Так произошло (СИ)

Поэтому вполне естественно, что Пьетро ценил и доверял суждению мистера Кварца — мало того, что тот продемонстрировал себя за все годы человеком широкой души — вместе с тем он сочетал в себе достойнейший ум и опыт, поддерживая Мантл и вместе с тем умудрившись скрывать свою позицию от взгляда Атласа…
Конечно же, у Пьетро иногда возникали вопросы о том, почему именно мистер Кварц скрывал информацию о своей помощи Мантлу от самого Мантла — но Пьетро никогда не лез в эти размышления — если мистер Кварц поступал таким образом, то вполне естественно, что для того существовала причина. Возможно мистер Кварц просто не хотел привлекать внимания к себе — некоторые люди не гнались за признанием и оглушительным ревом толпы в их поддержку, продолжая выполнять свой общечеловеческий долг перед всем Ремнантом молчаливо, не предавая тот огласке…
В любом случае, даже когда ситуация в Мантле и Атласе накалилась до предела — мистер Кварц лишь выдал несколько простых указаний Полендине, но не стал вмешиваться в его деятельность, рассказав тому, что общий саммит между лидерами мировых государств пройдет в ближайшее время и доктору не стоило волноваться по поводу его итогов вовсе…
Конечно же Пьетро поверил словам своего патрона, и на какое-то время Пьетро даже показалось, что ситуация была разрешена — установилось хрупкое перемирие между двумя противоборствующими фракциями, саммит был официально объявлен и лидеры государств прибыли в Атлас — на целый день мир затаил дыхание…
И все полетело к гримм ночью!
Никто даже не понял, что произошло — посреди ночи неожиданно ожили громкоговорители, громкой сиреной пробуждая ото сна жителей Мантла — паника захлестнула людей — Атлас напал на Мантл⁈ Гримм⁈ Робин отдала приказ к началу штурма⁈
Никто не знал однозначно — и сам доктор не знал этого. Все, что он знал это то, что ему необходимо было бежать — какова бы ни была ситуация — Пьетро едва ли мог надеяться пережить ее в текущем месте и в текущем состоянии.
Пьетро носился по своему дому, пытаясь собрать все детали, но осознавая внутренне, что он не мог и сбежать из своего дома без посторонней помощи. Не только потому, что он был калекой, что не смог бы без своего огромного кресла сделать и шага за ворота своего места проживания — а находясь в кресле он выделялся из любой толпы и тем более на любой улице как черная помарка на белоснежном листе, но и потому, что он не мог покинуть свой дом без Пенни.
Пенни еще не была активирована, но она была практически готова — тело, разум, душа… Оставались лишь некоторые незначительные детали, вроде искусственных волос или одежды, и нажать на одну кнопку — и Пенни, его искусственная дочь, оживет, сделает свой первый шаг и осмотрит мир вокруг…
Но Пьетро не мог активировать сейчас Пенни — этот процесс займет не один день — и он не мог никаким образом перенести с собой Пенни на новое место. Даже исключая саму возможность поднять ту — на что доктор Полендина был неспособен, будучи просто человеком — причем, далеким от своей лучшей физической формы — машинерия необходимая для того требовала аккуратной и длительной разборки и установке, требовались как минимум несколько квалифицированных рабочих для того…
Доктор Полендина был в панике, слушая то, как воющая за окном сирена начала перебиваться иной сиреной — прежде чем раздавшийся громкий стук в дверь заставил доктора замереть в страхе.
Пьетро был готов броситься на кого угодно, защищая дело всей своей жизни, но он был всего одним человеком — что он мог сделать в этот момент?
Громкий стук в дверь повторился, прежде чем он услышал громкий хриплый голос мужчины из-за двери,- Доктор Пьетро Полендина?
Пьетро замер — произнесение его имени означало, что стук в дверь не был случайностью — кем бы ни был стоящий за дверью — он знал, что Пьетро находился здесь… И он знал, кто такой Пьетро.
Пьетро замер, после чего постарался воспрянуть духом. Пусть и калека, но в конце концов он был мужчиной, а не трусом, так что он встретит врага с гордо поднятой головой — каков бы ни был итог.
  
Пьетро направил четыре механические лапы своего кресла к входной двери, после чего сдвинул цепочку с двери — единственная защита его дома в этом непрощающем жестоком мире — прежде чем открыть дверь, приготовившись получить пуля в тело спустя мгновение…
Но вместо этого рефлекторно прикрыл глаза от яркого света двух автомобильных фар, светящих на него.
— Прошу прощения, доктор,- голос мужчины из-за двери теперь звучал тише, но все еще таким же хриплым,- За вторжение в ваш дом — но для обеспечения вашей безопасности — мы вынуждены войти на территорию вашего дома.
— Обеспечения моей… — Пьетро медленно повторил слова, сказанные мужчиной напротив, словно пытаясь распробовать на вкус сказанное, прежде чем позволить в некотором недоумении своему механическому креслу сделать шаг назад,- То есть… Проходите, конечно же.
Мужчина, вышедший из под света фар, наконец-то предстал перед глазами Пьетро — невысокий, но достаточно массивный благодаря своей развитой мускулатуре, мужчина с короткой прямой стоячей стрижкой и незапоминающимся лицом был одет в серый плащ без дополнительных помарок или отметин на том — оглядывая дом доктора Пьетро внимательным взглядом, наверняка уже подмечая подходящие места для организации огневых точек.
Еще несколько человек появились из-за его спины почти неслышимо, легко преодолевая преграду в виде мужчины и самого Пьетро, рассредотачиваясь по его дому, заставив Пьетро задуматься о том, кем же были его неожиданные новые знакомые,- Прошу прощения, а вы… Вас послал Мистер Кварц?
На секунду мужчина отвлекся, прежде чем, взглянув на Пьетро, попытаться улыбнуться — но улыбка его выглядела весьма неубедительно для Пьетро,- В каком-то смысле. Мое имя Лайм и мы… Союзники Мистера Кварца — особые службы Гленн.
* * *
Виллоу проснулась от грохота, умудрившегося вырвать ее даже из ее алкогольного беспробудного сна, едва на согнувшись от приступа рвоты из-за громких звуков, отдающихся грохотом внутри ее черепа.
Какие-то крики, и что-то еще… Дети опять кричат? Может быть Жак… Нет, неправильно… Жак… Он давно уже не появлялся… И дети, они… Винтер вроде говорила, что они переезжают… Или что-то вроде…
Перед глазами Виллоу танцевали расплывающиеся мутными образами круги, переливающиеся всеми цветами радуги — от подобного зрелища Виллоу хотелось блевать…
Или от недосыпа. Или от похмелья. Или от запаха. Или от чего угодно.
Грохот за стенами ее комнаты приближался постепенно — Виллоу слышала крики, но не могла разобрать, кто именно кричал… Или кричал ли кто-то? Она слышала грохот, несколько раз… Как же болит голова…
Виллоу тошнило, так что, не обращая внимания на грохот, она попыталась упасть и зарыться головой в подушку — но спустя несколько мгновений даже через наложенную на уши подушку Виллоу услышала голоса.
Дверь в ее комнату открылась с громким грохотом — врезавшаяся в стену рядом металлическая петля отдалась таким сильным звоном, что Виллоу не смогла удержать свой желудок под контролем и вывернула тот наизнанку спустя мгновение, покрывая непереваренной пищей, алкоголем и желудочным соком собственную постель.
— ОНА ЗДЕСЬ! — громкий крик заставил Виллу мотнуть мутным взглядом по сторонам, прежде чем найти… Человека… Но у Виллоу двоилось в глазах… Или их было двое… — ЛОВИ ЭТУ ТВАРЬ!
Виллоу видела резкое движение к ней, но не смогла удержать свое видение под контролем — громкие звуки и ее отвратительное состояние заставили ее зрение покрыться пеленой, после чего упасть вновь, не обращая внимания на видения перед собой — и на крики, что с яростных спустя мгновение сменились на непонимающие — и вдруг на паникующие.
Виллоу рвало, неудержимо рвало еще как минимум несколько минут… Так что к моменту, когда она все же смогла остановиться и поднять свой взгляд — представшая перед ее глазами картина разительно отличалась от ожидаемой.