Кайа. История про одолженную жизнь (том Пятый, часть Первая) (СИ)
Марек замолк, а затем уже обратился ко мне.
— Если желаешь получить это… — он взял со стола шприц и слегка помахал им, — делай все, что бы ни пожелал Ришард. Все, без исключения! Мы друг друга услышали?
— Я сделаю все, что пожелаете вы и господин Ришард! — тут же затараторил я и, подползя к Мареку, схватил его руку обеими своими.
Он тряхнул рукой, освобождая ее от моих.
— Сначала предстоит как следует потрудиться, Кайа… — это впервые, кажется, когда он назвал меня по имени, — а уже затем получить причитающуюся тебе награду.
— Все то, что случится, должно быть записано. — произнес он по-польски, обращаясь к юноше. — Сделай так, чтобы она сама тебя просила. Обо всем! Умоляла! Это важно! Понял?
— Д-да. — слегка запинаясь, ответил красный как рак Ришард.
— Прости меня, что ставлю тебе такую задачу. Это должен был делать Гжегож, но он мне сейчас нужен для другого дела.
— Я…я сделаю все так, как вы и приказали, господин Марек! — явно пронзительнее, чем собирался, ответил юноша.
— Хорошо, тогда я на тебя рассчитываю. И запри дверь! — он бросил ключ на стол, после чего направился на выход, однако…
Он остановился возле двери, обернувшись на Ришарда.
— И чтобы не вздумал ни перед кем хвастаться о произошедшем!
— Никто, никогда и ни о чем от меня не узнает. — произнес юноша.
— Хорошо, это хорошо… Я вернусь ровно через час! — пробормотал Марек, а затем еще раз напомнил мне. — Будешь делать то, о чем мы договорились, и через час, когда я вернусь, получишь то, чего так желаешь!
Произнеся это, он покинул помещение.
Ришард, быстро пройдя к столу, взял ключ, а затем закрыл дверь и обернулся на меня, после чего…
Опершись спиной на дверь, просто вытаращился на меня как баран на новые ворота.
Уверен, что за его жизнь было гораздо больше тех, кого он убил, нежели тех, с кем переспал. Нет, даже не так, готов поставить рубль на то, что у этого парня до сей поры вообще не было интима с барышней. Девственник он. На самом деле невозможно поверить, что мой «дорогой друг» Марек решил доверить подобную роль в предстоящем «шоу» такому «актеру»…
Или у него образовался острый дефицит кадров, или…
Как бы то ни было, но прямо сейчас мне это совершенно неважно.
Я взглянул на профессиональное оборудование, после чего прислушался к голосам в своей голове. Они, как обычно, несли околесицу о людях, которых я не знаю; о местах, в которых никогда не бывал; и событиях, к которым непричастен.
Прикрыл глаза, отгораживаясь от голосов.
Если верить словам Марека, то у меня есть час или около того, за который я обязан попытаться каким-то образом спастись. Или не пытаться вовсе и быть сожженным, словно бы всамделишная ведьма из Средневековья.
Впрочем, ответ на этот вопрос я уже себе давал, а посему…
Мой взгляд вновь упал на стол и в тот же миг из подсознания вынырнуло нечто темное, ранее уже не раз и не два подсказывавшее решения для непростых ситуаций.
И теперь оно шепчет мне уже не таясь, голосом в голове, шепчет вариант. Вариант спасения. Правда, шанс спастись практически иллюзорный, совсем не такой, на который я бы поставил рубль, однако иного варианта для себя я не вижу, так что сделаю, пожалуй, свою ставку. Только не рубль я ставлю на кон, а свою жизнь.
Превозмогая безумную слабость во всем теле, я поднялся на ноги, после чего с немалыми сложностями стащил с себя «платье», бросив его на пол.
— Вас же зовут Ришардом, господин мой?
Глава 111
— Вас же зовут Ришардом, господин мой? — поинтересовалась Кайа, ласково улыбнувшись юноше.
Даже просто стоять оказалось для Кайи занятием крайне тяжким ввиду дичайшей слабости, от которой дрожат и подкашиваются ее ноги, но она продолжает оставаться перед взором юноши в том же положении и с тем же выражением лица, хотя в иной раз наверняка бы до боли закусила губу или, что лучше, заняла бы позицию «лежа», но…
Нельзя!
— Да, мое имя Риш… — начал было отвечать ей тот, неотрывно пялясь на ничем не прикрытую девичью грудь, однако спохватился, и лицо его перекосило от внезапной вспышки злости и он, отвернувшись, прошипел. — Не смей! Не смей заговаривать со мной, Ведьма!
Резко развернувшись в ее сторону, Ришард замахнулся, собравшись было наотмашь ударить Кайю по лицу, но…
Ведьма стояла перед ним даже не шелохнувшись, улыбаясь ему при этом все той же улыбкой, от которой сердце юноши ушло в приятный пляс и не было никаких сил, чтобы не взглянуть на нее снова…и снова.
Ведьма также глядела на него, но одномоментно с этим как будто бы и мимо него. И…
Ни капли страха или волнения в ее огромных зеленых глазах он обнаружить не сумел.
А ведь, и правда, Ведьма! — подумал юноша, против воли восхитившись ею.
Ришарду вдруг вспомнилось то, как от него в ужасе отшатывались парни, зачастую старше его самого, когда он вот также замахивался на них, прежде чем как следует поколотить. Тогда, в приюте для мальчиков–сирот.
Кажется, что это было уже давным-давно…
А Ведьма, мало того, что просто девчонка (хотя, несмотря на произошедшее с ней, она одна из самых прелестных, коих ему доводилось когда–либо видеть!), так еще и младше годами его самого.
И ему вдруг стало крайне неуютно. Во–первых, от реакции этой спокойной Ведьмы–наркоманки, которая по идее должна была бы валяться в его ногах и трепетать от того ужаса, что вскорости ожидает ее. А, во–вторых, от тех воспоминаний прошлого, вызванных из его памяти Ведьмой, о которых, как надеялся, он уже позабыл.
Ну, конечно! — Ришард едва не хлопнул себя по лбу. — Ей же сам сатана силу дает, так что разве может быть как-то иначе?
Ему захотелось поскорее уйти отсюда, ну или, по крайней мере…
Убить ее.
Да, тогда все проблемы с ней сразу бы оказались решены, но господин Марек четко дал понять, чего желает…
Ришард содрогнулся, вспомнив о том, что случалось, когда господин Марек или прочие из его наставников оказывались недовольны им. И подобного опыта он более переживать не желает. Никогда!
Его размышления были прерваны громким звуком шлепка.
Это Ведьма, она сама ударила себя ладошкой по щеке, а затем еще раз и…
— Стой! — воскликнул юноша, перехватив ее руку.
— Я своими глазами видела, что вы собирались ударить меня, но, видимо, пожалели. А господин Марек четко дал понять, что мне необходимо делать все, чего бы вы ни пожелали, господин Ришард.
Господин Ришард…
Ему понравилось то, как Ведьма назвала его, однако…
Он внимательно вгляделся в ее лицо, не издевается ли. От подобной мысли сердце Ришарда охватил мгновенный гнев, отчего вспыхнули румянцем щеки. Однако, нет, не похоже…
В этот момент она вновь вознамерилась было ударить себя свободной рукой, но…
В итоге обе ее руки оказались в его руках.
— Я запрещаю тебе бить себя, ясно⁈ — он постарался напустить на себя грозный вид, чтобы немного напугать, но…
Ведьма от этого улыбнулась еще прелестнее…
— Так вы же сами подняли на меня руку, а значит, хотели ударить. И если не забыли, я должна сделать все, что вы пожелаете, ведь только тогда… — Кайа кинула взгляд на шприц, а затем, чуть склонив голову, спросила. — Разве я сделала что-нибудь не так?
Ришард не ответил. Он чувствовал, словно бы она все-таки издевается над ним. Или же…