Антропология. Секреты счастливых обезьян
Помимо подтверждения силы воли и демонстрации умения безропотно сносить тяготы, подобные испытания преследовали еще одну цель – они символизировали разрыв с детством, когда ребенок находился под опекой родителей, которые защищали его от многих невзгод. «Теперь ты взрослый, и готовься нести все тяготы взрослой жизни! – говорили испытания. – Если вынесешь все, что тебе предназначено, вернешься в племя уже другим человеком». Взросление – это ответственность, а ответственность невозможна без самоограничения, без подчинения интересам общества. Хочешь стать взрослым – покажи, что ты этого достоин.
Если племя занималось охотой, то в число испытаний для мальчиков непременно входила охота на крупного хищного зверя, причем условия были весьма сложными, без какой-либо поправки на неопытность охотников. У некоторых африканских племен нужно было в одиночку убить льва. Копьем, а не голыми руками, но имейте в виду, что во время схватки с львом охотник имеет право всего на один бросок копья, возможности повторить это лев не даст.
«Взросление – чертовски трудная штука, – сказал однажды американский писатель Фрэнсис Скотт Фицджеральд. – Гораздо легче перейти из одного детства в другое».
В конце обряда посвящения инициируемые должны были пережить мистическую смерть, символизирующую их окончательный разрыв с миром детства, а затем уже возродиться во взрослом виде. Испытания, которые проводились до потери сознания, являлись не только испытанием крепости духа, но и имитацией смерти. В более мягком варианте испытуемых могли зарывать в землю, сажать в тесные ямы или же заставляли имитировать смерть – лежать, не двигаясь, и вообще никак не реагируя на внешние раздражители. В некоторых племенах ограничивались исполнением танца мертвецов, но так или иначе посвящение завершалось смертью ребенка и пробуждением взрослого.
Третий и заключительный обряд инициации взросления – это обряд принятия новых членов во взрослую общину. Во всех культурах этот этап представляет собой празднество – нашего полку прибыло! Община приветствует своих новых членов и всячески демонстрирует отношение к ним как к равным, как к взрослым.
Чем выше развитие общества, тем больше информации должен усвоить ребенок для того, чтобы считаться взрослым, тем длиннее период взросления… Если в первобытном обществе мальчики считаются взрослыми в 14–15 лет, а девочки – в 12–13, то в цивилизованном обществе средний возраст перехода во взрослое состояние – 18 лет, а некоторые права взрослых, например, право на покупку алкогольных напитков или право быть избранным в выборные органы, приобретаются еще позже (в Российской Федерации – в 21 год).
Так-то оно все так, и чем дальше лес, тем больше дров, то есть – тем дольше взросление. Но в начале прошлого века в России, США и некоторых странах Западной Европы было замечено ускорение ростовых процессов в сравнении с XIX веком. За рубеж приняли 1900 год и установили следующее:
– опережение развития за последние 100 лет составило от одного до трех лет; иначе говоря, нынешние тринадцатилетние выглядят так, как раньше выглядели четынадцати-шестнадцатиление;
– длина тела у новорожденных выросла в среднем на 1 см, то есть процесс ускорения роста наблюдается уже во внутриутробном периоде;
– рост дошкольников увеличился на 10–12 см;
– рост школьников увеличился на 10–15 см;
– смена зубов стала происходить на 1–2 года раньше;
– половая зрелость стала наступать примерно на 2 года раньше, и в целом репродуктивный период увеличился.
Обратите внимание – речь идет не только о тенденции к увеличению роста, но и о тенденции к укорочению периода детства. Да – современные пятнадцатилетние в целом выше их сверстников, живших на рубеже XIX и XX веков, но дело не столько в этом, сколько в том, что пубертатный скачок роста раньше начинается и раньше завершается. В биологическом смысле завершение пубертатного скачка, обычно совпадающее с достижением половой зрелости, означает завершение периода взросления. В целом стабилизация длины тела и окончательное формирование его пропорций в наше время обычно наступает у женщин к 16–17 годам, а у мужчин – к 18–19 годам, в то время как в конце XIX – начале XX веков это могло продолжаться соответственно до 22 и 25 лет.
Какой-то эволюционный парадокс, не так ли? Условия окружающей среды располагают к удлинению периода взросления, а мать-природа, наоборот, его укорачивает. Причем – во многих популяциях и на протяжении длительного периода времени, что позволяет говорить о общей тенденции. Почему так происходит и какой в этом смысл?
Кстати говоря, к началу XXI века этот процесс прекратился. Природа оценила результат и сказала: «Стоп!» Интересная деталь – в России угасание темпов роста в конце прошлого века первоначально связали с тяготами и лишениями переходного периода от социализма к капитализму, но впоследствии выяснилось, что нечто подобное происходит во многих странах. Во многих странах, но не во всем мире, обратите внимание. Если в России, странах Северной Европы, Японии и Китае наблюдается замедление темпов ускорения роста и увеличения среднего роста вплоть до полной его остановки, то в Испании, Португалии, Южной Корее, а также в странах Северной и Южной Америки этот процесс пока еще продолжается.
С легкой руки лейпцигского врача Эрнста Коха ускоренное развитие человека получило название «акселерации». Придумывать ничего не пришлось. Кох взял латинское слово, означавшее «ускорение», и сделал его термином. В работе под названием «Об изменениях человеческого взросления в первой трети ХХ века», вышедшей в 1935 году, Кох сравнил антропометрические данные детей начала ХХ века с аналогичными показателями, полученными при исследовании их ровесников в тридцатых годах XIX века, и установил, что ускорение темпов роста имеет место. Но вообще-то об этом ускорении первым сообщил еще в 1869 году известный британский антрополог Джеймс Хант, основатель и первый президент Лондонского антропологического общества [57]. Но тогда на сообщение Ханта никто не обратил внимания, в отличие от работы Эрнста Коха. «Каждому знанию – свое время», как говорят ученые.
В ХХ веке явления акселерации были документально зафиксированы почти во всех странах мира, но наиболее резко эта тенденция выражалась в Японии, где за период с 1950 по 1980 годы рост семилетних детей увеличивался в среднем на 3 см каждые 10 лет!
В научных и околонаучных статьях можно встретить термин «секулярный тренд», который часто употребляется как синоним акселерации. Но на самом деле ставить знак равенства между акселерацией и секулярным трендом – это все равно что считать чечевицу горохом. Под термином «секулярный тренд» понимают не только акселерацию – ускорение развития подрастающего поколения, но и изменения в развитии взрослых людей, произошедшие за условное столетие [58], такие, как увеличение размеров тела, удлинение репродуктивного периода, более позднее наступление менопаузы у женщин, сохранение работоспособности в пожилом возрасте.
Самой первой приходит на ум гипотеза, связывающая акселерацию с улучшением характера питания, которое наблюдалось со второй половины XIX века и особенно ярко – после второй мировой войны. В мемуарах европейцев, в также жителей США и Канады, касающихся первой половины ХХ века, нередко можно встретить упоминания о том, что еды не хватало. Представители бедных слоев общества далеко не каждый день ели досыта, а то и перманентно голодали. Понятие «нужда» было тесно связано с понятием «голод», но в послевоенный период ситуация изменилась. Еды, пусть и неизысканной, стало хватать всем. У бедности появились другие признаки – отсутствие комфортного жилья, отсутствие автомобиля и т. п., но не голод.
Вроде бы все логично – чем лучше человек питается, тем больше «строительных материалов» получает его организм. А чем больше строительных материалов, тем активнее идет строительство. Но…