Ремесленник (СИ)

— Шприц готов? — обратился Антон ко второму. — Нельзя допустить, чтобы он вытворил какую-то дичь.
— Всё на мази, — грубым и неприятным голосом ответил третий бандит с длинной чёрной бородой и поросячьими глазами. Он вытащил из кармана небольшой шприц для быстрых инъекций и продемонстрировал его своему боссу.
— Он додумался притащить с собой рабыню, придётся её убрать. Она слишком много знает, — вслух рассуждал Антон. — Сперва запугаем, а как доедем до точки, порешим.
— Я её видел… — бородатый жадно облизал губы. — Можно сперва немного поразвлечься?
— Можно, но потом убрать.
— Я тоже в деле! — вклинился кудрявый водитель.
— Идут! — воскликнул Антон. — Всё должно пройти идеально. Я закрываю дверь, ты колешь сыворотку. Готов?
— Ой, да не бзди ты так. Что может случиться? — бородатый демонстративно закатил глаза. — По-твоему, мы не справимся с одноруким пацаном и его бабой?
— Главное: не поднять шум, — прошептал Антон и открыл дверь. — Ну, как всё прошло?
— Его убили… Отца убили! — сквозь слёзы выдавила высокая девушка-адвокат, пропуская вперёд мелкого и его подружку-рабыню. — Я это так не оставлю…
— Садись, — Антон подозвал нерешительного мальца. — Доедем до убежища и заберём товар. Дальше ты свободен.
— Примите мои соболезнования, как я понимаю, вы его сын? — начал малой, заходя внутрь. — С Михаилом мы договаривались о регулярных поставках, надеюсь, этот мрачный эпизод не…
— Вот и всё, а ты переживал, — лысый вколол мелкому сыворотку в шею ровно в тот момент, когда дверь фургона закрылась.
— Не двигайся! — Антон направил на рабыню пистолет с глушителем. — Если хотя бы пискнешь, застрелю. Всё поняла?
— Угу… — промычала она и скукожилась от страха.
— Фух, наконец-то, — адвокат вытерла заплаканное лицо салфеткой, размяла шею и вздохнула с облегчением. — Старик помер, как мы и планировали. Тот хрен из бюро запросил ещё два миллиона.
— Чего⁈ Совсем охренел⁈ — пока Антон возмущался, фургон неспешно покинул подземную парковку.
— Старик завалил Петровича, — пояснила девушка. — Там столько крови, они неделю коридор будут отмывать.
— А-ха-ха-ха! Ладно, доплатим этому гондону, — Антон поманил девушку пальцем. Её, кстати, звали Александрой, а ещё она приходилась ему родной сестрой. — Иди ко мне, сладкая…
— Уже соскучился? — она улыбнулась и села к нему на колени.
— Ты же меня знаешь, — он запустил руку, куда не следовало.
Бандиты считали, что у них всё под контролем. Они даже доехали до конспиративной квартиры без эксцессов: ничего не предвещало беды.
Малой очнулся уже прикованным к железной решётке, пока его рабыню пользовали кудрявый и бородатый. Точнее, эти двое лишь попытались использовать её по прямому назначению, но кто же знал, что девка окажется с сюрпризом в трусах?
  
Глава 19
 
— А ты уверен, что он не доставит нам проблем? — послышался знакомый женский голос. — В ту сторону — ещё ладно, но обратно? Как ты планируешь это провернуть?
— Накачаем «крокодилом» и обставим всё так, будто он больной на голову. Придётся сделать новые документы, — ответил мужчина. — Стану его папочкой и буду возить на лечение во внутренний радиус. Подобное практикуется, проблем возникнуть не должно.
— Почему-то у меня плохое предчувствие… — призналась она.
Мои блуждания в мире розовых динозавров закончились, и я наконец-то пришёл в себя. Не знаю, сколько был в отключке, но приключение выдалось занятное. Похоже, меня усыпили чем-то серьёзным и быстродействующим. Ладно хоть последние воспоминания сохранились.
Ещё не успев приоткрыть глаза, я почувствовал, что руки и ноги онемели. Похитители слишком сильно затянули верёвки и привязали на славу. Я мог пошевелить разве что головой, кистью и ступнями. А судя по сухости во рту и общему состоянию, прошло не больше часа.
Украдкой осмотрев помещение, я увидел того самого Антона и Алексу, которые приходились родными детьми Интеллигенту. И если сперва мне показалось странным, что деду дали возможность завалить стукача, то теперь всё встало на свои места. Понятно, что за неуверенные шушуканья были в лифте, когда адвокатша сунула в карман одному полковнику две орихалковые карточки, они же купюры. Если что, это целых два миллиона.
 
В свою защиту могу сказать, что Алекса необычайно искренне отыгрывала печаль по убитому отцу. Даже Сэн ничего не заподозрила. А раз и её дар не помог, значит, девушка страдает биполяркой или ещё более серьёзным психическим расстройством.
Хотя одного факта, что она сидела на коленях у брата и периодически целовала его в губы, уже достаточно, чтобы сделать подобные выводы. Не знаю, что происходит в голове у Антона, про него можно сказать, что он тот ещё гондон, а вот у Алексы точно не все дома.
Мы находились в просторной комнате где-то пять на восемь метров со скромным интерьером и практически полным отсутствием мебели. Был лишь диван, на котором сидела эта парочка, какие-то дряхлые деревянные тумбочки, покосившийся шкаф и круглый журнальный столик. На последнем бандиты разложили целую «поляну», там же красовался новенький пистолет с глушителем.
Я же был прикован к металлической решётке, прикрученной к каменной стене. Судя по кровавым подтёкам, следам жизнедеятельности и прочим выделениям, здесь бандиты пытали неугодных. Но на удивление аромат был терпимый, они даже как-то есть умудрялись. Возможно, этой пыточной уже давно не пользовались.
Сложно сказать, в какой части города мы находились. Подписку о невыезде с меня сняли, но далеко не факт, что похитители смогли вывезти меня из внутреннего радиуса в бессознательном состоянии. Да и если вспомнить их разговор, то они как раз и говорили про пересечение КПП, ведь зачем ещё я им мог понадобиться?
— Подозреваю, именно по вашей вине погиб Михаил? — я нарушил тишину, ибо срочно надо было выяснить, что случилось с Сэн.
— Он очнулся! — вскрикнула от неожиданности Алекса.
— Решили отжать его бизнес? — продолжил я, глядя на них с презрением.
— Ой, да что ты знаешь, — отмахнулась девушка.
— Знаю, что инцест — дело семейное. Но всё же, к чему весь этот спектакль? Хотели, чтобы я возил для вас контрабанду? Я сам планировал вам предложить сотрудничество, прежде чем вы меня не вырубили.
— Сказать ты можешь что угодно, — вклинился Антон и опустошил рюмку водки, занюхав куском сала. — Отец дал тебе слишком много свободы. Столь ценный актив нужно держать в узде.
— Поэтому вы его и убили? Странная логика, — я помотал головой. — Чтобы провернуть подобную операцию с фальшивым кротом и убийством прямо в здании Бюро, надо быть не семи пядей во лбу. Но если пойти на подобное ради «сохранение» актива, который и так никуда убегать не спешил, это полнейший идиотизм.
— Да ты хоть знаешь, что задумал отец⁈ — Алексу переклинило, и она начала орать с надрывом. — Он едва не погубил всё наше предприятие! Четыре поколения до него трудились не покладая рук, а он собрался пустить всё по ветру из-за какой-то немой шлюхи⁈ Ну, сдохла она, и что с того⁈ Люди умирают каждый день!
— И что же он задумал? — мне действительно стало интересно.
— Напасть на гвардейцев и убить Принца Огня, — спокойным тоном ответил Антон, гладя сестру по волосам. — Это самоубийство чистой воды. Даже после неудачной попытки Совет перевернёт столицу вверх дном, чтобы найти зачинщиков. И если захотят, они найдут, поверь мне на слово.
— А почему нельзя было просто убрать его? К чему все эти фокусы? — я нахмурился.
— Это не по понятиям. Остальные бы догадались, — парировал Антон. — Да и как-то позорно это, погибнуть от рук своих детей. А тут менты завалили — почёт и уважение, красиво ушёл. Повезло, что нашего засланного стукача самим валить не пришлось. Всё-таки батя был крепким мужиком, — он опустошил ещё одну стопку и даже не закусил.
— Раз уж мы никуда не торопимся, позволь узнать, что вы сделали с моей рабыней? Убили?