Добрая история (СИ)
Набежавшие бойцы Империи начали работать копьями, в момент, перебив всех птиц, сомкнули стену щитов, пошли обратно к берегу, навстречу волне биотиков. Металл из первого десятка, уже занимался оружием, восстанавливал его. Вернулся Жигулио, солдаты Алтая вперемешку с копейщиками и учениками-магами рубились на пляже, падали, вставали, рычали и кидались заклинаниями.
— Держать оборону! — крикнула Элис.
Она уже кружилась восьмерками, Жан торопливо колдовал, создавая фигуру из земли, Нона оплетала ее корнями. Могучая и зубастая земляно-древесная птица взмыла в воздух, забила крыльями, устремляясь к шаманам рыболюдей.
— Гнев Небес!! — мастер Пит вскинул руку, делая жест, как будто что-то тянет к себе.
Мышцы его на руках, ногах и спине вздулись, выступили вены, лысина моментально заблестела от пота. Посох в руках мастера вертелся мельницей, потом с треском воткнулся в тело одного из убитых рыболюдей, и тут же цвет неба изменился. Часть его окрасилась в темно-багровый, как будто открылся проход в другой мир, полетели, с жутким гулом и шорохом раскаленные глыбы, будто падающие миниатюрные звезды.
Тимур сжал кулаки, выкрикнул заклинание, внося свою лепту.
Секущий вихрь ледышек, прочных и острых, ринулся к воде, и встретился с ответным ударом шаманов рыболюдей. Вода взметнулась вихрем, снося ледяной град, отбивая раскаленные глыбы, да не просто так, а прямо на пляж, оглашаемый хеканьем, криками и стонами кровопролитной мясорубки.
— Все назад! — крикнул Пит, но его не услышали. — Энарма!
Часть глыб, примерно половина исчезла, но вторая половина продолжала лететь, в сопровождении водяных вихрей и ледяного града. Всплыли два кита, ударяя струями по берегу, снося и своих, и чужих, разламывая стену щитов, которую выставили копейщики обороны Ожерелья. В пролом тут же хлынули биотики, с игло- и парометами в руках, полетели новые комки слизи и Тимур увидел, что под ногами у него взрывается шар с ядовитым газом.
— Огнемет!!! — выкрикнул он, отпрыгивая и в прыжке возносясь на целый метр.
Из рук его били струи огня, выжигая заразу, и казалось, будто Тимур взлетает на реактивной тяге, спиной вперед. Мимо пробежали еще солдаты, с ростовыми щитами, короткими мечами в руках. Трубно и протяжно завыл рог, копейщики тут же отступили, солдаты с щитами смыкали новую стену.
— Длань безмятежности! — певуче провозгласил кто-то за спиной Тимура, и летящий по небу вихрь воды, льда и раскаленного камня исчез.
Как будто огромная рука взяла тряпку, провела по небосводу, стирая магическую атаку. Тимур резко обернулся, там стояла женщина средних лет, в простом платье и венке на голове, что-то напевая под нос. Рог затрубил снова, громко, отрывисто, и солдаты с щитами начали отступать, пропуская внутрь копейщиков и подрезая набегающих биотиков. Края щитов чуть сдвигались, солдат совал короткий меч в бок биоту, и отступал вместе с товарищами. На кромке берега продолжалась драка, три десятка из сотни Алтая и часть учеников-магов не могли разорвать клинч, выйти из боя.
Шаманы рыболюдей уже готовили новую атаку.
— Алтай! Алтай! — орал Тимур, кинулся к стене щитов изнутри. — Пропустите!
Солдаты заученно расступились перед магом, Тимур выскользнул, ударил очередью файерболов, разбрасывая биотиков, схватил одного, прикрылся им от игл, рванул вперед. В небе завис огромный трезубец, нацеливаясь прямо на пляж, сверкая и громыхая водопадами, искрясь льдинами. Тимур рвался вперед, магичил, рубил, колол, кричал почти непрерывно.
— Алтай! Алтай! Сверху!
Но тот и сам уже увидел, заколебался на мгновение, но потом выхватил плазмопистолет, и понесся вперед, прямо по воде, по головам биотиков и крокодилов. Огромная сосулька ударила его в грудь и разлетелась, Алтай что-то крикнул, снося тремя шарами плазмы ближайшего из шаманов. Трезубец в небе заколебался, пошел вниз, Алтай прыгнул, выстрелил в глаз вынырнувшего червя, еще шар в пасть, оттолкнулся от зубов, взмыл выше, подобно хищной птице, обрушиваясь на шаманов.
— Ураааа!!! — взревели солдаты вослед своему сотнику.
На Тимура наседали все сильнее, но пехотинцы выручили, как-то разом слитно ударили, десятками и пятерками, снося биотиков и освобождая себе дорогу. Тимура прикрыли, сбили с его спины рыболюда, впившегося зубами и плавниками, едва не прокусившего кожаный доспех.
— Что творит, — прошептал Тимур, кидая взгляд в море.
Алтай в сотне метров от берега, закончил добивать шаманов и помчался обратно по воде аки посуху, отталкиваясь от скользких трупов и скользких рыболюдей, как от надежнейших опор, тут же убивая и несясь дальше. Секиру он держал одной рукой, вертел ей так, как будто она ничего не весила, плазмопистолет в левой стрелял непрерывно, убивая или раня струями пара в тех местах, где плазма встречалась с водой. биотики растерялись на несколько секунд, и Алтай сократил расстояние до берега наполовину.
— Разом! — заорал кто-то страшным голосом прямо возле левого уха Тимура. — Арбалетчики! Красными!!
Солдаты остановились, ударили обратно, отбрасывая биотиков, и в проемы между мечниками полетели болты, взрывая все на своем пути. С небес ударил огненный дождь, перечеркивая акваторию, и с кораблей, вытащенных на берег, тоже ударили струи огня, донесся слитный рев. Стена щитов распахнулась, солдаты Ожерелья ринулись в атаку, вдохновленные случившимся, биотики спешно отступали, отстреливаясь, огрызаясь, тыкая копьями и ударяя вспышками магии. Помогало слабо, солдаты падали, но и биотики валились пачками, усеивая пляж телами, внутренностями, распространяя едкий и вонючий запах, как будто внезапно под пляжем открылось болото.
— Алтай! — крикнул Тимур, выбрасывая новый ледяной град.
Алтай несся и несся, секира рубила, плазмопистолет стрелял, он сеял смерть вокруг, проносился по спинам взмывающих дельфинов, доставал в глубине воды разбегающихся рыболюдей, и отталкивался от их тел, когда те всплывали, и все это сопровождалось победным ревом его сотни.
Откуда-то из глубины острова ударили еще маги, вода у берега начала закручиваться, затягивая в себя морскую живность, вставали волноломы и рифы, и Тимур ощутил, что еще не все так безнадежно. Корабли целы, войска Ожерелья подошли, натиск отбили, продержаться, а там уже и птицы прилетят! Вдохновленный (и не он один) такими мыслями Тимур рубил, колол, магичил, атаковал и защищался, забыв о вверенном ему десятке, забыв о какой-то там картине боя, видя только то, что оказывалось перед ним. Очередной биот. Очередной крокодил. Очередной гибридохимерный вариант, тупой, но ядовитый и трудно убиваемый.
А затем вдруг вокруг стало темно.
— Что?! — вскинулся Тимур (и опять же, не он один).
Огромный корабль медленно и величаво плыл наверху, и тень от него наползала на остров. Тимур оглянулся, пляж, и вода вокруг были завалены мертвыми биотиками, вперемешку с модифицированными рыбами и червяками. Кое-где были видны тела солдат, остатки биотиков удирали в море, бросив все. Стена рифов и волноломов рушилась, изъеденная и изрубленная, чуть поодаль высилась гора обломков — все, что осталось от двух из четырех десантных кораблей.
— Не спи! — рядом оказался Алтай, толкнул Тимура в бок.
Тимур посмотрел слепо на товарища, Алтай был забрызган кровью с ног до головы, и его секира тоже. Доспех разрублен, измят, пожеван, но сам Алтай вел себя так, как будто находится на курорте.
— Отступаем!
— А это? — Тимур ткнул пальцем вверх.
— За тем и отступаем! Маги Воды сейчас ударят!
Тимур моргнул, а потом осознал. Точно! На кораблях были маги Воды, а он про них и забыл. И маги полка, который держал оборону на Ожерелье, но зачем…
— Зачем тогда ты бегал в атаку на шаманов? — вырвалось у Тимура.
— Маги сковали их, я добил!
Солдаты и ученики, солдаты и маги отступали вглубь, поспешно, торопливо разбегались, стараясь то ли разорвать дистанцию, то ли распределиться врассыпную, чтобы не накрыло одним залпом. Бежали или быстро-быстро шли вприпрыжку, и Алтай с Тимуром.