Так произошло (СИ)

Интернациональная пропаганда? Это остается возможным путем… Давление на Мантл и Атлас — даже если Аифал сделает свой шаг — у меня остается возможность надавить на остальные города Солитаса… Может быть, нападения гримм?
Гримм использовались в прошлом в качестве оружия человечеством. В конце концов, те были сочтены слишком опасным и непредсказуемым оружием…
Но Ремнант не потерял свои выкладки за ночь.
Озпин медленно выдохнул, чувствуя, как насильно возвращается непроницаемая маска на его лицо, прежде чем отвернуться от стекла — «Неплохой ход, Джонатан. Действительно, неплохой.»
* * *
Кайзер Кварц не страдал от порока молодых — спешки. Видя перед собой цель — он не бросался вперед на ту, стараясь всеми силами и в кратчайшие сроки получить результат, что он уже мог ожидать через несколько месяцев или нет.
Кайзер, впрочем, страдал от порока стариков — самоуверенности.
Как он мог не страдать? Глядя с высоты прожитых лет и с вершины своего умудренного сединами опыта Кайзер был научен тому, что ему стоило ожидать от всех своих конкурентов, был привычен к ходам молодых политиков и многообещающих новичков.
Кайзер использовал их, устранял их и обыгрывал их так, как и полагается кому-то с его опытом. Кайзер не был каким-то совершенным сверхчеловеком, не обладал тренировкой охотника и хотя его итоговый результат выдавал в нем мастодонта мировой и внутренней политики Атласа — он не входил в лигу тех людей, что становятся живыми легендами и посмертными идолами для будущих поколений. Он был влиятелен, умен, но в конце концов — лишь одним человеком.
Одним человеком, что не переживет попавшей ему в лоб пули и не подготовил плана ответа в том случае, если посреди ночи в его защищенный от всякого внешнего вмешательства бункер проникнет отряд вооруженных до зубов агентов Гленн.
Кайзер с некоторой печалью воззрился на молчаливо стоящий рядом с ним чайный набор, после чего молчаливо перевел взгляд на сидящего напротив него агента — женщина с вытянутым лицом и крестообразным шрамом на правой щеке, коротко стриженные волосы грязно-серого цвета и кажущееся глупым выражение лица и пустым выражение глаз, скрывающее ее профессиональную цепкость и внимательность.
Может быть эта девушка и была на самом деле глупа — но в данном случае это не представляло для нее слишком большой проблемы. Ей не была назначена миссия по организации поиска укрытия Кайзера, организации вторжения, ведения переговоров с тем. Она просто выполняла функции исполнителя — глупость в данном случае могла легко нивелироваться умом ее непосредственного начальства — может быть это играло даже на пользу. Наивный исполнитель менее склонен к предательству — а в случае своего предательства — менее опасен.
Действуя согласно этой парадигме Кайзер получил контроль над Пьетро Полендиной — и прошедшие годы тот превосходно служил целям Кайзера. Кто знает, возможно, Кайзер был не единственным человеком, что использовал эту тактику?
Мерно секундная стрелка часов отсчитывала секунды — Кайзеру нравилось это спокойное размеренное отсчитывание времени. Оно успокаивало его — живое доказательство неустанного движущегося времени. Всегда размеренно, всегда неумолимо — с каждой прошедшей секундой еще одна частичка реальности превращалась в «безвозвратно ушедшее прошлое», в то время как «недостижимое будущее» становилось реальностью. Кайзер находил удовлетворение в этом неостановимом ходе времени, приближении прогресса…
«Но если бы я смог насладиться сейчас ромашковым чаем — мое довольство моментом стало бы значительно большим» — Кайзер перевел взгляд на чайный набор и прикрыл глаза.
Ожидал ли Кайзер того, что его попытки политических махинаций по итогу не принесут ему успеха, похоронив вместо того его политическую карьеру и воззрения?
«Ожидал» слишком сильное слово в данном случае — Кайзер предполагал об опасности подобного события, но он не считал его слишком вероятным. У него не было причины достоверно предполагать возможность подобного исхода.
  
Он подготовил несколько отчаянных мер на случай, если вопреки всем его стараниям, переговоры между двумя противоборствующими сторонами все же развалятся без возможности их восстановления — знакомые охранники, пуленепробиваемый транспорт, резервные счета и поддельные документы…
Полендину пришлось бы бросить — но это не было какой-то значимой проблемой — Ваттс уже провел полный анализ и реверс-инженерию его технологий, подготовив те для полноценного использования. Потеря доктора была несколько печальная для Кайзера — столь просвещенный ум нечасто попадается в поколении — но Кайзер не считал его потерю слишком большим минусом ситуации.
В конце концов, Кайзер подготовился — все, что мог рассказать сам Пьетро о Кайзере было исключительно похвалой и тривиальными деталями, скорее способствующих обелению политика.Сравнительно, тот факт, что Ваттс пережил свою предполагаемую «зачистку» было куда более опасно и печально для Кайзера.
Не то, чтобы это было чрезмерной проблемой — Ваттс был, сравнительно, даже более повинен в происходящим экспериментах на людях, как прямой исполнитель, у Кайзера было множество карт на руках, и Ваттс, самое главное, был официально мертв. Но сравнительно, выживание Ваттса представляло куда больше проблем для Кайзера, нежели смерть Полендины.
Мелкие детали — чуть-чуть не повезло тут, чуть-чуть неудачно вышло здесь — Кайзер был лишь одним человеком. Человеком из тех, что совершают ошибки, делают промашки и отступают не выбив возможную сотню из ста во время проверки их качеств и силы.
И в этот раз произошло именно это. Кайзер Кварц просто продемонстрировал, что он не представлял из себя сверхчеловека — поэтому когда, посреди ночи, чутко поддерживая свой сон, восстанавливая свои ментальные силы, угрюмые и одетые в серую одежду представители Гленн в форме без опознавательных знаков устранили его охрану, взяв его в кольцо — у Кайзера не было шанса ответить.
Просто потому, что Кайзер был простым человеком. Пуля в голову, яд в чай, нож у горла — и никакой опыт и тайные стратагемы не спасут его от его последнего пристанище в деревянной коробке, помещенной под двумя метрами свежей земли.
По крайней мере, Кайзер, благодаря своему опыту, умел принимать поражение достойно. Он не стал подобно наивному амбициозному юнцу кричать, отбиваться, требовать что-то. Нет, Кайзер Кварц принял поражение достойно — не стал пытаться играть в тонкие политические маневры, отчаянно надеясь на то, что он сможет убедить своего невидимого противника, Джонатана Гудмана, явившегося в лице КРСА, отступить откусив лишь половину от Кайзера, как побитый пес надеясь на то, что он сможет утаить остатки своих возможностей — поэтому же Кайзер не строил и грандиозных планов мести и не погружался в воздушные замки своего будущего.
Он передал информацию — о Пьетро и Ваттсе, о политических воззрениях, о планах, об Атласе, о Мантле — то, что он собирал все это время, планировал и анализировал. Если Кайзер был побежден — то по крайней мере у Кайзера оставалось достаточно здравомыслия и чести для того, чтобы вознаградить своего противника за победу над ним. Если продолжать рассуждение в этом плане — именно принятие своего поражения с высоко поднятой головой и было последним актом, которым Кайзер планировал оставить о себе самое благоприятное воспоминание в этом мире.
Возможно он так и не стал мировым правителем — но по крайней мере послужил достойной ступенькой в становлении своего победителя.
Поэтому Кайзер спокойно продолжал смотреть на лицо девушки, представляющей из себя своеобразную «гарантию» его покорности, переживая исключительно о том, что он был лишен своего ромашкового чая, а не о том, что он постепенно приближался к моменту своей казни.
Секунда за секундой, минута за минутой… Прежде чем та вытянула свиток из своего кармана и взглянула на экран того.
«Судя по всему — Пьетро оказался на месте, как я и сообщил» — Кайзер перевел чуть в сторону взгляд — «Выловить Ваттса будет сложнее… Но ни у кого в мире не найдется защиты от телепортации. По крайней мере пока. Поэтому, тот будет поставлен на службу… Или устранен — без проблем.»