Под тенью маски (СИ)

— Сани, что там в городе? И как дела у Нинель?
— Ух, — восхищенно выдал бабулек-кормилец, — ну и нюх у тебя на новости! Буквально час назад на рынке наша Василина разговаривала с домработницей цори Медичи.
Я довольно кивнула. Да, нюх у меня на новости отличный. Особенно на гадкие.
Сани неспешно налил себе кофе, подлил в чашечку и мне, а потом уселся напротив и начал вещать:
— Палач перерыл все развалины! Искал какую-то девушку. Орал, как потерпевший, что всех отправит на виселицу! Не знаешь, о ком он?
— П-ф, без понятия, меня там не было!
— Вот! И Нинель так говорит. Он ведь к ней вечером пришел, узнавал, как она добралась домой и где племянница.
Я замерла. Нет, ну это уже ни в какие рамки не лезет! Сдалась ему эта племянница!
— Да-да, — продолжал Сани, — я тоже удивился. И цори Медичи удивилась. Нинель ему пояснила, что с племянницей они от торговой площади и до дома добрались прекрасно, на наемной повозке. А девочка теперь уже едет в сторону дома, так как прогулка на рынок была посвящена покупке гостинцев для родных.
— Поверил?
— Думаю, Медичи была убедительна.
— А что, племянница действительно уехала?
— Да, домработница сообщила, что чемоданы были упакованы и отправлены в багажное отделение в порт. А для любимой Розочки куплен билет в самой комфортабельной каюте на " Несокрушимом".
— Значит, "Розочка" благополучно отбыла в отчий дом. И он успокоился?
— Кто? "Несокрушимый"? — усмехнулся Сани.
— Очень смешно. Палач! Меня интересует, чем этот человек теперь занимается и когда уедет. Только не говори, что понятия не имеешь!
— Понятия не имею! — кивнул Рыжий, заталкивая в рот большой кусок халвы.
— Сани, хватит дурака валять. Мы с тобой прекрасно знаем, что он ищет меня.
— Вот и я думаю, что же у вас за отношения? Ты о нем переживаешь, он тебя ищет.
— Сани! — уже взбесилась я, готовая отмутузить своего друга. — В самом деле, пожалей мои нервы! В конце концов от этого зависит наличие жизни в моем маленьком тельце!
Сани прислушался, посмотрел куда-то на потолок. Я непроизвольно проследила за его обеспокоенным взглядом — туда, где заискрился синими огоньками маленький Кристалл.
— Что это? За все дни этот Кристалл не проявлял себя ни разу, я бы заметила.
— Это твоя магия шалит, охранку пробивает своим фоном. — А потом как рявкнет на меня: — Эмоции держи при себе, Каролин! Иначе я сам тебя Палачу сдам! Ты хоть представляешь, какая в тебе силища? Да ты можешь тут полгорода разнести, если хорошенько рассердишься!
— Да ну, — осела я на стул, расстроенная. И выдала жалобно: — Вот так прям уж полгорода?
— Если б в тебе эту магию тренировали и учили ею управлять с детства, то нет конечно. Но ты же, как я понимаю, вообще дилетант во всем этом!
Он покрутил рукой в воздухе, рассерженно фыркнул и снова принялся за кофе.
А я икнула. Потом еще разок. Потом кофейку хлебнула, но от осознания своей необузданной дури, запрятанной где-то внутри, стало страшно. Потому что другим, хорошим словом ЭТО не назовешь.
У меня все внутри бурлило и клокотало, хотя если подумать, мы с Сани только разговаривать начали, а я уже завелась с пол-оборота. Так меня не только его следилки, но и охранные в городе вычислят на раз-два.
— Почему раньше такого не происходило? Почему сейчас она бунтует?
— Откуда же мне знать, милая? Это не ты мне должна вопросы задавать, а я тебе. Только толку…
— Ага…
— Так, милая моя подопытная Каролин, сиди тихо, не психуй и учись хотя бы общаться со своей магией. А я снова за талмуды. Где-то я в артефакторике видел подобный случай. Но пока не будем забегать вперед. Почитаю, потом расскажу. Надеюсь, поможет.
— Санечка, дорогой, давай поможет, а!
— С тобой по другому уже никак, Каролин. Сам ввязался, что уж.
Сани обреченно махнул рукой, встал из-за стола и поплелся во вторую половину лаборатории, где на одной из стен от пола до потолка на широких деревянных полках расположилась огромная библиотека секретных магических изданий. Подозреваю, не совсем разрешенных в нашем королевстве. Но мне, собственно, было на это глубоко плевать. Лишь бы помогло. А там уже думать надо наперед, и разбираться быстрее с моими секретами. Ох, и наворотил кто-то дел…
 
А вообще от осознания своей беспомощности хотелось плакать. Нас учили распознавать яды, спасать себя и других при ранениях и любых других повреждениях, еще ко всему я практически четыре года отрабатывала боевые навыки, в том числе и приемы самообороны. Могла запросто отбиться от большого злодея и накостылять вдогонку. Но уж простите, сама себе накостылять я не могла!
Поэтому, пока Сани рылся в книгах, я улеглась на полюбившийся мне диван и стала налаживать контакт с той неимоверной силой, что засела у меня внутри. Она отчего-то приобрела огненный цвет, и как только я мысленно тянулась к ней, она пыталась меня укусить, словно дикий зверек. А ведь так и есть! Дикий и необузданный.
Ну и что мне с ней делать, с этой магией? Откуда то из глубины памяти в мои мысли снова ворвался мужской голос.
" Смотри, огонь тоже кусается. Но если его подкармливать, он не пытается вырваться из камина, а смирно поедает веточки и дарит тепло…"
Перед глазами всплыл тот самый камин с черной глянцевой лепниной по краю очага, смирный огонь и сильные мужские руки, легко ломающие тонкие веточки. Кто-то, сидевший совсем рядом со мной, протянул раскрытую ладонь и я, несмело взяв несколько разломанных коротких палочек, по совету своего наставника, стала кормить огонь. Мне казалось это забавным и простым.
Глаза я распахнула мгновенно, как только пришло осознание. Тогда для меня это было игрой, но кто-то упорно вкладывал в мою голову знания, чтобы потом я смогла укротить свой огонь, внутренний!
— Сани, я кое-что вспомнила!
  
37 Как у меня появился проглот
 
Рыжий обернулся на мой зов, и тут же отложив книгу, принялся внимательно слушать.
— Кто-то там, в детстве, когда мы сидели у камина, объяснял, что огонь нужно кормить, чтобы он не разбушевался и не вышел за пределы очага. И тогда он не будет злым. Понимаешь?
— Хм, хитро. Кто-то уже в то время предполагал, что тебе придётся с этим всем столкнуться, да, Каролин?
— Да, я тоже об этом подумала. Но чем кормить мой огонь?
— Плохими воспоминаниями? — предложил свой вариант Сани. — Огню в принципе все равно, что сжигать, а вот тебе эта боль, которая сжирает тебя изнутри, совсем не нужна. Я, конечно, могу ошибаться, но…
— Но попробовать стоит. Спасибо, — торопливо ответила я, избегая продолжать эту тему для разговора. — Что же, попытаюсь. У меня есть еще время?
— Ну пока я только нашел кое-что связанное со свободной энергией, но еще хочу разобраться. Час или даже полтора у тебя точно есть, Каролин!
За эти полтора часа мне пришлось ох как постараться! Я вытаскивала из памяти глубоко запрятанные воспоминания о своем пребывании в темнице, снова испытывая внутреннюю дрожь и фантомные боли. Все это было слишком мучительно, но огонь с удовольствием сжигал все, что я ему подсовывала. Каково же было мое удивление, когда через пару часов огонь распался на четыре цвета, утих, а я действительно о многом забыла. И даже если в памяти остались отголоски тех ужасных событий, то они больше не причиняли мне боль — ни моральную, ни физическую.
Когда я распахнула глаза, вынырнув из полудрёмы, Сани уже сидел рядом и внимательно меня рассматривал.
— Что? — в недоумении спросила я. — Почему ты на меня так смотришь? Уже влюбился?
— Ага, в основном. Что-то мне подсказывает, что с особью королевской крови связываться себе дороже.
Я скривилась. А Рыжий протянул мне ручное зеркальце, которое лежало рядом на столике.
— Посмотри на себя внимательно, ничего не замечаешь?
Я схватила зеркало и, повернув к себе, невольно ахнула. Мало того, что половина лица была обезображена шрамами, так теперь они вздулись и покраснели, словно ожоги.