Роар (ЛП)

— Книга Священных Душ
19
Внутри кузницы было душно. Локи и Рансу сняли с себя всё снаряжение, кроме ремней с сердцами бурь. Они оба были влажными от пота. В кузнице грохотало, худой подмастерье кузнеца раскачивал меха, и искры поднимались вверх, дерзко убегая от пламени. Внутри пламени находился наполовину законченный резервуар для задней части Скалы. Они не сказали кузнецу, что бак будет содержать магию бурь, и, к счастью, мужчину это не интересовало.
Металл ярко сиял, когда кузнец положил его на наковальню, и все трое принялись придавать ему форму маленькими молотками, в то время как юный подмастерье держал меха. Этим утром они работали над баком с огромными санями, колотя по большому куску железа, пока тот не начал медленно обретать форму. Сегодня они заканчивали одну закругленную сторону, а завтра сделают другую и соединят их вместе, а потом им понадобится ещё один или два дня, чтобы установить бак в Скале и отремонтировать остальной каркас.
Они работали до самого обеда, так что к тому времени, когда кузнец закончил работу и запер свою лавку, Локи и Рансу уже были готовы вернуться в гостиницу. Локи нужно было знать, что Роар и Джинкс благополучно добрались до безопасности гостиницы.
— Снова думаешь о ней? — спросил Рансу, когда они свернули на дорогу, где находилась их гостиница.
Локи бросил на друга раздражённый взгляд. Формально он думал о Роар, но не так, как намекала самодовольная ухмылка Рансу.
— Я думал, что мне станет лучше, когда Скала будет установлена, и мы сможем вернуться к нормальной жизни.
— Не думаю, что ты готов вернуться к нормальной жизни.
Локи закатил глаза.
— Полегче, пожалуйста.
— И с чего бы мне это делать? Я и не предполагал, что будет так весело наблюдать за тем, как тебя скручивает в узел из-за девушки.
— А? Думаю, это так же приятно, как видеть тебя, вечно тоскующим по Джинкс.
Рансу пожал плечами и поднял руку, вытирая пот со лба.
— Я уже давно стал бесчувственным к конкретно этому уколу. Так что пользуйся этим.
— Стал бесчувственным. Правда?
— У меня было два года, чтобы привыкнуть к этому.
— Некоторые могут сказать, что у тебя было два года, чтобы набраться смелости и что-то сказать.
— Так будет лучше. Она слишком молода, чтобы остепениться, и в тот момент, когда она станет моей, я тут же захочу запереть её в каком-нибудь подконтрольном Бурерожденным городе и никогда больше не позволить ей ступить в дикие земли.
— Что свело бы её с ума. Даю месяц, и она замутила бы землетрясение прямо посреди твоего дома.
— Именно. Не понимаю, почему ты смеёшься. Твоя девушка, возможно, не сможет начать землетрясения, но она также не позволит тебе держать её в стороне.
Локи съёжился.
— Ты не видел её, когда разразилась гроза. Мне казалось, моё сердце вырвали из груди и бросили в грязь, просто от созерцания происходящего. Нет ничего хуже, чем видеть, как она плачет, но это… это было намного больше, чем просто слёзы, — запоздало добавил он, — и она не моя девушка.
Цокот лошадиных копыт привлёк их внимание к дороге впереди. Локи первым узнал Джинкс, когда она слезла с лошади и привязала её у входа в гостиницу. Рядом с ней, как он догадался, стояла Роар, но она была покрыта засыхающей грязью, которая облепила её одежду и размазалась по щекам и лбу.
Приблизившись на расстояние слышимости, Локи крикнул:
— Что сделала Джинкс, бросила тебя в оползень?
Роар подняла глаза от столба, где она привязывала лошадь, и улыбнулась самой широкой улыбкой, какую он когда-либо видел. При виде её, даже такой грязной, он почувствовал себя так, словно она пробила дыру в его груди, а потом решила остаться и заявить свои права, отодвинув жизненно важные органы в сторону, чтобы освободить себе место. Она выкрикнула его имя и побежала к нему на полной скорости.
— Не твоя девушка, да? — сказал Рансу.
Через несколько секунд Роар врезалась в него, отбросив его на несколько шагов назад. Он улыбнулся, и она лицом прижалась к его груди, руками обвив талию. Она измазала грязью всё, к чему прикасалась. Он сделал вид, что жалуется, но она рассмеялась и нарочно вытерла об него ещё больше грязи.
 
— Как я понимаю, сегодня всё прошло хорошо?
Она отступила назад и улыбнулась ему, и он подавил желание обнять её ещё на несколько мгновений.
— Это было чудесно. Я имею в виду… утомительно и немного грязно, — она посмотрела на свою грязную одежду и рассмеялась. — Но просто… идеально. Именно это мне и нужно было.
Он посмотрел поверх её головы на приближающуюся Джинкс и сказал:
— Она никогда не была так счастлива после наших тренировок. Ты, должно быть, недостаточно много потребовала от неё.
Роар просто собрала ещё немного грязи со своей одежды и размазала её по его щеке. Когда он сделал выпад, словно собирался отомстить, она пискнула и бросилась к Джинкс.
— Быстрее. Сделай одну из этих своих стен, — сказала она Джинкс, и ведьма рассмеялась.
Локи вопросительно вскинул брови, и Джинкс пояснила:
— Я провела её через полосу препятствий земной магии во время грозы. Она прошла через неё в два раза быстрее, чем Бейт.
Уголки рта Локи подёрнулись вверх.
— Конечно, она так и сделала.
Роар широко улыбнулась, и их взгляды встретились. Её взгляд был нежным, и он мог бы умереть счастливым человеком, если она продолжит так смотреть на него. Поэтому, конечно же, его глупый рот должен был вымолвить что-то глупое:
— Потому что я обучил её.
Она закатила глаза, и сказала:
— Думаю, что за один день узнала от Джинкс больше, чем от тебя за несколько недель.
— Да ладно?
— Полагаю, это возможно.
Он подошёл чуть ближе, минуя Джинкс, и спросил Роар:
— Сколько времени тебе понадобилось на полосу препятствий?
— Не больше четверти часа.
Он присвистнул.
— Это хорошо. Но если ты попадёшь в бурю, тебе нужно будет продержаться дольше, чем четверть часа.
— Я смогу.
— Уверена?
— Конечно. Джинкс — отличный учитель.
В его груди заурчал смех. Он уже и забыл, как весело заигрывать с ней. С того дня, как они боролись в реке, он делал всё возможное, чтобы избежать этого, но больше не будет.
— Посмотрим, сколько выдержишь, когда я снова буду тебя тренировать.
Роар замялась, игривые чары рассеялись, и она склонила голову набок.
— Ты не перепоручаешь меня Джинкс навсегда?
Казалось, этот вопрос выбил из него воздух.
— Ты бы предпочла остаться с ней?
Её взгляд метнулся ему за спину, и он обернулся, чтобы посмотреть на Джинкс, но ни её, ни Рансу там уже не было. Должно быть, они вошли внутрь, оставив Локи и Роар на улице в опустившихся сумерках.
— Ты хочешь остаться с ней? — снова спросил он. — Я бы не стал держать на тебя зла. Джинкс — хороша. Она стала бы хорошим инструктором для тебя.
— Если ты не против тренироваться со мной, мне нравится, как ты… подталкиваешь меня.
Он понимал, что она говорит о тренировках, но это не прекратило тяжёлый стук его сердца о грудную клетку. Она продолжила:
— Я хочу сказать, было бы неплохо всё ещё работать с Джинкс от случая к случаю. Её земная магия бросает крайне интересный вызов. Но… я не хочу, чтобы при первом же столкновении лицом к лицу перед сердцем бури, у меня возникли какие-то сомнения. И думаю, что единственно верный шанс мне сделать это с тобой.
— Даже несмотря на то, что мы спорим?
Её губы подёрнулись.
— Даже несмотря на то, что мы спорим.
* * *
Нова почувствовала сладкий аромат полевых цветов, и как лёгкий ветерок прошёлся по её волосам. Земля была тёплой под её босыми ногами, а солнце обжигало её кожу, так что пот выступил на затылке. Она должна войти внутрь, иначе её кожа сгорит. Она сглотнула, и пот побежал со лба по щекам.