Профессиональный оборотень. Книги 1-10. Компиляция (СИ)

Вот мерзавец! И главное, за что?! Мы ведь ему никогда ничего плохого не делали! Приказ поспешно выполнился матросами с посильной помощью притащивших нас пиратов, а капитан меж тем насмешливо продолжал:
– У нас с командой Бенса Рыжебородого дружеские отношения, и мы частенько помогаем друг другу. Да, старина?
– Чистая правда, Генри, – поспешно подтвердил рыжебородый, защелкнув у меня на ноге второе кольцо кандалов.
Только когда мы с Алексом были закованы, нас развязали. Кота пересадили в старую клетку для птиц. Профессор был хладнокровен, его, похоже, не волновало, что вот эта задержка в лице противного Гудзона может стоить ему возврата в реальный мир! Радости же кошачьего рая оказались сомнительными, но это уже не только его проблема… Значит, мы опять в одной команде.
– Эй, кэп, так зачем все-таки мы тебе понадобились? Наверняка причина идиотская – неутоленное тщеславие или врожденные комплексы. Неужели только из-за боязни отказа ты решил не посылать нам приглашения, а доставить к тебе на корабль силой? – начала я. А что прикажете делать, раз мужчины молчат…
– Не сказал бы, что вы близки к истине, мисс, – задумчиво усмехаясь и теребя бородку, ответил он. – Но причина действительно есть…
– Настолько серьезная, что надо было срывать весь экипаж прямым рейсом с Гудзонова залива?
– Оставьте, с этим местом у меня связаны печальные воспоминания, – расстроено оборвал капитан.
– Да неужели? И почему меня это совершенно не интересует… Наверное, не то время и место, мы сейчас очень торопимся. Так что попроси своего рыжебородого дружка дать нам ключики от кандалов, а?
Давно надо мной не смеялось такое большое количество человек одновременно… Это очень неприятно. А хуже всего психологически было Алексу, который так и не дотянулся ни до одного смеющегося пирата, заступаясь за мою честь.
Отсмеявшись, Гудзон с трудом проговорил:
– Ну вы меня уморили… Я-то думал, что так насмешить могут только косатки в брачный период.
– Ладно, тогда под честное слово просто освободите нас от кандалов и кота выпустите из клетки, все равно мы с корабля никуда не денемся, – высказал просьбу-предложение Алекс.
И как я сама не догадалась? Ведь нам нужно только взяться за руки, а там – одна минута на создание мысленной картинки лаборатории и… гудбай, май лав, гудбай!
– Вы что же, совсем меня за идиота принимаете? Хотя, наверное, просто еще многого не знаете, да? Ничего, подождите, придет время, и вам все станет ясно. А насчет вашего хитрого предложения… мы в курсе того, что, всего лишь взявшись за руки, вы можете сбежать в свой мир, а там вас ищи-свищи. Не для этого вас сюда заманили…
– Заманили? Кто? Уж не те ли монстры, на которых мы охотились?! – логически раскрывая тему, припечатал Пушок, с трудом отрываясь от созерцания корабельной мыши, бегущей по палубе.
– Ладно, пора обедать, морские звезды вам в глотку! Я голоден, как бенгальская акула, – смущенно отворачиваясь, буркнул Гудзон.
– Акулы! За «Полумесяцем» идут акулы! – неожиданно подхватили все, размахивая руками.
Бывший исследователь водных пространств побледнел и перекрестился. Я сомневаюсь, что он когда-то был тем самым Гудзоном из моего мира, хотя вот из одного из параллельных миров – пожалуйста…
– Рыбий хрящ им в ухо! Этого нам только не хватало! – воскликнул он, побежав, как и все, к борту – смотреть.
– Это морская примета, – пояснил всезнающий Профессор, спокойно намывая мордочку. – Если акулы плывут за кораблем, значит, скоро на судне кто-то отдаст концы, говоря на их морском наречии.
– По корме идут, не отставая. Может, что-нибудь тяжелое на них сбросить? – испуганно предложил кто-то.
– Ага, тебя! Уж небось пудов десять в тебе есть?!
– Так, может, кинуть за борт монетку? – включился другой.
– Ты что, совсем уже? Как можно перепутать, монетка же от шторма! – оборвал рыжебородый. Все согласно покивали:
– Точно, точно… Да и перепутать немудрено, столько примет – всех не запомнишь! Но счастливых среди них раз-два, и обчелся…
– Идиотская ситуация, идиотский рай, идиотский корабль, полный идиотов! Как будем выбираться? – с чувством проговорила я, разглядывая свои кандалы. На зуб пробовать, думаю, бессмысленно – не разгрызу…
 
Котик в клетке по-прежнему сохранял достоинство и скандировать: «Свободу котам! Сво-бо-ду!», вцепившись в деревянные прутья и раскачивая ее по примеру попугая из мультфильма, не собирался. Он просто посоветовал мне не нервничать, а воспринимать происходящее как очередное приключение. Попробуем, а куда деваться…
Наконец матросам надоело пялиться на акульи плавники, и все занялись своими делами. Нас покормили какой-то баландой, капитан скрылся в каюте и больше не выходил. Корабль куда-то плыл, конечный пункт назначения был нам неизвестен. На нас теперь вообще не обращали никакого внимания. Хотя нет, на меня обращали, и с каждым разом все более и более пристальное, но, к сожалению, причиной было отнюдь не мое очарование и внешняя привлекательность…
– Женщина на корабле, не хватало еще этой проклятой приметы! Вот ведь и акулы сразу за ней появились, ох неспроста… Несдобровать нам теперь, – ворчал традиционно пьяный боцман, и с ним соглашались.
Пираты злились, что не смогли из-за акул перебраться на шлюпке к своему кораблю, который торчал невдалеке, с эмблемой мертвой рыбьей головы на флаге. Потом я узнала, что их корабль раньше был китобойным судном и вся нынешняя команда переквалифицировалась в пираты из китобойцев-браконьеров. Разница небольшая, даже переучиваться особенно не пришлось.
Со скуки я начала доставать любимого жалобами на жизнь, но потом меня разморило от жары, и я задремала, привалившись спиной к пустой бочке из-под яблок. Матросы с горя пили, акулы со злорадными мордами (это я так представляла) усердно работали плавниками, не отставая ни на метр.
Я сонно наблюдала, как в ближайшую акулу кинули бочку с солониной. Наверное, надеялись, что от количества соли у акулы случится изжога и она прекратит преследование… А в другую даже бросили бочку пороха. В обоих случаях без особого результата, судя по разочарованному хоровому вою матросни. Табуретка, в обнимку с которой приковылял пьяный боцман, тоже канула в пучину. Значит, в табуретках призраки не нуждаются. Им и так хорошо, сплошные радости загробной жизни – вечное плаванье, весь мир у ног, ешь-пей, и алкоголь на них успешно действует!
– Эй, мисс, я незнакомый, ик… доброжелатель, – раздался вдруг сиплый шепот за моей спиной.
Обернувшись, увидела того самого пирата, которого тяпнула в схватке.
– Чего надо? – огрызнулась я. Пират воровато огляделся и пояснил:
– Простите, я слегка пьян, но… ик… то, что я скажу, – чистая правда! Вам угрожает опасность, мисс. Ребята, ик… сговорились, как стемнеет – выбросить вас за борт.
– Всех троих?!
– Нет, только вас, ик… мисс!
– Но за что? Я же вас не так уж больно укусила…
– Да я не в претензии, ик… – честно признался парень. – Но женщина на корабле – это к очень большой беде! Без вас, ик… мисс, останутся только акулы, одну примету еще можно пережить. Хорошо хоть ваш кот не черный, а то бы, ик… и его за борт… Но я исполнил свой христианский долг, ик… предупредил вас!
Не успела я и «спасибо» сказать, как он вразвалку пошел по палубе, засунув руки в карманы и задрав голову – вроде как чаек считает.
Командор, судя по всему, просто спал, а вот котик явно подслушивал. Естественно, я кинулась ему жаловаться…
– Они не посмеют! Я не позволю в своем раю, устроенном специально для моего кошачьего племени, позволять посягать на жизнь моих друзей! Особенно на твою, когда ты в таком интересном положении, – взревел он, встав в клетке в полный рост. И сразу стал таким грозным и устрашающим, что у меня аж мурашки по спине побежали! Давно пора, мой маленький коммандос, дерзай!
Алекс повернулся к нам и сонно спросил, что случилось, я хотела ответить, но Профессор не дал мне и рта раскрыть: