Так произошло (СИ)

Потом он погрузился в печаль — он винил себя за то, что Рейвен сбежала от него, Саммер, Озпина, весь мир — может быть когда-то, в глубине своих печалей он винил даже Янг в том, что Рейвен сбежала — может быть проблема была в ребенке? Может быть он сам не справился с ролью отца? Может быть Кроу оттолкнул ее? Может быть что-то еще…
И так продолжалось до тех пор, пока Саммер не обратилась к нему впервые. Если бы не Саммер, то кто знает, как далеко бы завела его эта раскручивающаяся спираль обвинений и ненависти ко всему миру…
О да, Таянг был очень зол на Рейвен.
Сколько тренировочных манекенов он сломал в школе и в своем доме, представляя, что он наконец-то добрался до Рейвен? Сколько дней, недель, месяцев его душила эта ненависть, перемежаясь ненавистью ко всему вокруг, к самому себе, к Озпину, к команде…
Но Саммер протянула ему руку. Тогда, когда Таянг действительно нуждался в этом. Сперва были разговоры, потом Саммер начала появляться у него дома, помогая ему с Янг, и…
И получилось вот так, что теперь у Таянга было две дочери и была вторая жена.
Проработал ли он свои травмы, избавился ли от всех невысказанных слов и неиспытанных эмоций к Рейвен, было ли финальное окончание его эпопеи с его бывшей женой….
Нет. Нет, не было.
Рейвен просто… Затерлась. Постепенно стерлась из его памяти. Сперва он перестал думать о ней постоянно, потом она отошла на второй план вовсе, уступив место мелочам жизни, а потом постепенно превратилась в воспоминание, смешавшись с чередой других образов, оставшихся Таянгу от Рейвен — образ Рейвен, сбежавшей прочь, бросив своего ребенка и мужа, смешался с образом Рейвен-сокомандницы, всегда приходившей к нему на помощь с ее холодным взглядом и грубым комментарием, брошенным на ветер, и по итогу просто растворилось в его сознании — перестало что-либо значить и просто забылось…
Пока Рейвен Бранвен вдруг неожиданно не вернулась в его жизнь.
Самое забавное заключалось в том, что это не было триумфальное возвращение, какое-то большое событие, это не было даже официальной встречей или чем-то подобным.
Просто, вернувшись из Вакуо, Саммер обронила среди прочей информации о прошедшей миссии информацию о том, что Рейвен Бранвен вполне жива, и вполне обыденно проживают свою жизнь. Не совсем обыденно в плане ее занятий, став главой небольшой частной армии на службе толи Гленн, толи Менажери, но вполне обыденно в плане самой жизни. Занимается работой, общается с людьми, отдыхает по выходным дома…
И как-то, само собой Саммер предложила пригласить Рейвен домой — тем более на фоне того, как Янг услышала о своей биологической матери. И как-то совершенно случайно…
Таянг согласился. И Рейвен пришла к ним в дом.
Один раз, потом второй и третий… И Таянг…
Да он, в общем-то, и не знал о том, как ему нужно было реагировать на случившееся.
Рейвен Бранвен, так неожиданно и без финальной точки покинувшая его жизнь, без заглавной буквы и все еще также неожиданно вернулась в его жизнь, будто бы ничего и не было. Ни прошедших лет, ни спирали депрессии, ни перевернувшейся несколько раз жизни.
Рейвен Бранвен просто вернулась домой — и Рейвен Бранвен… Просто начала общаться с Янг. С Таянгом. С Саммер. Даже, чуть-чуть, она начала общаться с Руби и Кроу.
Еще они переехали в Гленн — не совсем следуя за Рейвен, это было делом между Саммер, Озпином и Джонатаном…
И Таянг однажды отказался влезать в это болото.
Теперь?
Теперь Янг стала девой и он был вынужден погрузиться в изнанку этого мира.
Таянг все еще… Нет, не так.
Таянг узнал информацию в конце концов. Как он мог отказаться узнавать ту, когда теперь это касалось не только его команды, но и его дочери?
Может быть в этом было дело? Может быть поэтому появление Рейвен не привело ни к какой грандиозной встрече, знаменательному событию? Потому, что Рейвен Бранвен вновь просто затерлась на фоне других событий и знаний? Салем, девы, реликвии — даже Озпин…
Таянг Шао-Лонг был… Мужчиной средних лет. Уже вовсе не в расцвете своих сил, но еще и очень далеко от старости, на пике своих возможностей. Он прожил через многое и это сделало его… Достаточно уравновешенным и спокойным человеком.
  
И все же он не мог, глядя в зеркало, сказать себе, что он был умудренным опытом жизни взрослым и взвешенным охотником. Он столько не знал о себе — тогда и сейчас.
Что значила его текущая жизнь — Янг, девы, Рейвен, Саммер, Озпин…
А главное — должно ли оно было что-то значить вовсе?
Таянг не знал этого.
Но что он знал точно, что как бы не повернулась странно в будущем его жизнь — по крайней мере сейчас у него были вещи, за которые он всегда мог цепляться. Его дочери, его жена, его работа в подготовительной школе охотников Гленн…
И что бы ни произошло в его жизни — он никогда не собьется с этого пути.
  
Джонатан Гудман?
 
Джонатан прикрыл глаза, стараясь уловить ускользающие сквозь его пальцы мгновения отдыха, спокойствия и тишины.
Джонатану… Сложно было сказать, нравилось ли ему работать.
Он ни в коем случае не жаловался на свою текущую жизнь, безусловно нет. Он находился в той позиции, в которой жаловаться ему на что-либо было просто лицемерно.
Самый богатый человек Ремнанта — по официальной версии, конечно же. Самый влиятельный человек Ремнанта — по столь же официальной версии. Самый сильный охотник Ремнанта — и вновь официальная информация.
С другой стороны — если говорить только о возможном причинении разрушения — то да, здесь Джонатану не было равных.
По одну его сторону — раскинувшее свои загребущие руки государство под его контролем. Армия, вычищающая территорию вокруг Гленн от гримм, готовясь к колонизации пустынных земель вокруг — и вдали — от своего города-государства — не стесненные в вопросах логистики — солдаты были готовы отправиться в любых количествах, в любую точку мира, с любой целью.
Там, где ранее государствам приходилось делать шаг за шагом — движение к рекам, затем к морям, к пахотным землям, шаг за шагом, пробираясь сквозь окружающую их территорию, создавая целый форпосты и прокладывая дороги — Джонатан… Мог просто щелкнуть пальцами.
Если на другой стороне этого мира обнаружиться бесхозный клочок земли, полный ресурсов — Гленн могли ввести войска и занять тот, забыв когда-то важные вопросы логистики, дистанции и территории как страшный сон. Государство, превратившееся вместо растущей на карте кляксы одного цвета в россыпь маленьких пятен — поселения в сотнях километров друг от друга, без единого пути между ними… Способные получать еду с другой стороны мира до того, как та успеет остыть.
За спиной Джонатана стояла не только армия, готовая в любую секунду появиться на пороге любого Королевства, карающим мечом зависшая над миром — за спиной Джонатана стояла экономика, избавившаяся от всех издержек, способная обеспечивать мгновенную реакцию спроса и предложения, торговые перекрестки, пропускающие сквозь себя миллионы посетителей ежедневно, словно гурман у буфета успевшая прибрать к своим рукам самые «вкусные» части, предложенные желающим — первому, кто сможет до них дотянуться.
За спиной Джонатана стояла самая влиятельная и могущественная специальная служба Ремнанта — в любом месте, в любое время — избавившаяся от нужды в лекарствах, от сомнений и страха от невозможности «спасти» очередного оперативника, самая технологически продвинутая, подпитываемая охотниками, деньгами и влиянием Синдер Фолл организация, внимательным взглядом из тени провожающая каждого спешащего по своим делам политика, бизнесмена, охотника…
Социальные связи, надежно удерживающие вместе разрозненное общество, и медиагруппы, продвигающие выбранный нарратив. Производственные мощности, в одном шаге от правительственного контроля, и научные институты на острие прогресса. Тень Джонатана Гудмана, короля Гленн, простиралась далеко.