мысль.
— Ты… ты её похитил?
Король расхохотался, и одна из девушек рядом с ним вздрогнула.
— Следовало бы. Это была хорошая уловка. Но нет… небеса предложили мне этот дар. Я просто пользуюсь ситуацией.
— А когда небеса вспыхнут огнём при появлении повелителя бурь? Когда стены разрушатся под сокрушительными ветрами? Когда смерчи начнут бомбардировать нас со всех сторон? Что тогда?
— Тем больше причин покончить с этим фарсом сейчас и наслаждаться жизнью, пока есть такая возможность.
— Ты безумец. Дороги кишат оборышами, все бегут из разрушенных городов диких земель. Он убирает их один за другим, продолжая идти за нами, а ты наживаешь врагов из Паванских солдат, когда мы должны объединиться, чтобы сразиться с ним.
— Это может быть твоей работой. И раз уж тебя это очень сильно беспокоит. Возможно, теперь ты пересмотришь свой план отправить всех солдат умирать в поисках принцессы, которая нам больше не нужна.
* * *
На пятый день пребывания в Толеме Локи и Рансу завершили ремонт Скалы. Они вспотели и были покрыты сажей, но дело было сделано. Они поблагодарили городского кузнеца, заплатили ему за помощь и пригнали лошадей, чтобы перевезти Скалу к гостинице. Даже после того, как город увидел, как они сражаются с торнадо, они не хотели привлекать больше внимания, позволяя им увидеть, что может сделать Скала.
Вернувшись к гостинице, Локи вместе с Рансу занялись возвращением различных припасов в Скалу, которые они выгрузили перед ремонтом. Джинкс и Роар вернулись с очередной тренировки, и Локи был рад снова увидеть Роар, выглядящею нетерпеливой и взволнованной.
Роар продолжала приносить жертву кровью каждое утро, и каждый раз, без исключения, в небе вспыхивал небесный огонь. Он никогда не проявлял никаких признаков развития бури, и ни Локи, ни Дьюк не имели ни малейшего понятия, почему это продолжалось, но он будет рад, когда это перестанет быть проблемой.
Роар провела рукой по недавно обработанной поверхности задней части Скалы.
— Это такое невероятное изобретение.
— Это всё Локи, — сказал Рансу, указывая на него большим пальцем через плечо.
— И Дьюк, — ответил Локи. — Я думал, что нам нужно что-то более надёжное, чем лошади, чтобы скакать в бурю, но быстрее, чем наши собственные ноги. Дьюк был тем, кто спроектировал большую часть механики, я просто нашёл способ воплотить её в жизнь.
— Это невероятно, — сказала она. — Это может произвести революцию в путешествиях по диким местам.