Тиран (ЛП)

— Я чувствую себя хорошо… да, — ответил он и крепче обнял Ниту, притягивая ее к себе ближе.
— Вы ожидали, что этот бой закончится так скоро?
— Да.
Это вызвало взрыв смеха.
— Значит, как я понимаю, вы считаете, что Джеймс Джокер — легкий соперник?
— Нет, я так не считаю, — Хантер покачал головой. — Мужчина может драться, он может называться Джокером, но нет ничего смешного, когда он ловит тебя на уклоне. Его удары чертовски болезненны, этого у негоне отнять. Я просто ударил сильнее, — закончил он, пожав плечами.
Кое-где раздалисьаплодисменты.
— Вы ударили сильнее, а? Да! Сегодня вечером, думаю, мы все с этим согласимся. Итак, как долго вы готовились к этому бою?
— Около полугода.
— Как долго вы занимаетесь боксом профессионально?
— Профессионально? Недолго. Большую часть своей жизни Я боксировал как любитель. До сих пор у меня никогда не было менеджера, или тренера.
— Значит, это ваш первый профессиональный бой? Вау! Думаю, у вас будет многообещающая карьера, сэр! Еще раз поздравляю! Вы восходящая звезда. Уверен, что мы еще увидимся с вами.
Пожав руку парня, Хантер крепко поцеловал Ниту, от которой так чертовски приятно пахло любовью и вожделением.
— Я… в шоке, — наконец сказала она. — Я так горжусь тобой, детка!
Поцеловав ее в щеку, Хантер поговорил еще с несколькими людьми из местной прессы и, сделав пару фотографий, направился в свой номер в отеле, чтобы привести себя в порядок перед вечеринкой. Он хотел быть один, но сейчас у него была вынужденная компания. По обе стороны от него в лифте стояли Джонни и Уэсли. Мужчины были полны энтузиазма и воодушевления перед толпой, но теперь оба выглядели мрачными.
— Хантер, — сказал Джонни, нарушая тишину.
— Что?
— Поздравляю. Ты сделал именно то, что я и думал, только лучше.
— Спасибо, — ответил Хантер и облизал нижнюю губу, сухость во рту сводила его с ума. Тупая боль в челюсти срочно нуждалась в холоде, и он планировал заняться этим в своем номере.
— Мы поменяли тебе номер. Ключ у меня. Я взял тебе один из лучших номеров отеля, потому что знал, что сегодня ты будешь праздновать победу, — объяснил Джонни.
— Спасибо.
— Вечеринка, которую мы устраиваем для тебя, имеет непристойную цену, но это инвестиции, так что ты того стоишь.
— Инвестиции? — Хантер стиснул зубы и скрестил руки на груди. — Я же сказал вам, что не знаю наверняка, хочу ли делать эту карьеру.
— Я знаю, что ты нам сказал, но не ты выбрал бокс. Похоже, это бокс выбрал тебя.
Хантер фыркнул, чувствуя, как из носа вытекло немного жидкости. Горло пересохло, а кожа покрылась потом. Уровень его адреналина спадал, к тому же он не курил несколько дней. Ему не терпелось закурить. Так же, как это было тюрьме — он резко и полностью бросил, а затем снова начал, как только у него появился на это шанс. Нита заметила, как странно было то, что он мог бросать курить на годы, а затем снова начинать, с каждым разом все меньше получая от этого удовольствия, но все равно продолжая это делать.
— Джонни, я сказал тебе, что принял предложениеРики, и знаю, что это то, о чем ты действительно хотел бы поговорить.
Двери лифта открылись на пятнадцатом этаже казино. Все трое вышли, и мужчиныпошли вместе с ним по коридору к его номеру. В динамиках на этаже тихонько играла «Mr. Roboto» Стикса.
— Я могу платить тебе за бои больше, Хантер, особенно если ты продолжишь драться так, как сегодня вечером.
— Дело не только в деньгах, — сказал он, взяв ключ-карту у Джонни и подойдя ближе к двери своего номера. — Все намного сложнее.
— В чем же тогда? — спросил Джонни.
— Это личное, но мне нужно это сделать. Это будет один бой и все. Обещаю.
— Мне не нравится, что ты ставишь меня в такое положение.
— Скажем, это будет ради благотворительности. Я жертвую половину своего заработка и передаю его тебе. Это поможет тебе выйти из затруднительного положения.
Глаза Джонни потемнели. Можно было сказать, что мужчина был ошеломлен тем, что Хантер все это обдумал и нашел выход из ситуации.
 
Хантер поднес ключ-карту к электронному замку, и дверь щелкнула, отпираясь. Он улыбнулся. Номер был абсолютно великолепен. Белые шторы, белые простыни, колонны вокруг кровати, золотые элементы отделки и зеркала высотой во всю стену. Это было похоже на путешествие в рай.
— Ну, как? — подал голос Уэсли, выходя вперед. — Мы позаботились о том, чтобы твой бар был полон. Бери, что хочешь — твой счет будет оплачен. У тебя есть лед, бесплатное обслуживание номеров, халаты для тебя и твоей девушки. Она останется с тобой сегодня вечером, верно?
— Да…
Через открытую дверь в ванную комнату Хантер заметил большую стеклянную душевую кабинку с широкой насадкой и стоящую рядом полку с чистыми полотенцами, свернутыми в рулоны.
— Хорошо, Тиран, — сказал Джонни. — Я оставлю эту историю с Рики в покое. Это нарушение контракта, но я его не замечу. Мне нужно, чтобы ты серьезно обдумал возможность перехода на следующий уровень. Я хочу взять тебя с собой в Германию на пару недель, чтобы потренироваться, но только в том случае, если ты настроен серьезно. Ты можешь добиться больших успехов в этом виде спорта, Хантер. Дело не только в деньгах, которые ты можешь заработать. Мы видим это по тому, как ты дерешься. Ты безжалостен, но все же следуешь правилам бокса. Уэсли сказал, что ты никогда не бьешь сопернику в голову, а те несколько ударов ниже пояса были чисто случайными. У тебя хорошее время, и ты силен. Ты можешь быть следующим Оскаром Ривасом.
— Я ничего в этом не понимаю. Я — это просто я, — ответил он и сглотнул, ощущая жажду пива. Все время подготовки к бою он сидел на правильном питании, в том числе с исключением алкоголя. Пришло время праздновать.
Хантер огляделся и понял, что ему нужно. Схватив ведерко со льдом, он сунул в него руку и, схватив несколько кубиков, приложил их к своей челюсти.
Уэсли, подняв трубку гостиничного телефона, попросил принести в номер пакет со льдом.
— Щека опухнет. Я приложил к ней ненадолго лёд после твоего боя, но ты должен продолжать это делать.
— Я знаю. Все в порядке, — ответил Хантер и свободной рукой раздвинул шторы, открывая захватывающий вид на город.
— Хотя на секунду я забеспокоился, — усмехнулся Джонни. — Ты начал медленно, но Уэсли предупредил меня, что иногда ты такое проворачивал. Тем не менее, увидеть это самому было впечатляюще.
— Меня он тоже заставил понервничать.
Двое мужчин рассмеялись.
— Не было причин для беспокойства, — произнес Хантер, смотря на мигающие огни мегаполиса. — Это то, на что люди пришли посмотреть. Им нравится тревожное ожидание. Я собирался тянуть три раунда, но потом… не знаю, просто захотел избавиться от него, — закончил он, видя в отражении окна, как Уэсли и Джонни многозначительно переглянулись.
— Подумай о Германии, ладно? Подумай о перспективах, Хантер, — он нерешительно кивнул, все еще не убежденный. — У тебя есть то, что хотели бы иметь многие. Мастерство, талант, способности, харизма, а теперь и быстрорастущая фан-база. Погугли себя завтра. Этот бой потряс всех. Думаю, ты тоже удивишься. Увидимся через час на вечеринке. Если тебе что-нибудь понадобится, позвони.
— Мне действительно кое-что нужно… точнее, кое-кто. Найдите мою девушку и попросите кого-нибудь проводить ее сюда, пожалуйста.
— Сделаем.
Уэсли щелкнул пальцами, и Джонни последовал за ним. Они ушли, закрыв за собой дверь. Хантер продолжал смотреть на улицу, думая о своей жизни, обо всем том дерьме, которое произошло с ним с самого начала его жизни и до этого самого момента. Подойдя к тумбочке, он положил мобильник рядом со стоящими на ней часами. Именно тогда он заметил, что его сумку с вещами уже принесли в номер. Приехав, он вынужден был оставить ее на стойке регистрации, так как ему заявили, что новый номер, который был для него забронирован, на тот момент был недоступен.
Расстегнувсумку, Хантердостал зарядное устройство для телефона, а также пачку сигарет и зажигалку. Поставив телефон на зарядку, он направился в душ, чтобы смыть с себя тяжелые двенадцать секунд боя. Он сильно тер кожу намыленной мочалкой, удаляя с неё вместе с потом сегодняшний день, свое полубессознательное состояние на ринге, ненависть, которую чувствовал…