Императрица Ядов (ЛП)

 Мы с Константином обменялись веселыми взглядами поверх его головы.
 Малыши не были известны своей способностью понимать монументальные события — особенно когда тема «что на завтрак?» гораздо интереснее.
 Роксана была следующей, кто узнала об этом. Она поймала нас в коридоре по дороге на завтрак, разрыдавшись, как только увидела кольцо.
 — Ох, Елена, Костя. — она поцеловала нас обоих в щеки, прежде чем обнять Нико. — Я так рада за вас обоих. Это сбывшаяся мечта, у меня нет слов.
 Остальная часть дома быстро узнала об этом после. Нас осыпали объятиями, поцелуями и поздравлениями. Даты и цветочные композиции обсуждались небрежно. Все уже знали, что торжество будет небольшим и неожиданным, словно мы проснемся однажды утром, выведем всех во двор и заставим Артема провести церемонию после того, как он будет посвящён в это онлайн.
 Чтобы отпраздновать это, Дмитрий испек нам фруктовый торт. Для такого холодного и пугающего человека у него был чистый и искренний способ показать свою любовь.
 Радость роилась в каждом коридоре и дверном проеме, заполняя дом до краев. Не было никаких мыслей о Татьяне, или боли, или о том, что должно произойти. Вместо этого я сидела со своей семьей плечом к плечу, держа Константина за руку, а мой сын уютно устроился у меня на коленях. Кольцо поблескивало в свете ламп.
 Я все время ловила себя на том, что смотрю на него. Не в тщеславном смысле. Я никогда не умела хорошо оценивать цену или стоимость металла и ювелирных изделий. Вместо этого я покрутила кольцо между пальцами со странным чувством в груди.
 Какое-то время я носила кольцо Фальконе. Я ненавидела это. Раньше я видела, как часто мне сходило с рук, что я его не ношу. Я даже несколько раз притворялась, что потеряла его в саду.
 Я не возражала против этого кольца Тарханова. На самом деле, иногда, когда я оставалась одна, я восхищалась изумрудом. Зеленый цвет соответствовал моим глазам — факт, который очень понравился Кону.
Как будто это было сделано для тебя, сказал он мне после завтрака. Как будто мои предки знали, что ты собираешься присоединиться к нашей семье, и сделали кольцо, подходящее для тебя.
 Я закатила глаза, но втайне была довольна. Агостино, Фальконе, Стриндберг. Все эти фамилии я носила как шляпы, меняя их всякий раз, когда менялась погода. Но теперь у меня новая фамилия.
 Встретившись взглядом с Натальей через стол, она подняла свою кружку.
 — Тарханова, — одними губами произнесла она, слово было тихим, но сильным, как крик.
***
 Радость, как и многое другое, длилась недолго.
 Татьяна нанесла еще один удар в тот же вечер.
 — Лошадей назвали незаконнорожденными. — сказал Артем.
 Константин помог всем, объяснив.
 — Скаковые лошади гордятся своим хорошим воспитанием. Быть обвиненным в фальшивом происхождении, особенно с тех пор, как обучался Иларион, это большой позор. Наши титулы отобрали, и инвесторы просят вернуть им деньги.
 Он смотрел в окно, глубоко задумавшись. Я раскачивалась на его рабочем кресле, глядя на нашу семью, которая раскинулась по комнате.
 — Татьяна охотится за моими инвестициями и моей репутацией, — сказал он. — Грязный способ борьбы, но эффективный. Способ сражения, в котором я принимал участие.
 — Почему это? — спросила Даника.
 Она сидела на полу рядом с Дмитрием. Он по-отцовски положил руку ей на голову.
 — Если у нас нет денег и союзников, мы уязвимы, — объяснил Кон. — Похоже, она крутит нож.
 — Не хочу говорить, что я тебе говорила...
 Наталья замолчала, глаза загорелись озорством. Странным поступком со стороны Кона было то, что он пригласил на встречу свою племянницу. Когда-нибудь она станет соратницей правителя и в некотором роде врагом, соперницей, а это означало, что конфиденциальной информацией о Братве и ее слабостях с ней нельзя делиться, но он все равно спросил ее мнение о Татьяне.
 Все бросали на нее многозначительные взгляды, отчего она разразилась чередой пронзительных смешков.
 
 — Сад и баня только начало, Костя, — сказала Роксана. — Она хочет отомстить, и она намерена это сделать.
 Все взгляды обратились к Данике, которая смотрела на свои руки.
 Я знала, что ей снились кошмары о пуле, разрывающей ее плоть. Мне снились кошмары о ее крови на моих руках. Иногда я просыпалась с убеждением, что мои руки липкие от жидкости, и я целую вечность мыла их в раковине, пока Кон не успокаивал меня.
 Артем мельком взглянул на меня, его темные глаза были полны расчетов, прежде чем оглянуться на своего Пахана.
 — Нам нужно уничтожить ее, Костя... пока она снова не причинила боль одному из нас.
 Я перестала раскачиваться.
 Константин тут же покачал головой.
 — Нет, Елена. Это мое окончательное решение по этому вопросу.
 — Она знает твои слабости, Кон, — напомнила я ему. — Она жила с тобой десять лет. Татьяна не знает, что заставляет меня нервничать, и это сводит ее с ума.
 — Я не стану повторяться.
 Артем сглотнул.
 — Босс, возможно...
 Взгляд, который послал ему Константин, мог содрать кожу с костей Артема. Артем не выглядел испуганным, человек помельче наложил бы в штаны, но он отступил. Он знал, когда его Пахана не заставить передумать.
 Роман выглядел так, будто собирался что-то сказать, но Олежка зажал ему рот рукой, послав предупреждающий взгляд. Я прищурилась, глядя на него для пущего эффекта.
 Бабушка ввалилась в комнату, виляя хвостом за спиной. Изящным движением она запрыгнула на стол и растянулась на столе. Было ясно, что мы прерываем ее сон нашей «очень важной встречей».
 Я встретилась глазами с Константином, между нами возник спор.
 — У тебя есть другой план? — я спросила.
 Я не так зла на Кона, как думала. Я знала, что он просто пытается обезопасить меня; я бы сделала то же самое, если бы оказалась на его месте. Даже если я понимала, я бы все равно злилась, что он так ничтожно мало думал о моем уме, что Татьяна могла причинить мне боль.
 — Я знаю, что ты способна справиться с Татьяной в одиночку. — он прочел мои мысли. — Но я также знаю, что Татьяна в состоянии причинить тебе боль.
 — Со мной все будет в порядке.
 — Ты можешь быть беременна, Елена.
 — Мы ещё не знаем этого...
 Даника ахнула и прижала руку к сердцу.
 — Это просто пуля за пулей.
 Мы все уставились на нее.
 Она застенчиво улыбнулась.
 — Слишком рано?
 — Это будет слишком рано навсегда, — проворчал Роман.
 Даника стала ярко-красной.
 Их отношения все еще оставались гремучей змеей, на которую все старались не наступать. Роман почти каждый день едва мог смотреть на Данику, а в ответ Дани не была такой очаровательной, как обычно. Энергия между ними была слабой и напряженной, и заставляла любого, кто находился рядом с ними, чувствовать себя неловко и раздраженно.
 Я сказала Кону, что хочу запереть их вместе в комнате, но он не советовал этого делать. Что-то о проблемах со здоровьем и безопасностью.
 Наталья переводила взгляд с одного на другого, широко раскрыв карие глаза. В тот момент она была потрясающе похожа на Нико, ее лицо было открытым с мягким любопытством. Именно это сходство подсказало мне, что она собиралась спросить о чем-то невероятно изменчивом.
 Она открыла рот:
 — Вы двое...
 — Наташа, — предупредил Кон.
 Она послала ему легкую усмешку.
 — Дядя.
 Кон стоял рядом, положив руку на спинку. Время от времени его большой палец терся о мою шею, посылая мурашки вверх и вниз по позвоночнику.
 
 — Это план ее убийства?
 Тишина.
 На секунду я не была уверена, кто задал этот вопрос. Я посмотрела на Романа, потому что этого я ожидала от него, но он смотрел на Дмитрия. Вскоре мы все обратили взор на Дмитрия.
 Константин как-то сказал мне, что всегда представлял Дмитрия в виде ледяного черного озера, в глубине которого скрывается замерзшее чудовище. Как что-то из сказки, объяснил он, когда я сморщила лицо. Только в этот момент я полностью согласилась с ним.