Последний из рода Грифичей (СИ)

— Ты про рога и копыта, которые рисуют нам ваши священники, так это выдумка, не более — уже более расслабленным голосом ответила зеленоглазая красавица. 
— Ну а про жизненную силу я не совсем правильно сказала, просто проведя с нами время, мужчина выкладывается полностью, ну и, разумеется, некоторое время он бессилен, но он быстро восстанавливает свои силы, и поверьте, они вновь идут к нам, так что совсем не выгодно высасывать все жизненные силы, — прояснила момент, который меня напряг, да и воспоминания об Эдуарде и его кинжальчике еще живы. 
— Значит, вы дарите мужчинам радость, удовольствие и тем самым сами выживаете. Выходит, если я вас прогоню, вы погибнете и доход борделя упадет. Кто о вас еще знает?
— Нет, конечно, уж найдем, где пристроиться. Да, никто не знал, барон при виде нас ни о чем думать был не способен, да и остальные не шибко задумывались, может, Эдит о чем-то догадывается, — ответила красноглазая шалунья. 
— Хорошо, оставим все как есть, — задумчиво проговорил я.
Девушки направились к выходу, открыв дверь, зеленоглазая обернулась и подмигнула, в ту же секунду по телу молнией пронеслась легкая дрожь, на секунду в паху появилась некоторое волнение. Про себя подумал — вот ведь стерва. Слегка покачал головой в сторону, дав ей понять, что не будет у нас ничего. 
А сам же задумался, где бы о них узнать более подробней, может, стоит у монаха Грегори потихоньку выведать. Источников подобной информации у меня нет. 
Да и вопросов уж слишком много возникло, ответов на которых пока у меня нет, а действовать в слепую не хочу, очень уж скользкий момент, можно и самому за такую связь на костер угодить, будем думать и разбирается.
А этим демоницам веры у меня не было, слишком гладко все у них. Да еще и воздействовали на меня, чуть не превратив в барана пускающего слюни от вожделения. 
Еще не мешает узнать, были ли смерти какие после посещения этого борделя. Да и становится понятно, почему у барона Александра с организацией такого же места ничего не вышло, с такими-то работницами, которые себя готовы отдавать на поприще постельных утех всегда будет клиентура.
Придя в себя после этого чудного разговора, я начал обшаривать кабинет. И обнаружил потайную дверцу, за которой был небольшой сундучок с монетами. На первый взгляд, монет триста серебром. 
Это явно не казна баронства, так, оперативная касса на расходы. Мда, и где же остальное? А зная, о патологической жадности барона и о том, что он вроде как с Уолтером дела имел, в кубышке Вальдемара должно быть немало, а не эти гроши. 
Оставив все на своих местах, я спустился вниз, к мадам Эдит, нашел ее в одной из комнат, где она мыла полы.
— На каких условиях вы работали в Вальдемаром?
Не ожидая такого вопроса, мадам занервничала и начала заикаться:
— По одной медной монете с десяти клиентов, — нервным голосом ответила.
— Какую работу исполняла? — требовательно спросил.
— Поменять и постирать постель, прибраться в комнатах, чтобы девушки были довольны и ни в чем не нуждались, ну и так, по мелочам, — она с надеждой на меня смотрела.
— Хорошо, оставим пока все по-старому, — ответил ей.
Выйдя из борделя, я направился в сторону кузницы Бернарда. Из головы до сих пор не могли выйти эти прекрасные девушки, и то, что они нелюди, демоны и адские твари. 
Добравшись к нему, я попал прямо на ужин и был приглашен к столу, к прошлому разговору мы пока не возвращались. Ночевать я остался у него, как и прошлый раз на сеновале, поскольку проводить ночь в борделе рядом с демонами или идти в таверну желания не было. Устроившись в мягком сене, я сразу уснул.
Проснувшись утром под крик петухов, спустился вниз, где меня уже ждала каша. Плотно позавтракав, я направился в казармы.
Возле ворот стояли два стража, о, вот это дело, вот что пендель животворящий делает.
Заметив меня, один унесся докладывать капитану.
Так что возле ворот меня встречал Эмиль.
— Сэр Ратибор, здравствуйте, — обратился он ко мне и склонил голову. — Все, готово, стража на месте. И Бургомистр жаждет встречи с вами.
 
— Это хорошо, тащите его сюда, — распорядился я, а сам устроился на улице на одной из лавок.
Я осматривал наполненный стражниками двор. Надо бы не забыть и узнать, давно ли Эмиль на должности и как стал капитаном стражи. 
А ко мне уже вели бургомистра, худого мужика лет сорока со светлыми волосами, небольшого роста и с длинным носом.
Судя по лицу, он был не особо доволен.
— Вот, доставили, сэр Ратибор, в целости и сохранности, а главное, совершенно трезвым, — бодро отчитался Эмиль.
— Ну, как звать? — обратился я к этому чуду с гордой должностью бургомистр.
— Мишель, ваша милость, — он отвесил мне поклон.
— Ну, тогда расскажи мне, Мишель, как город ты довел до такого состояния? — на последних словах я повысил голос.
— Барон Вальдемар денег не выделял на обустройство города, а я что мог сделать, — начал он передо мной оправдываться.
— В это верю, а пойло в глотку тебе тоже он заливал, наслышан я уже об этом, Мишель.
А он опустил голову и промолчал. 
— Понятно, может, что знаешь о окружающих землях? — все-таки баронство одним городом не ограничивается.
— Земли предостаточно, но обрабатывать ее некому, в смысле, нет коней для пахоты. Крестьяне бы и рады сажать и обрабатывать, поскольку была бы хоть какая-то работа, а так все плохо с зерновыми для посадки, впроголодь живут многие.
— Понятно, это мы исправим, в общем, тебе шанс даю, мне необходимо, чтобы это место превратилось в нормальный город, а не в свинарник, и что бы в нем не стыдно было жить, понял? — сурово я проговорил.
— Понятно, ваша милость, — тихо ответил он мне.
— Вот и думай об этом и будь в ратуше, у тебя только один шанс, подведешь, по всей строгости спрошу, все, иди, — отдал ему приказ.
А сам задумался о руководящем составе города, менять его на кого-то, а на кого? Нет кандидатур, может, все-таки справится и оправдает ожидания. Да и не мешало бы информацию собрать обо всех значимых жителях города и баронства, да и о соседях моих.
Да еще и крестьяне с их проблемами, а из меня фермер как из... в общем, никакой, далек я от земли. Но тоже подумать надо.
Я же огляделся, стража начала выстраиваться под взглядами Эмиля.
— Строй их уже нормально, — отдал я приказ. 
Продолжая наблюдать за этим цирком. И через пять минут Эмилю удалось с этим справиться.
Прохаживаясь вдоль рядов, я понимал, что прошлый мой приезд ничего не изменил. А в воздухе все еще чувствовался запах перегара. Построение этих вояк было просто жалким зрелищем. 
Поддоспешники были неопрятные и частично рваные. Поскольку кольчуги были короткие, чуть ниже пояса, руки защищал только поддоспешник, но они его носили каждодневно, из-за этого он и пришел в почти негодное состояние.
— Вы жалкое отребье, можете только убивать безоружных крестьян и вино жрать, как свинья помои, вас даже бойцами назвать язык не поворачивается. Вы позор баронства и герцогства в целом. Я сам буду вас перевоспитывать и превращать в настоящих бойцов. На сегодня разрешаю снять нагрудники, у кого они есть. Итак, на сегодня у нас бег до замка барона, делаем круг по саду. После этого быстрый бой, и возвращаемся назад, я бегу с вами, так что все увижу. 
— В колонну по двое становись! 
Кое-как справившись с задачей и встав в колонну, наше убогое войско двинулось в сторону замка. Буквально через километр начались первые потери, воины начали просто запинаться и падать от бессилия.
И тут я вспомнил младшего лейтенанта Морозова, который был у нас в армии инструктором по физической подготовке, отстающим он прописывал хорошего пинка под жопу. Отстающие в основном были доходяги или заядлые курильщики, но поскольку я был из детдома, привыкший к таким испытаниям, в армии мне было легко.
— Стоять! — крикнул я протяжным голосом, как и кричал на нас Морозов