Тиран (ЛП)

— Правда? Почему ты почувствовал в этом необходимость?
— Потому что, как я объяснял своему другу в свой день рождения, каждый человек растет и развивается со своей скоростью. Но когда ты доходишь до этой точки, когда бы это ни произошло, до финишной черты своей зрелости в отношении подобного дерьма, ты понимаешь, что никто не стоит того, чтобы ваши отношения разрушились, никто не может соблазнить тебя выбросить все ради одной ночи удовольствия.
Хантер подошел к ней сзади, и Нита вздрогнула, когда он обнял ее. Она почувствовала его теплое дыхание, ласкающее ее шею, когда его рот заскользил по чувствительной плоти.
— Ты когда-нибудь изменяла парню? — спросил он, продолжая целовать ее и крепче прижимая к себе.
— Нет.
— А когда-нибудь думала об этом?
Она заколебалась.
— Нет, — ответила она, судорожно сглотнув.
— Позволь мне сказать тебе кое-что, Нита… — выпрямившись, он посмотрел ей в глаза. — Я не знаю, что побудило тебя спросить меня об этом прямо сейчас, да и на самом деле это не имеет значения. Мне нужно, чтобы ты знала, что теперь я нашел тебя, — он покачал головой и улыбнулся. — И мне больше никто не нужен, — она улыбнулась в ответ. — Зачем мне трахать кучу разных женщин, когда я могу трахнуть тебя кучей разных способов?
Она завизжала, когда он, подхватив ее на руки, усадил на комод. В мгновение ока он стянул через голову ее футболку, а затем спустил вниз ее темно-серые штаны для йоги. Напряженность в его глазах заставила ее ахнуть. Отодвинув ее красные трусики в сторону, но не сняв их, он стянул джинсы и боксеры чуть ниже бедер, обнажая свой толстый, длинный член.
Одной рукой сжимая ее задницу, а другой обхватив свою длину у основания, он скользнул в нее и не останавливался до тех пор, пока не вошел в нее до упора. Комод трясся под ней, когда он наносил быстрые короткие толчки, заставляя ее разлетаться на куски от удовольствия. Обхватив его ногами, Нита прижала его к себе ближе, ахая, пока Хантер двигался внутри нее, как эксперт, коим он и был. Все, что она могла слышать, это его тяжелое дыхание, грохот комода, щебетание птиц снаружи и любовь, которую она чувствовала к нему. Приподняв ее подбородок, он засосал в свой рот ее нижнюю губу. Скользнув языком внутрь, он стал целовать ее глубоко и основательно, не замедляя своих толчков. Теперь он схватил ее за задницу обеими руками, направляя ее навстречу каждому своему мощному толчку.
— Ммм, да… возьми этот член, детка…
Она задрожала, и ее внутренние мышцы напряглись, когда он погладил ее клитор, осыпая ее грудь поцелуями.
— Черт… — дернувшись, она кончила, дрожа в его объятиях.
Без предупреждения он вышел из нее и развернул лицом к комоду, заставив встать на цыпочки. Она почувствовала его руки на своих икрах, затем на бедрах. Влажность, тепло…
— Черт! — застонала Нита, когда Хантер, отведя ее трусики в сторону, провел языком по тугому кольцу ее задницы, массируя ее грудь поверх лифчика. Скользнув рукой вниз по ее животу, он стал играть с ее киской, поглаживая ее, одновременно языком трахая ее задницу, все быстрее и быстрее, пока ее, наконец, не настиг мощный оргазм.
— Тебе нравится, когда твою задницу вылизывают и играют с ней, детка?
— Да!
— Я как раз подходящий для этого, мерзкий ублюдок, и мне нравится вылизывать каждую дырочку в твоем теле… и я весь твой. Навсегда.
Его низкий голос отозвался во всем ее теле, и она почувствовала, как большая головка его члена медленно скользнула в ее попку…
— Черт! Что ты… что ты делаешь?!
— А на что это, по-твоему, похоже? Я трахаю свою женщину в задницу… — хмыкнул он, двигаясь медленно и осторожно покачивая бедрами взад и вперед. Ублюдок почувствовал, как она напряглась, и остановился. — Расслабляйся, — сказал он властным, но в то же время успокаивающим тоном. — Подумай обо всем том дерьме, которое мы сделали, обо всем, что я сделал с тобой… о вещах, которые, как ты думала, тебе не понравятся, но они тебе понравились. Я не собираюсь причинять тебе боль.
Она напряглась, когда он вошел в нее еще немного.
 
— Ммм, детка! Твоя задница такая чертовски тугая!
Он входил в нее медленно. Нита не знала, насколько далеко он вошел, но в какой-то момент боль начала превращаться в удовольствие, когда он погладил ее киску и поцеловал ее спину. У нее не было анального секса много лет, и даже тогда это было всего пару раз. Определенно не ее фишка. Но с Хантером… черт, с ним это было по-другому. Как и все с ним. Его прикосновения дарили неземное удовольствие, его поцелуи были божественными, его член входил и выходил из ее задницы, заставляя Ниту чувствовать себя грязной и прекрасной одновременно.
— Тебе нравится, как я заставляю тебя чувствовать себя, детка? — прошептал он, держась за ее бедро одной рукой и работая с ее киской другой.
Прежде чем она успела ответить, он ввел в ее киску палец, и тело Ниты охватила эйфория. Его палец трахал ее киску, а член пульсировал в ее прямой кишке. Оргазм с головы до ног охватил ее. Она начала падать, и он поймал ее, обвив рукой за талию и удерживая неподвижно до тех пор, пока она не перестала дрожать. Через несколько мгновений он выскользнул из нее и, не сказав больше ни слова, направился в ее ванную комнату. Услышав, как включилась вода, Нита воспользовалась этим временем, чтобы попытаться привести волосы на голове в порядок, а затем снова надеть штаны.
Я вымоюсь после того, как он выйдет.
Подойдя к окну, она выглянула в него. Тиша все еще разговаривала по телефону, сидя на железной скамейке, оставшейся от прежних хозяев. Пару минут спустя Хантер открыл дверь ванной и вышел, его член все еще был тверд, как камень, и подпрыгивал, багровый и готовый.
— Почему ты снова в штанах? — спросил он раздраженно.
— Ну, ты пошел в ванную, так что я…
— Чтобы помыть свой член! — сказал он, как будто это было очевидно. — Это не шоу одной женщины! Я еще не кончил… Ты эгоистка, — сказал он, заставив ее рассмеяться.
— Эгоистка?!
— Ты кончила как минимум дважды, а как насчет меня? Я хочу покрасить эту киску в белый цвет. Иди сюда.
Схватив, он швырнул ее на новый матрас, который все еще был обтянут полиэтиленовой пленкой. Нита хихикнула, когда он оседлал ее, стянул с нее штаны и отшвырнул их в другой конец комнаты. Она схватилась за его запястья, когда Хантер буквально вонзился в нее, проникая так чертовски глубоко, что она чувствовала его толчки у себя в животе. Они ахали и стонали, двигаясь навстречу друг другу, ненасытные и жаждущие… жадные друг до друга. Ее сердце забилось быстрее, когда он потянулся к ее горлу и крепко сжал его, продолжая жестко трахать ее. Полиэтилен под ними скрипел и трещал, и Нита наслаждалась тем, как властно он держал ее, прижимая к матрасу, заставляя принимать его в себя. Всего его. Она подавалась навстречу его мощным толчкам, чувствуя, как ее стенки сжимаются и пульсируют вокруг него. Ослабив хватку на ее шее, Хантер одарил ее требовательным поцелуем.
Со стоном она кончила снова, затем закричала, когда он продолжил безжалостно врезаться в нее снова и снова… Взревев словно лев, он укусил ее за шею, продолжая вдалбливаться в нее. Звук его яиц, шлепающих о ее киску, отдавался эхом, или, возможно, это было лишь в ее голове. Все звуки сейчас казались резкими и громкими… Нита держалась за него, принимая его мощные толчки, сжимая его своими внутренними стенками, пытаясь осушить досуха.
— Кончай, детка! Я хочу каждую твою каплю! Каждую гребаную каплю! — молила она, пристрастившись к нему… ненавидя и любя себя за то, что так жаждала его. Этот сукин сын хвастался своей сексуальной доблестью, но он снова и снова доказывал, что все, что он говорил, было правдой.
Быстро выйдя из нее, Хантер схватил в руку свой член, блестевший от ее соков, и передернул его, орошая ее живот своими теплыми сливками. Он стонал и рычал, кончая на нее, а затем быстро запихнул покрытого венами монстра обратно в свои боксеры, в которых тот едва помещался в вертикальном положении…